Фандом: Призрак Оперы, Ван Хельсинг. Прошел не один десяток лет, а Эрик по-прежнему любит Кристин, Ван Хельсинг охотится на Дракулу, а сам Дракула пытается успеть везде, что не очень-то нравится силам, даровавшим ему Тьму. И вот однажды интересы всех сталкиваются в одной точке мироздания.
213 мин, 2 сек 2908
— Ну разумеется, — его провожатый улыбнулся столь простодушно, что казалось, будто Габриэль всего лишь спросил, водится ли в море рыба. Указав охотнику на одно из стоящих в комнате кресел, он сел сам и, соединив кончики пальцев, продолжил. — Господь назначил Вас своей Левой рукой на этой грешной земле, и Ваш долг, Ваш СВЯТОЙ долг исполнять волю Его…
— Вы хотите сказать, волю Главы Святого Ордена? — язвительно перебил его Габриэль.
— Можно и так, — снова слишком мягкая улыбка. — Ведь наш Глава произносит слова, внушенные ему Господом. Итак, — лицо посланника посуровело, — Габриэль Ван Хельсинг, Орден считает, что почти тридцати лет, в течение которых Вы отсутствовали, Вам вполне достаточно для устройства личных дел. Ныне же Вам надлежит вернуться в…
Ван Хельсинг, так и не севший в кресло, наклонился к говорившему и схватил его за воротник.
— Меня больше не касаются дела Ордена, — процедил он сквозь зубы. — У меня есть свои дела, и для меня важны только они. Я достаточно был вашей марионеткой, а сейчас у меня есть лишь одна цель, достигнув которой я хочу просто умереть!
Посланник Ордена очень осторожно разжал пальцы Габриэля и аккуратно высвободил из его хватки свой воротник.
— Господин Ван Хельсинг, — мягко произнес он. — На графе Дракуле вселенское зло не замыкается. Крайне прискорбно, что та поездка в Трансильванию подействовала на Вас таким образом, одарив навязчивой идеей. В мире много зла, которое должна покарать Ваша рука.
— Такого, как монстр Франкенштейна? — выплюнул Габриэль. — Такого, чья вина состоит лишь в том, что оно выглядит не так, как вы?
Посланник поморщился.
— Вы еще помните эту историю? Уверен, что это противоестественное и богопротивное создание давно рассыпалось за давностью лет, а вы все его защищаете. Да и в конце концов, когда в стаде эпидемия, то лучше прирезать пару-другую здоровых овец, нежели пропустить хоть одну больную.
— Меня не волнуют Ваши овцы, — Габриэль выпрямился, глядя теперь на собеседника сверху вниз. — Меня интересует лишь Дракула — сегодня я наконец нашел его, и на этом его история закончится.
— Вы снова ошибаетесь, господин Ван Хельсинг, — на сей раз улыбка посланника стала приторно сладкой. — Графа уже нет в той гостинице, где Вы собрались его настигнуть. Его предупредили о Вашем визите, и так как дело близилось к утру, он предпочел пока разумно отступить.
— Предупредили? — брови охотника сошлись на переносице. — Кто?!
— Мы, — лучезарно улыбнулся посланник. Увидев изумленно распахнувшиеся глаза Габриэля, он почти рассмеялся. — Видите ли, господин Ван Хельсинг, раз уж выяснилось, что Ваша жизнь непосредственно связана с жизнью… с существованием Дракулы, то Орден, после долгих размышлений и дебатов, решил оставить его в покое. Такой бессмертный, поистине выдающийся охотник Ордену важнее, нежели прекращение существование одного вампира.
— Мы говорим о графе Дракуле! Он унес столько жизней…
— Куда больше жизней Вы спасете, оставаясь в рядах Ордена, — отрезал посланник. — Никто не сравниться с Вашей силой и Вашим опытом, никакому другому охотнику просто не хватит на это его короткого смертного срока! Интересы Ордена…
— Меня волнуют лишь МОИ интересы! — рявкнул Габриэль. — Куда переехал Дракула?
— Ну откуда же мне знать? — насмешливо разведенные руки. — Господин граф не удосужился сообщить нам этого. Да и понятно, уезжал он в спешке… Одно могу сказать: раз уж ему потребовалась та миленькая певичка, с которой у Вас сегодня было ночное рандеву, он не оставит ее побега без внимания. Готов поспорить, что он еще вернется за нею.
В душе охотника вспыхнула надежда. Ну разумеется, m-lle Даае! Граф не такой мужчина, чтобы позволить девушке сбежать от себя. Надо лишь постоянно находиться рядом с нею, и рано или поздно они с Дракулой встретятся.
По губам посланника, внимательно следившим за его лицом, скользнула тонкая усмешка. Поняв, что Габриэль проследил всю необходимую цепочку, он нарочито медленно произнес:
— Разумеется, граф будет искать m-lle Даае… Вот только ее уже нет в Париже.
— Как это нет? Я ведь сам… — глаза Габриэля нехорошо сузились. — Что Вы сделали с девушкой?
— О, ровным счетом ничего… За исключением того, что сейчас поезд с m-lle Даае со всей возможной скоростью несется к Авиньону… Именно туда, куда я хотел пригласить и Вас.
