Фандом: Клиника. Интерна зовут Джон Майкл Дориан, хотя все его знают как Джей Ди, и Уборщику кажется, что он идиот. Иначе понял бы, что Уборщик пытается флиртовать с ним на протяжении последних пары месяцев. С каждым днем Уборщику не остается ничего, кроме как вести себя грубее и грубее, чтобы привлечь его внимание.
29 мин, 46 сек 2783
Внезапно Уборщик вспыхивает. Не может все так закончиться, он не может… Это не честно! Рассказал забавную историю и «прощай»? О чем он думал, кивая ему в ответ? Этого недостаточно! Глен будет чувствовать эту незавершенность до конца своих дней, и он не может это так оставить.
Он бежит, подгоняемый выбросом адреналина, туда, куда ушел Джей Ди, надеясь, что сможет выследить его с помощью своего уборщического локатора или как-то еще, или, может, ему повезет, и тот еще не ушел из больницы, и…
И, судя по всему, судьба сегодня на его стороне. Доктор, видимо, услышавший частый стук его шагов, возвращается назад, в зону видимости.
— Убор… Глен?
Надо же, запомнил его имя. Глен стремительно подбегает к Джей Ди, хватает за руку и втаскивает его в ближайшую кладовку. На лице Джей Ди застывает выражение тихого ужаса.
— Я решил, что не закончил с тобой, — смело выпаливает Уборщик.
— Что это значит?
— Восемь лет.
В этот раз не колеблясь, не выдумывая стратегии и не прибегая к хитростям, он просто обхватывает лицо Джей Ди двумя руками и целует так, как должен был поцеловать под омелой тем Рождеством. Он даже не дает Джей Ди подумать о том, что это может быть какой-то очередной розыгрыш. Он пропускает его волосы сквозь пальцы и шагает к нему ближе; и он уже готов просто все взять и…
Джей Ди отрывается от него, чтобы перехватить дыхание, и в этот раз он не выглядит злым или смущенным. Он выглядит… грустным. Он пытается поймать взгляд Глена и ничего не произносит вслух, но его глаза говорят многое. Они оба как-то понимают друг друга без слов и соглашаются на еще один поцелуй.
Он настолько глубокий, насколько это физически возможно, и настолько же нежный. И жесткий, и медленный, и страстный, и жаркий, и такой, каким мог быть любой их поцелуй, если бы они только не потеряли время.
И вскоре они стоят, прижавшись друг к другу телами, но не смотрят друг на друга, сжимая друг друга в руках и тяжело дыша.
— Прости, — тихо говорит Джей Ди в шею Глена.
— За что?
— В основном за пенни.
Он хочет засмеяться — они оба хотят — но выходит только небольшой смешок.
— В основном?
— И за все… это время. Ты был…
— Да.
— Влюблен в меня.
Ему нечего ответить — все и так очевидно. Но потом Джей Ди добавляет:
— Ты знаешь, я так не хотел, чтоб ты злился на меня в первый день, потому что подумал, что ты милый. А потом я начал думать, что ты сумасшедший. Но все равно милый.
В мыслях они оба стонут от разочарования, от того, как нечестно все это было. Но Глен стонет громче.
— Ты бы хотел, чтобы мы могли начать все сначала?
— Теперь хочу, — признает Джей Ди.
— Но…
— Слишком поздно.
И Глен не может ничего сделать, кроме как согласиться.
— Да.
Господи.
Восемь лет.
Но теперь все разрешилось.
(Тогда почему он чувствует себя таким сломанным, каким не чувствовал за всю жизнь?)
— Я никогда не забуду тебя, Глен Мэттьюс, — легко улыбается Джей Ди, а потом тянется к нему и целует в уголок рта.
Глен хочет украсть еще один глубокий поцелуй, но решает: пусть этот будет последним. Иначе он никогда не сможет его отпустить.
