Фандом: Гарри Поттер. У нас нет четкого плана, только карта и куча свободного времени. У нас впереди — я точно знаю! — много радости и смеха, много новых впечатлений и новых мест, много музыки и много свободы. Мы идем навстречу приключениям.
72 мин, 14 сек 16989
Мы приземляемся на берегу Лох-Эйва, и я забываю, что такое дышать. Блики солнца на водной глади, красные лучи заката на разрушенных стенах, камень и зелень, вода и тени. И воздух вокруг словно наэлектризован, в нем витает запах тайн и древности. И тишина… Тишина, нарушаемая только едва уловимым плеском волн.
— Знаешь, когда я оказываюсь в таких местах, мне всегда кажется, что я могу дотронуться до истории. Я чувствую ее на кончиках пальцев. Я физически ее ощущаю. Кажется, что прямо сейчас на дороге покажется экипаж, запряженный гнедыми скакунами, а из него выйдет сэр Дункан Кэмпбел. Выйдет — и поприветствует гостей по всем правилам этикета. И ощущение это настолько реально, что от него невозможно отделаться. Странно, да? — шепчет мне Скорп, а я лишь киваю, не в силах вымолвить и слова. Руины и горы… и средневековье.
Малфой приходит в себя первым, дергает меня нетерпеливо за рукав — мол, хватит таращиться, палатка-то у тебя в рюкзаке! Я отрываю взгляд от стен, роюсь в своих вещах, помогаю устанавливать палатку и разжигать огонь, но наваждение не проходит. Мне все еще мерещатся блики факелов среди полуразрушенных стен, я все еще прислушиваюсь, в надежде услышать песни менестрелей. Это волшебное место, я уже почти уверена, если просканировать местность, можно найти почти столько же магии, как и в Хогвартсе.
Здесь, близ гор, темнеет очень быстро, мы не успеваем опомниться, как ночь уже укутывает нас своим одеялом. Придвигаемся ближе к костру, греем руки, и вокруг — звезды… Звезды на небе, звезды в воде, и я ищу взглядом Полярную звезду на хвосте у Малой Медведицы, ищу Кассиопею, Эскулапа, Дракона… Сотни тысяч мерцающих огоньков подмигивают мне, манят, кажется, протянешь руку — и сможешь дотянуться, достать хотя бы маленькую звездочку, спрятать ее аккуратно в кармашек и домой привезти, папе в подарок…
— Смотри, — шепчу я, не в силах заставить себя говорить громко, это кажется мне едва не кощунственным, — смотри, твое созвездие. Твой Скорпион.
— Когда-то давно жил Орион, заядлый охотник. Часто он хвастал, что может убить любого зверя, каким бы быстрым он ни был. Услышала такие разговоры богиня Артемида, разозлилась сильно, да и послала к Ориону маленького скорпиона. Хвастливый Орион не заметил насекомое, а скорпион воткнул в охотника свое ядовитое жало и убил его. С тех пор Орион не показывается на небе, когда там Скорпион… — голос Малфоя хрипловат и едва слышен, он говорит размеренно, словно отбивая какой-то странный ритм. Вдруг грустно вздыхает: — Видишь, рыжая, мой защитник — убийца.
— Дурак ты, Скорпиус Малфой. Получил по заслугам твой Орион. Только и мог, что несчастных животных убивать. Да еще и труслив, как заяц, — даже после смерти Скорпиона боится, — я поворачиваю голову и смотрю на своего звездного человечка. Он сидит, не двигаясь, и смотрит на небо, он улыбается и крепче сжимает мою руку. Тихонько потрескивает костер, и плещут волны, ветер взъерошивает непослушные светлые волосы, а коварная ночь касается холодными руками его лица. Я смотрю на него и думаю, что жизнь прекрасна.
У него в глазах отражаются звезды.
16.
Небо серое-серое и тяжелое-тяжелое. Сегодня целый день идет дождь, мы закутались в дождевики и бродим по зеленым холмам. Я никак не могу взять в толк — пасмурно ведь, серо, почему же трава настолько зеленая? Откуда столько яркости? Осторожно ступаю в мягкий вереск, на ногах тяжелые резиновые сапоги, и так хочется снять их, пробежаться босиком, сбивая дождевые капли с трав! Но Скорп следит за мной зорко, бурчит тихонько под нос: «Ага, ты сейчас побегаешь, а завтра сляжешь с температурой, и что я буду с тобой, сопливой, делать?». Я дуюсь, но надолго меня не хватает — красота ведь вокруг!
Шотландия имеет свое, хмурое обаяние. Здесь почти всегда дожди, и солнышка не дождешься, здесь вокруг горы, покрытые легкой дымкой туманов, здесь тучи низко… Но зато дышится легко. Здесь пахнет дождем и травами, пахнет свежестью и цветами. И этот аромат переполняет тебя, затапливает полностью, подчиняет своей власти…
Скорп берет меня за руку, зовет возвращаться в гостиницу. Я с радостью соглашаюсь — мы гуляем вот уже три часа, и я уже давным-давно промокла, несмотря на дождевик и водоотталкивающие чары.
— А руки-то, как ледышки! — Малфой берет мои ладони в свои и начинает на них дышать. Приятное тепло растекается по рукам, я довольно щурюсь. Скорп улыбается и сцеловывает капли дождя с моего лица. — Пойдем уже греться! Не то и правда простуду подхватишь…
Мы аппарируем, и уже через полчаса, переодетые и сухие, сидим в тепле и протягиваем ноги к камину.
— Сегодня будем пить виски! — торжественно провозглашает Малфой, и я удивляюсь:
— С чего это вдруг? Праздник какой?
