Фандом: Призрак Оперы, Ван Хельсинг. Прошел не один десяток лет, а Эрик по-прежнему любит Кристин, Ван Хельсинг охотится на Дракулу, а сам Дракула пытается успеть везде, что не очень-то нравится силам, даровавшим ему Тьму. И вот однажды интересы всех сталкиваются в одной точке мироздания.
213 мин, 2 сек 2960
Эрик с Анной, каждый со своей ношей, покинули … '-й Отель и добрались до кареты Дракулы, одиноко стоявшей на опустевшей площади. Девушка тревожно огляделась. Еще немного — и здесь соберется народ. Кучер недоуменно посмотрел на странную компанию, однако приказ немедленно ехать обратно к дому графа выполнил.
На городской ратуше часы пробили полночь.
Дракула вздрогнул — и очнулся. Давно уже его веки не поднимались с таким трудом, будто в глаза насыпали песка. Тело, неприятно тяжелое, было погружено в глубокое кресло, руки без сил лежали на подлокотниках.
Но на этот голос было невозможно не откликнуться. На какую-то неуловимую долю секунды графу показалось, что он слышит Эрика — но нет, голос принадлежал Ему.
Напротив Дракулы, в другом кресле, расположился мужчина. На вид ему было чуть за тридцать, но кому, как не вельможному вампиру знать, какой обманчивой может быть внешность.
Впрочем, рассмотреть собеседника графа было непросто. Вполне выразительное лицо моментально стиралось из памяти, не отпечатываясь в ней. Пожалуй, единственным, чего невозможно было забыть, являлись глаза: карий левый и правый зеленый.
— Повелитель… Доброй ночи, — произнес Дракула, почти не удивляясь тому, что слова соскользнули с его губ проще и быстрее, чем он мог ожидать.
— Доброй, — усмехнулся Повелитель, принимая вальяжную позу. — Ты прав, Влад, вежливость — превыше всего. Даже если ты умер.
— Ах да… — Дракуле наконец удалось сесть по-нормальному. — Габриэль в очередной раз убил меня. Как раз в третий — кажется, это священное число. Я так понимаю, это мой финал?
— Любят люди цепляться ко всяким условностям! — Повелитель махнул рукой. На нем красовался черный вечерний костюм — такой же, как на графе. Дракула счел это занятным: когда они виделись в последний раз, а это было в пятнадцатом веке, на Главе Ада были надеты доспехи. И опять ведь такие же, как на Дракуле тогда. А вот тридцать лет назад они так и не поговорили толком. Граф успел только заметить, как сверкнули разноцветные глаза, и его выбросило обратно в мир. — Три, семь, девять, двенадцать… Нет, своеобразные свойства у этих чисел имеются, но нельзя же их приплетать к месту и не к месту.
— Но Вы же сами сказали, что я умер, — Дракула пожал плечами, ощущая, что каждое новое движение дается ему все легче и легче.
— Влад, ты умер почти четыре с половиной сотни лет назад, — в глазах Повелителя плескалась насмешка. — Что не помешало тебе тратить все эти годы на ерунду. Ухмыляешься, да? Влад, не того я ожидал от тебя.
— Я воин, — поморщился граф. — А не провокатор. К тому же я всю жизнь трудился во благо идеалов. Мог я после смерти посвятить немного времени самому себе?
— Немного — можно, — губы Повелителя неуловимо изогнулись. — Но учитывая, что твоя смертная жизнь лишь слегка превысила сорокалетний рубеж, а твое «немного» длится четыреста с лишним лет, то и ты меня пойми: это перешагнуло уже все границы!
— Хотите, чтобы я раскаялся? — Дракула заинтересовано склонил голову к правому плечу.
— Дождешься от тебя… — вздохнул Владыка Ада. — Ты и при жизни был наглым, а теперь окончательно отбился от рук.
— Мда, теперь, как я понимаю, на уютное место в Ваших владениях я могу уже не рассчитывать?
— Для тебя это место еще не приготовлено, — усмехнулся Повелитель. — Что-то не так? Ты недоволен?
— Но разве… — брови графа сошлись в одну темную линию. — Вы же хотели поединка? Я убит.
— Да, это так, — Повелитель соединил кончики пальцев и опустил на них подбородок. — Но видишь ли в чем проблема… Бедняжка Рахиль умерла до тебя. Мало того, чтобы убить вампира твоего уровня одного стилета, даже из освященного серебра, маловато. Серебро медленно разъедало твою плоть, убивая, но душа твоя направилась ко мне уже после полуночи. То есть, строго говоря, Рождество ты пережил — а уж в каком состоянии, это не столь важно. Сам знаешь, как составляются магические контракты: форс-мажорные обстоятельства в них не предусматриваются.
