Путь домой

— Диего был младше меня на два года. Между братьями — и особенно часто с небольшой разницей в возрасте — бывает соперничество, вплоть до ненависти… А для него я был кумиром. Рыцарем без страха и упрека. Как-то раз, во время игры, камень, выпущенный из моей пращи, разбил драгоценный витраж в церкви нашего замка. Мы перепугались и в поисках спасения бросились в разные стороны. Я не знал, что Диего попался отцу. Тот решил, что проделка — его рук дело, а брат не выдал меня и под розгами. Ему было всего семь лет…

Дон Мигель замолчал. Он сидел вполоборота к Арабелле, и свет заходящего солнца падал на него, высвечивая резкие черты лица, орлиный нос, глубокие складки, сбегающие к губам.

— Я хотел бы, чтобы вы видели во мне не только врага… чудовище. Но я также знаю, что это невозможно… принимая во внимание обстоятельства, — тихо произнес он, затем, встрепенувшись, вернулся к своему обычному суховатому тону: — Если небу будет угодно, ваше заточение не продлится долго. Мой человек вернется с ответом Питера Блада через пару дней.

8. Последние приготовления

Питер Блад шел по пустынному унылому берегу. Накатывающиеся с тихим шелестом волны впитывались в песок у самых его ног. С моря влажными белесыми щупальцами наползал туман, невидимая в этом тумане чайка пронзительно и тоскливо кричала над головой. Впереди проступил стройный силуэт идущей женщины. Сердце забыло, что должно биться, потому что Блад узнал жену. 

— Арабелла!

Она не обернулась, продолжая неспешно идти, будто плыть, больше похожая на призрак, чем на существо из плоти и крови.

— Дорогая, постой!

Блад побежал, пытаясь догнать ее. Хотя Арабелла была совсем рядом, ему никак не удавалось коснуться ее. Она ускользала, все время оказываясь чуть дальше, за тонкой туманной пеленой.

— Арабелла! — крикнул он в отчаянии, колоссальным напряжением всех сил и воли рванувшись к ней.

Невесомая опаловая кисея растаяла, Блад дотронулся до руки Арабеллы и с ужасом почувствовал влажный холод, словно его пальцы коснулись сырого песка…

Призрак медленно повернулся и глянул на него пустыми глазами. 

— Арабелла… — потрясенно прошептал Блад.

А в следующий миг он с невыразимым облегчением увидел, как ее глаза оживают, становятся зрячими, сияющими. Рука Арабеллы потеплела под его пальцами и он потянулся к жене, желая заключить ее в объятия, прижать к себе…

— Никогда! 

Арабелла исчезла, а из тумана выступил дон Мигель де Эспиноса. Его губы кривились в издевательской усмешке:

— Никогда больше тебе не приблизиться к ней!

От ярости и боли у Питера потемнело в глазах. Он бросился к испанцу, одновременно нашаривая клинок. Шпаги не было…

… Блад, задыхаясь, рывком сел на диване, служившем ему в последние недели постелью. Роскошная кровать в их спальне стала слишком пустой и просторной, поэтому он обходился несколькими часами сна на этом узком ложе, стоящем в его кабинете. Близился срок, назначенный доном Мигелем, а решение так и не приходило: Блад не мог подвергнуть риску жизнь Арабеллы, пытаясь отбить ее силой. Проклятый испанец предусмотрел все, Тень ясно дал понять, что при попытке нарушить выдвинутые условия Арабелла будет убита. 

За окнами было уже совсем светло. Блад встал с дивана и начал расхаживать по кабинету. Их вражда с доном Мигелем вполне могла завершиться поединком, но Блад почти не сомневался, что испанец, обретя возможность прикончить своего врага безо всякого риска для себя, откажется. Значит, остается распалить его ярость и спровоцировать на поединок. И это также означает, что Блад должен сохранять хладнокровие и выдержку… несмотря ни на что. 

Возможно, этот кошмар было послан ему как предупреждение свыше? Но дадут ли им уйти после боя? И насколько будет безопасным путь назад? Остров лежит между Эспаньолой и Пуэрто-Рико, а несмотря на то, что Вильгельм III присоединился к Аугсбургской лиге, англичане и испанцы в Вест-Индии пока что не слишком прониклись союзническими настроениями.

Что же, с ним или без него, Арабелла будет на борту «Феникса», в это Блад упрямо верил, запрещая себе поддаваться тоскливому ужасу предположений, высказанных Джереми Питтом. Насколько это в его силах, он должен позаботиться и о том, чтобы «Феникс» благополучно вернулся в Порт-Ройял. 

Блад вздохнул. Наступило утро, и следует оставить ночи ее кошмары. Впереди напряженный день. Он собирался отправиться в форт, который уже почти восстановили после боя с эскадрой де Ривароля. Однако Блад задумал строительство новых укреплений, и на его взгляд дело двигалось недостаточно быстро. Кроме того, не мешало бы наведаться на «Феникс». Джереми должен быть уже на шлюпе. Адмирал Кроуфорд, успевший оценить опыт и знания молодого штурмана, не очень обрадовался внеочередному отпуску Питта, но не отказывать же в просьбе губернатору…