— Глупенькая! Мы же в Шотландии! Где же пить виски, если не здесь! Тем более, я почему-то уверен, что настоящего виски ты в своей жизни не пробовала.
— Сбрендил, да? А на моем Дне рождения мы, по-твоему, что пили?
— Огневиски мы пили, пародию жалкую. Погоди, сейчас все будет!
— Знаешь, когда я оказываюсь в таких местах, мне всегда кажется, что я могу дотронуться до истории. Я чувствую ее на кончиках пальцев. Я физически ее ощущаю. Кажется, что прямо сейчас на дороге покажется экипаж, запряженный гнедыми скакунами, а из него выйдет сэр Дункан Кэмпбел. Выйдет — и поприветствует гостей по всем правилам этикета. И ощущение это настолько реально, что от него невозможно отделаться. Странно, да? — шепчет мне Скорп, а я лишь киваю, не в силах вымолвить и слова. Руины и горы… и средневековье.
Малфой приходит в себя первым, дергает меня нетерпеливо за рукав — мол, хватит таращиться, палатка-то у тебя в рюкзаке! Я отрываю взгляд от стен, роюсь в своих вещах, помогаю устанавливать палатку и разжигать огонь, но наваждение не проходит. Мне все еще мерещатся блики факелов среди полуразрушенных стен, я все еще прислушиваюсь, в надежде услышать песни менестрелей. Это волшебное место, я уже почти уверена, если просканировать местность, можно найти почти столько же магии, как и в Хогвартсе.
Здесь, близ гор, темнеет очень быстро, мы не успеваем опомниться, как ночь уже укутывает нас своим одеялом. Придвигаемся ближе к костру, греем руки, и вокруг — звезды… Звезды на небе, звезды в воде, и я ищу взглядом Полярную звезду на хвосте у Малой Медведицы, ищу Кассиопею, Эскулапа, Дракона… Сотни тысяч мерцающих огоньков подмигивают мне, манят, кажется, протянешь руку — и сможешь дотянуться, достать хотя бы маленькую звездочку, спрятать ее аккуратно в кармашек и домой привезти, папе в подарок…
— Смотри, — шепчу я, не в силах заставить себя говорить громко, это кажется мне едва не кощунственным, — смотри, твое созвездие. Твой Скорпион.
— Когда-то давно жил Орион, заядлый охотник. Часто он хвастал, что может убить любого зверя, каким бы быстрым он ни был. Услышала такие разговоры богиня Артемида, разозлилась сильно, да и послала к Ориону маленького скорпиона. Хвастливый Орион не заметил насекомое, а скорпион воткнул в охотника свое ядовитое жало и убил его. С тех пор Орион не показывается на небе, когда там Скорпион… — голос Малфоя хрипловат и едва слышен, он говорит размеренно, словно отбивая какой-то странный ритм. Вдруг грустно вздыхает: — Видишь, рыжая, мой защитник — убийца.
— Дурак ты, Скорпиус Малфой. Получил по заслугам твой Орион. Только и мог, что несчастных животных убивать. Да еще и труслив, как заяц, — даже после смерти Скорпиона боится, — я поворачиваю голову и смотрю на своего звездного человечка. Он сидит, не двигаясь, и смотрит на небо, он улыбается и крепче сжимает мою руку. Тихонько потрескивает костер, и плещут волны, ветер взъерошивает непослушные светлые волосы, а коварная ночь касается холодными руками его лица. Я смотрю на него и думаю, что жизнь прекрасна.
У него в глазах отражаются звезды.
16.
Небо серое-серое и тяжелое-тяжелое. Сегодня целый день идет дождь, мы закутались в дождевики и бродим по зеленым холмам. Я никак не могу взять в толк — пасмурно ведь, серо, почему же трава настолько зеленая? Откуда столько яркости? Осторожно ступаю в мягкий вереск, на ногах тяжелые резиновые сапоги, и так хочется снять их, пробежаться босиком, сбивая дождевые капли с трав! Но Скорп следит за мной зорко, бурчит тихонько под нос: «Ага, ты сейчас побегаешь, а завтра сляжешь с температурой, и что я буду с тобой, сопливой, делать?». Я дуюсь, но надолго меня не хватает — красота ведь вокруг!
Шотландия имеет свое, хмурое обаяние. Здесь почти всегда дожди, и солнышка не дождешься, здесь вокруг горы, покрытые легкой дымкой туманов, здесь тучи низко… Но зато дышится легко. Здесь пахнет дождем и травами, пахнет свежестью и цветами. И этот аромат переполняет тебя, затапливает полностью, подчиняет своей власти…
Скорп берет меня за руку, зовет возвращаться в гостиницу. Я с радостью соглашаюсь — мы гуляем вот уже три часа, и я уже давным-давно промокла, несмотря на дождевик и водоотталкивающие чары.
— А руки-то, как ледышки! — Малфой берет мои ладони в свои и начинает на них дышать. Приятное тепло растекается по рукам, я довольно щурюсь. Скорп улыбается и сцеловывает капли дождя с моего лица. — Пойдем уже греться! Не то и правда простуду подхватишь…
Мы аппарируем, и уже через полчаса, переодетые и сухие, сидим в тепле и протягиваем ноги к камину.
— Сегодня будем пить виски! — торжественно провозглашает Малфой, и я удивляюсь:
— С чего это вдруг? Праздник какой?
— Глупенькая! Мы же в Шотландии! Где же пить виски, если не здесь! Тем более, я почему-то уверен, что настоящего виски ты в своей жизни не пробовала.
— Сбрендил, да? А на моем Дне рождения мы, по-твоему, что пили?
— Огневиски мы пили, пародию жалкую. Погоди, сейчас все будет!
Страница 14 из 19