Дракула задумчиво кивнул.
— Значит, можно сказать, что я выиграл? И что мне это дает?
— Ну, — Владыка снова выпрямился, — Победителю был обещано твое прежнее положение. Можешь считать, что своей победой ты подтвердил свое право на него.
— То есть… — вскинул бровь граф, — Вы опять вернете меня на Землю?
На городской ратуше часы пробили полночь.
Глава 18
— Ну здравствуй, Влад.Дракула вздрогнул — и очнулся. Давно уже его веки не поднимались с таким трудом, будто в глаза насыпали песка. Тело, неприятно тяжелое, было погружено в глубокое кресло, руки без сил лежали на подлокотниках.
Но на этот голос было невозможно не откликнуться. На какую-то неуловимую долю секунды графу показалось, что он слышит Эрика — но нет, голос принадлежал Ему.
Напротив Дракулы, в другом кресле, расположился мужчина. На вид ему было чуть за тридцать, но кому, как не вельможному вампиру знать, какой обманчивой может быть внешность.
Впрочем, рассмотреть собеседника графа было непросто. Вполне выразительное лицо моментально стиралось из памяти, не отпечатываясь в ней. Пожалуй, единственным, чего невозможно было забыть, являлись глаза: карий левый и правый зеленый.
— Повелитель… Доброй ночи, — произнес Дракула, почти не удивляясь тому, что слова соскользнули с его губ проще и быстрее, чем он мог ожидать.
— Доброй, — усмехнулся Повелитель, принимая вальяжную позу. — Ты прав, Влад, вежливость — превыше всего. Даже если ты умер.
— Ах да… — Дракуле наконец удалось сесть по-нормальному. — Габриэль в очередной раз убил меня. Как раз в третий — кажется, это священное число. Я так понимаю, это мой финал?
— Любят люди цепляться ко всяким условностям! — Повелитель махнул рукой. На нем красовался черный вечерний костюм — такой же, как на графе. Дракула счел это занятным: когда они виделись в последний раз, а это было в пятнадцатом веке, на Главе Ада были надеты доспехи. И опять ведь такие же, как на Дракуле тогда. А вот тридцать лет назад они так и не поговорили толком. Граф успел только заметить, как сверкнули разноцветные глаза, и его выбросило обратно в мир. — Три, семь, девять, двенадцать… Нет, своеобразные свойства у этих чисел имеются, но нельзя же их приплетать к месту и не к месту.
— Но Вы же сами сказали, что я умер, — Дракула пожал плечами, ощущая, что каждое новое движение дается ему все легче и легче.
— Влад, ты умер почти четыре с половиной сотни лет назад, — в глазах Повелителя плескалась насмешка. — Что не помешало тебе тратить все эти годы на ерунду. Ухмыляешься, да? Влад, не того я ожидал от тебя.
— Я воин, — поморщился граф. — А не провокатор. К тому же я всю жизнь трудился во благо идеалов. Мог я после смерти посвятить немного времени самому себе?
— Немного — можно, — губы Повелителя неуловимо изогнулись. — Но учитывая, что твоя смертная жизнь лишь слегка превысила сорокалетний рубеж, а твое «немного» длится четыреста с лишним лет, то и ты меня пойми: это перешагнуло уже все границы!
— Хотите, чтобы я раскаялся? — Дракула заинтересовано склонил голову к правому плечу.
— Дождешься от тебя… — вздохнул Владыка Ада. — Ты и при жизни был наглым, а теперь окончательно отбился от рук.
— Мда, теперь, как я понимаю, на уютное место в Ваших владениях я могу уже не рассчитывать?
— Для тебя это место еще не приготовлено, — усмехнулся Повелитель. — Что-то не так? Ты недоволен?
— Но разве… — брови графа сошлись в одну темную линию. — Вы же хотели поединка? Я убит.
— Да, это так, — Повелитель соединил кончики пальцев и опустил на них подбородок. — Но видишь ли в чем проблема… Бедняжка Рахиль умерла до тебя. Мало того, чтобы убить вампира твоего уровня одного стилета, даже из освященного серебра, маловато. Серебро медленно разъедало твою плоть, убивая, но душа твоя направилась ко мне уже после полуночи. То есть, строго говоря, Рождество ты пережил — а уж в каком состоянии, это не столь важно. Сам знаешь, как составляются магические контракты: форс-мажорные обстоятельства в них не предусматриваются.
Дракула задумчиво кивнул.
— Значит, можно сказать, что я выиграл? И что мне это дает?
— Ну, — Владыка снова выпрямился, — Победителю был обещано твое прежнее положение. Можешь считать, что своей победой ты подтвердил свое право на него.
— То есть… — вскинул бровь граф, — Вы опять вернете меня на Землю?
Страница 52 из 59