Габриэль внезапно почувствовал свинцовую усталость. Как же ему все это надоело! Он подумал, что ненавидит Дракулу уже хотя бы за то, что из-за него он обречен на это вечное существование, которое ему уже до смерти — увы, лишь в переносном смысле! — надоело.
— Чего Вы от меня хотите? — бесцветно спросил охотник.
Посланник снова указал ему на кресло. После того, как Габриэль послушно сел, он снова соединил кончики пальцев и, помолчав, произнес:
— Вы хотите сказать, волю Главы Святого Ордена? — язвительно перебил его Габриэль.
— Можно и так, — снова слишком мягкая улыбка. — Ведь наш Глава произносит слова, внушенные ему Господом. Итак, — лицо посланника посуровело, — Габриэль Ван Хельсинг, Орден считает, что почти тридцати лет, в течение которых Вы отсутствовали, Вам вполне достаточно для устройства личных дел. Ныне же Вам надлежит вернуться в…
Ван Хельсинг, так и не севший в кресло, наклонился к говорившему и схватил его за воротник.
— Меня больше не касаются дела Ордена, — процедил он сквозь зубы. — У меня есть свои дела, и для меня важны только они. Я достаточно был вашей марионеткой, а сейчас у меня есть лишь одна цель, достигнув которой я хочу просто умереть!
Посланник Ордена очень осторожно разжал пальцы Габриэля и аккуратно высвободил из его хватки свой воротник.
— Господин Ван Хельсинг, — мягко произнес он. — На графе Дракуле вселенское зло не замыкается. Крайне прискорбно, что та поездка в Трансильванию подействовала на Вас таким образом, одарив навязчивой идеей. В мире много зла, которое должна покарать Ваша рука.
— Такого, как монстр Франкенштейна? — выплюнул Габриэль. — Такого, чья вина состоит лишь в том, что оно выглядит не так, как вы?
Посланник поморщился.
— Вы еще помните эту историю? Уверен, что это противоестественное и богопротивное создание давно рассыпалось за давностью лет, а вы все его защищаете. Да и в конце концов, когда в стаде эпидемия, то лучше прирезать пару-другую здоровых овец, нежели пропустить хоть одну больную.
— Меня не волнуют Ваши овцы, — Габриэль выпрямился, глядя теперь на собеседника сверху вниз. — Меня интересует лишь Дракула — сегодня я наконец нашел его, и на этом его история закончится.
— Вы снова ошибаетесь, господин Ван Хельсинг, — на сей раз улыбка посланника стала приторно сладкой. — Графа уже нет в той гостинице, где Вы собрались его настигнуть. Его предупредили о Вашем визите, и так как дело близилось к утру, он предпочел пока разумно отступить.
— Предупредили? — брови охотника сошлись на переносице. — Кто?!
— Мы, — лучезарно улыбнулся посланник. Увидев изумленно распахнувшиеся глаза Габриэля, он почти рассмеялся. — Видите ли, господин Ван Хельсинг, раз уж выяснилось, что Ваша жизнь непосредственно связана с жизнью… с существованием Дракулы, то Орден, после долгих размышлений и дебатов, решил оставить его в покое. Такой бессмертный, поистине выдающийся охотник Ордену важнее, нежели прекращение существование одного вампира.
— Мы говорим о графе Дракуле! Он унес столько жизней…
— Куда больше жизней Вы спасете, оставаясь в рядах Ордена, — отрезал посланник. — Никто не сравниться с Вашей силой и Вашим опытом, никакому другому охотнику просто не хватит на это его короткого смертного срока! Интересы Ордена…
— Меня волнуют лишь МОИ интересы! — рявкнул Габриэль. — Куда переехал Дракула?
— Ну откуда же мне знать? — насмешливо разведенные руки. — Господин граф не удосужился сообщить нам этого. Да и понятно, уезжал он в спешке… Одно могу сказать: раз уж ему потребовалась та миленькая певичка, с которой у Вас сегодня было ночное рандеву, он не оставит ее побега без внимания. Готов поспорить, что он еще вернется за нею.
В душе охотника вспыхнула надежда. Ну разумеется, m-lle Даае! Граф не такой мужчина, чтобы позволить девушке сбежать от себя. Надо лишь постоянно находиться рядом с нею, и рано или поздно они с Дракулой встретятся.
По губам посланника, внимательно следившим за его лицом, скользнула тонкая усмешка. Поняв, что Габриэль проследил всю необходимую цепочку, он нарочито медленно произнес:
— Разумеется, граф будет искать m-lle Даае… Вот только ее уже нет в Париже.
— Как это нет? Я ведь сам… — глаза Габриэля нехорошо сузились. — Что Вы сделали с девушкой?
— О, ровным счетом ничего… За исключением того, что сейчас поезд с m-lle Даае со всей возможной скоростью несется к Авиньону… Именно туда, куда я хотел пригласить и Вас.
Габриэль внезапно почувствовал свинцовую усталость. Как же ему все это надоело! Он подумал, что ненавидит Дракулу уже хотя бы за то, что из-за него он обречен на это вечное существование, которое ему уже до смерти — увы, лишь в переносном смысле! — надоело.
— Чего Вы от меня хотите? — бесцветно спросил охотник.
Посланник снова указал ему на кресло. После того, как Габриэль послушно сел, он снова соединил кончики пальцев и, помолчав, произнес:
Страница 12 из 59
