Фандом: Капитан Блад. Арабелла попадает в руки дона Мигеля, но это еще полбеды… Постканон. Август-октябрь 1689.
113 мин, 9 сек 7126
Блад решил оставить вместо себя Мэллэрда — в конце концов, тому и раньше приходилось справляться с обязанностями губернатора Ямайки. Для майора уже был готов пухлый конверт со всевозможными инструкциями. Говоря по правде, Питер еще не придумал, как объяснит свой внезапный отъезд. Разве что смертью горячо любимый тетушки, проживавшей на одном из Антильских островов. Он криво усмехнулся: майору придется проглотить версию, какой бы неправдоподобной она ни была. Сейчас это не слишком волновало Блада.
Губернатор Блад, одетый в костюм для верховой езды, быстро спустился по лестнице и прошел по вестибюлю губернаторского дома к парадному выходу. Блад отдал распоряжение оседлать Ворона, предпочитая отправиться на инспекцию форта и в гавань верхом, а не в громоздкой губернаторской карете.
Часовой у дверей вытянулся, завидев губернатора. Вытянулся и присуствующий в вестибюле начальник караула сержант Доусон. Блад уже миновал его, как вдруг остановился и внимательно посмотрел на сержанта. Тот выпятил грудь и побагровел. К своему несчастью, Доусон не внял ни словам священника, ни советам штурмана Питта. В это утро, мучимый тяжелым похмельем, он уже отхлебнул рома из злосчастной бутылки, на беду оказавшйся при нем — чтобы облегчить свои страдания. Чуть-чуть. А потом еще чуть чуть… Теперь он изо всех сил делал вид, что все в порядке, и даже старался не дышать, вернее — не выдыхать. Однако преувеличенно бравый вид, замедленные и осторожные движения, а главное, густой запах перегара совершенно наглым образом свидетельствовали против незадачливого страдальца.
— Сержант! Ко мне в кабинет! — с расстановкой произнес губернатор. — Быстро!
— За пьянство на посту полагается плеть и разжалование в рядовые, — гневно сказал Блад, как только они оказались за дверью кабинета.
— Виноват… ваше… превосходительство, — запинаясь, пробормотал сержант.
— Виноваты, — согласился его превосходительство. — И оправдания вам нет.
— Я… этого больше не будет… никогда… — Доусон трезвел на глазах, — Сам не знаю, что на меня нашло… преподобный Джозеф считает, что мне надо лечиться… Он помогает в своей богадельне таким, как я…
Блад покачал головой и о чем-то задумался:
— Вам будет не просто избавиться от этой пагубной привычки. Я говорю вам как врач. Преподобный помогает вашим товарищам по несчастью? Надо будет заглянуть в богадельню. При случае. Ступайте под арест, сержант Доусон. Доложите офицеру охраны, пусть пришлет замену.
— Есть, сэр, — обреченно протянул сержант.
— Скажите вашему лейтенанту, что сразу пришли ко мне и признались в вашей неспособности нести службу. Это облегчит ваше положение. Но! Не забывайте про свое обещание.
— Есть, сэр!
Блад проводил взглядом воспрянувшего духом Доусона. Надо бы приглядывать за ним, а то доведет парень до беды, и если бы только себя. Надо бы…
Работа по строительству дополнительной линии укреплений так и кипела. Что же, одной заботой меньше. Убедившись, что все делается согласно его указаниям, Блад отклонил приглашение Мэллэрда отобедать и распрощался с ним. После форта путь губернатора лежал в гавань. Двухмачтовый «Феникс» был пришвартован у дальнего причала. На его борту имелось двенадцать пушек, команда состояла из неболтливых и опытных матросов, который губернатор отбирал лично. Потеряв«Арабеллу», Блад ощущал себя едва ли не голым. Он приобрел шлюп на личные средства, хотя в его распоряжении была вся ямайская эскадра. Мало ли — билась в голове настойчивая мысль.
— Питер, «Феникс» готов к выходу в море. Ты уже решил, когда… день отплытия? — спросил хмурый Джереми Питт.
Они сидели в капитанской каюте. Блад кивнул:
— Да, Джереми. Принеси-ка карту, на которой Эспаньола изображена достаточно подробно.
Штурман отчего-то смутился, затем, что-то неразборчиво пробормотав, отправился к себе. Ожидая Питта, Блад подошел к кормовым окнам. Неподалеку швартовалась ладная, радующая глаз своими пропорциями шхуна, и Питер узнал «Морскую Звезду». Как, интересно, идут дела у Дайка? Пожалуй, стоит заглянуть и к нему.
— Вот, — вернувшийся Джереми развернул на столе тугой рулон и прижал его край стоящим на столе кувшином.
— Исла-де-Мона. Видишь? — склонившись над столом, Блад указал точку между Эспаньолой и Пуэрто-Рико. — Сколько дней нам понадобится, по-твоему?
— В это время года неделя… Дней десять, если еще сделать допущение на непредвиденные обстоятельства.
— И по моим подсчетам выходит то же. Значит, послезавтра, — спокойно сказал Блад.
Джереми сглотнул и отвел взгляд в сторону.