— Я никогда не забуду то, что у нас могло бы быть, доктор Джон Дориан.
Они обнимаются: он чувствует, как жар сдавливает его грудную клетку изнутри и теплые руки давят на спину, а затем все проходит. Джей Ди открывает дверь кладовки и уходит, ни разу не обернувшись.
Уборщик выдыхает и последний раз смотрит ему вслед.
Он бежит, подгоняемый выбросом адреналина, туда, куда ушел Джей Ди, надеясь, что сможет выследить его с помощью своего уборщического локатора или как-то еще, или, может, ему повезет, и тот еще не ушел из больницы, и…
И, судя по всему, судьба сегодня на его стороне. Доктор, видимо, услышавший частый стук его шагов, возвращается назад, в зону видимости.
— Убор… Глен?
Надо же, запомнил его имя. Глен стремительно подбегает к Джей Ди, хватает за руку и втаскивает его в ближайшую кладовку. На лице Джей Ди застывает выражение тихого ужаса.
— Я решил, что не закончил с тобой, — смело выпаливает Уборщик.
— Что это значит?
— Восемь лет.
В этот раз не колеблясь, не выдумывая стратегии и не прибегая к хитростям, он просто обхватывает лицо Джей Ди двумя руками и целует так, как должен был поцеловать под омелой тем Рождеством. Он даже не дает Джей Ди подумать о том, что это может быть какой-то очередной розыгрыш. Он пропускает его волосы сквозь пальцы и шагает к нему ближе; и он уже готов просто все взять и…
Джей Ди отрывается от него, чтобы перехватить дыхание, и в этот раз он не выглядит злым или смущенным. Он выглядит… грустным. Он пытается поймать взгляд Глена и ничего не произносит вслух, но его глаза говорят многое. Они оба как-то понимают друг друга без слов и соглашаются на еще один поцелуй.
Он настолько глубокий, насколько это физически возможно, и настолько же нежный. И жесткий, и медленный, и страстный, и жаркий, и такой, каким мог быть любой их поцелуй, если бы они только не потеряли время.
И вскоре они стоят, прижавшись друг к другу телами, но не смотрят друг на друга, сжимая друг друга в руках и тяжело дыша.
— Прости, — тихо говорит Джей Ди в шею Глена.
— За что?
— В основном за пенни.
Он хочет засмеяться — они оба хотят — но выходит только небольшой смешок.
— В основном?
— И за все… это время. Ты был…
— Да.
— Влюблен в меня.
Ему нечего ответить — все и так очевидно. Но потом Джей Ди добавляет:
— Ты знаешь, я так не хотел, чтоб ты злился на меня в первый день, потому что подумал, что ты милый. А потом я начал думать, что ты сумасшедший. Но все равно милый.
В мыслях они оба стонут от разочарования, от того, как нечестно все это было. Но Глен стонет громче.
— Ты бы хотел, чтобы мы могли начать все сначала?
— Теперь хочу, — признает Джей Ди.
— Но…
— Слишком поздно.
И Глен не может ничего сделать, кроме как согласиться.
— Да.
Господи.
Восемь лет.
Но теперь все разрешилось.
(Тогда почему он чувствует себя таким сломанным, каким не чувствовал за всю жизнь?)
— Я никогда не забуду тебя, Глен Мэттьюс, — легко улыбается Джей Ди, а потом тянется к нему и целует в уголок рта.
Глен хочет украсть еще один глубокий поцелуй, но решает: пусть этот будет последним. Иначе он никогда не сможет его отпустить.
— Я никогда не забуду то, что у нас могло бы быть, доктор Джон Дориан.
Они обнимаются: он чувствует, как жар сдавливает его грудную клетку изнутри и теплые руки давят на спину, а затем все проходит. Джей Ди открывает дверь кладовки и уходит, ни разу не обернувшись.
Уборщик выдыхает и последний раз смотрит ему вслед.
Страница 8 из 8
