Прозрачные стены

— Товарищ Молчанов! — с нажимом сказал Крохин. — Ко мне поступила информация, что ваш приезд… хм-м-м, как бы поточнее выразиться? Не санкционирован свыше. Попросту говоря, это ваша личная с товарищем Спицыной инициатива. Мне звонило ваше начальство, завотделом Костин. На вашем месте, учитывая его тон и настроение, я бы прямо сейчас поторопился в аэропорт!

— Разумеется, — Молчанов побарабанил пальцами по столу. — Только у меня к вам еще один, последний вопрос…

— Я вас слушаю.

— Что это за объект? — Молчанов развернул карту, вытащил карандаш, с силой надавливая, нарисовал небольшой кружок. — Вот здесь, в прибрежной зоне, меньше километра от места происшествия. Никаких сведений о нем мне получить не удалось. Что это? Секретный аэродром? Военный полигон?

— Я не обладаю информацией на этот счет.

— Вы лжете! — вскинулся Молчанов. — Вы даже не взглянули на карту! Снова ложь!

Спицына взяла его под руку.

— Товарищ Крохин, — сказала она с вежливой улыбкой. — Спасибо вам за содействие. Вы правы. Нам действительно пора ехать…

— Костин нас пошинкует, съест на обед и запьет кефиром, — сказала Спицына, подходя к машине.

— Плевать! — сказал Молчанов. — Пока не узнаю, что это за объект, я никуда не поеду.

— Ты издеваешься?

— Спицына, послушай! Все те документированные свидетельства очевидцев, что я показывал тебе, те две фотографии — все это происходило на одном отрезке побережья. Все в зоне, находящейся поблизости с этим объектом. НЛО так и крутятся вокруг. Почему? Ребята влезли в запрещенную зону, и ты же сама видела, что случилось с девочкой? Отсутствовала двое суток. Провалы в памяти. Видимых повреждений нет, но где, черт побери, ее одежда? Ее похитили, разве не ясно? Мы должны осмотреть это место!

— Не пора ли успокоиться?! Твоя навязчивая мания поставит крест на твоей карьере, Молчанов! А заодно и на моей.

— Ты за карьеру волнуешься? Прекрасно. Можешь ехать в аэропорт. Я выясню правду сам.

— Какое-то безумие! — Спицына устало помассировала виски. — Ладно, я поведу! Не хватало пускать тебя в таком состоянии за руль! Где карта?

Молчанов развернул карту на крыше автомобиля.

— Мы только взглянем, — сказал он. — Одним глазком… А потом сразу в аэропорт, честно!

Сгустились сумерки, свет фар тонул в мутной туманной дымке, рассеивался.

Было очень тихо, лишь шумело близкое море, трещали в кустах сверчки, да поскрипывали стволы сосен.

Захлопнув дверцу, Молчанов включил фонарик, решительно направился вперед, в густые заросли высоких сухих метелок.

Спицына направилась следом, вылавливая световым конусом фонаря колдобины и ухабы, стараясь не потерять из виду широко шагающего напарника.

— Гляди…

Фонарик Молчанова осветил высокий решетчатый забор. Пятно света сместилось, выхватило табличку «Частная территория! Прохода нет!»

— Не хватало еще, чтобы нас охрана сцапала на месте преступления, — пробормотала Спицына.

— Подожди меня здесь, — азартно блеснул глазами Молчанов.

— Вот еще, я тебя одного не отпущу!

— А если заявится охрана? — усмехнулся Молчанов, подтягивая перчатки. — Прикрой меня. Я быстро, только одним глазком гляну и назад.

Спицына отвела прядь за ухо, вздохнула.

— Опять мне тебя прикрывать… Когда я устраивалась в контору, об этом пункте должностных обязанностей речи не шло.

— Запиши на мой счет! — рассеяно пробормотал Молчанов, подергивая решетку, пробуя ее на прочность.

— Запишу в специальную черную книжечку!

— Договорились.

Позвякивая решеткой, Молчанов ловко полез вверх по забору, перебрался через него, мягко спрыгнул на той стороне.

Свет от его фонаря некоторое время блуждал в зарослях, затем стал отдаляться, и, наконец, скрылся в тумане.

Спицына погасила фонарик, спрятала его в карман плаща. Стала прохаживаться по каменистому пятачку между решеткой и кустами, прислушиваясь к шелесту зарослей на ветру и отдаленному шуму прибоя.

Молчанов шел по широкой бетонной площади. Сквозь стыки плит кое-где проросли кустарники, ветер налетал порывами, пригибал их, кругло надувал молчановский плащ.

Никаких признаков жизни полигон не подавал.

На дальнем конце его смутно проступали в тумане высокие ангары. Громко стрекотали сверчки в густых зарослях по бокам от площади. Молчанов попытался предположить, для каких целей она использовалась. Для взлетной полосы, пожалуй, коротковата. Впрочем, откуда знать, какие летательные аппараты тут тестировались? И тестировались ли вообще?

В кармане запиликал телефон.

— Ты скоро? — шепотом спросила Спицына.

— А что? — в тон ей пробормотал Молчанов. — К тебе уже бегут свирепые стражники?

— Имей совесть, Молчанов! Я зверски голодна и к тому же замерзла.

— Я скоро.

Спрятав телефон в карман, он длинными шагами добрел до ангаров, остановился.

Высокие двери их были распахнуты, внутри, в темной пустоте, свободно гулял ветер, тоскливо завывая и свистя прорехами в обшивке.