— Кстати, Джереми, не угостишь ли ты меня обедом? — и поскольку ответа не последовало, Блад добавил, придав голосу чуть ли ни просящий оттенок: — Что, нет? Неужто я должен тащится восвояси? По такой жаре?
Штурман недоверчиво посмотрел на него и увидел насмешку в синих глазах.
— Конечно, Питер. Сейчас скажу Бену…
Губернатор Блад, одетый в костюм для верховой езды, быстро спустился по лестнице и прошел по вестибюлю губернаторского дома к парадному выходу. Блад отдал распоряжение оседлать Ворона, предпочитая отправиться на инспекцию форта и в гавань верхом, а не в громоздкой губернаторской карете.
Часовой у дверей вытянулся, завидев губернатора. Вытянулся и присуствующий в вестибюле начальник караула сержант Доусон. Блад уже миновал его, как вдруг остановился и внимательно посмотрел на сержанта. Тот выпятил грудь и побагровел. К своему несчастью, Доусон не внял ни словам священника, ни советам штурмана Питта. В это утро, мучимый тяжелым похмельем, он уже отхлебнул рома из злосчастной бутылки, на беду оказавшйся при нем — чтобы облегчить свои страдания. Чуть-чуть. А потом еще чуть чуть… Теперь он изо всех сил делал вид, что все в порядке, и даже старался не дышать, вернее — не выдыхать. Однако преувеличенно бравый вид, замедленные и осторожные движения, а главное, густой запах перегара совершенно наглым образом свидетельствовали против незадачливого страдальца.
— Сержант! Ко мне в кабинет! — с расстановкой произнес губернатор. — Быстро!
— За пьянство на посту полагается плеть и разжалование в рядовые, — гневно сказал Блад, как только они оказались за дверью кабинета.
— Виноват… ваше… превосходительство, — запинаясь, пробормотал сержант.
— Виноваты, — согласился его превосходительство. — И оправдания вам нет.
— Я… этого больше не будет… никогда… — Доусон трезвел на глазах, — Сам не знаю, что на меня нашло… преподобный Джозеф считает, что мне надо лечиться… Он помогает в своей богадельне таким, как я…
Блад покачал головой и о чем-то задумался:
— Вам будет не просто избавиться от этой пагубной привычки. Я говорю вам как врач. Преподобный помогает вашим товарищам по несчастью? Надо будет заглянуть в богадельню. При случае. Ступайте под арест, сержант Доусон. Доложите офицеру охраны, пусть пришлет замену.
— Есть, сэр, — обреченно протянул сержант.
— Скажите вашему лейтенанту, что сразу пришли ко мне и признались в вашей неспособности нести службу. Это облегчит ваше положение. Но! Не забывайте про свое обещание.
— Есть, сэр!
Блад проводил взглядом воспрянувшего духом Доусона. Надо бы приглядывать за ним, а то доведет парень до беды, и если бы только себя. Надо бы…
Работа по строительству дополнительной линии укреплений так и кипела. Что же, одной заботой меньше. Убедившись, что все делается согласно его указаниям, Блад отклонил приглашение Мэллэрда отобедать и распрощался с ним. После форта путь губернатора лежал в гавань. Двухмачтовый «Феникс» был пришвартован у дальнего причала. На его борту имелось двенадцать пушек, команда состояла из неболтливых и опытных матросов, который губернатор отбирал лично. Потеряв«Арабеллу», Блад ощущал себя едва ли не голым. Он приобрел шлюп на личные средства, хотя в его распоряжении была вся ямайская эскадра. Мало ли — билась в голове настойчивая мысль.
— Питер, «Феникс» готов к выходу в море. Ты уже решил, когда… день отплытия? — спросил хмурый Джереми Питт.
Они сидели в капитанской каюте. Блад кивнул:
— Да, Джереми. Принеси-ка карту, на которой Эспаньола изображена достаточно подробно.
Штурман отчего-то смутился, затем, что-то неразборчиво пробормотав, отправился к себе. Ожидая Питта, Блад подошел к кормовым окнам. Неподалеку швартовалась ладная, радующая глаз своими пропорциями шхуна, и Питер узнал «Морскую Звезду». Как, интересно, идут дела у Дайка? Пожалуй, стоит заглянуть и к нему.
— Вот, — вернувшийся Джереми развернул на столе тугой рулон и прижал его край стоящим на столе кувшином.
— Исла-де-Мона. Видишь? — склонившись над столом, Блад указал точку между Эспаньолой и Пуэрто-Рико. — Сколько дней нам понадобится, по-твоему?
— В это время года неделя… Дней десять, если еще сделать допущение на непредвиденные обстоятельства.
— И по моим подсчетам выходит то же. Значит, послезавтра, — спокойно сказал Блад.
Джереми сглотнул и отвел взгляд в сторону.
— Кстати, Джереми, не угостишь ли ты меня обедом? — и поскольку ответа не последовало, Блад добавил, придав голосу чуть ли ни просящий оттенок: — Что, нет? Неужто я должен тащится восвояси? По такой жаре?
Штурман недоверчиво посмотрел на него и увидел насмешку в синих глазах.
— Конечно, Питер. Сейчас скажу Бену…
Страница 14 из 31
