Закончил я Тверской Медицинский Колледж в 2007-м году. Ах, студенческие годы… они были лучшими в моей жизни. В голове была романтика работы на скорой, а я представлял, как буду спасать людей, видеть благодарные взгляды пациентов.
5 мин, 15 сек 2089
— Давай, родной! Давай, мой хороший! Вот Путину тяжело, а нам-то с тобой молодым и красивым что?! Давай! — орал я.
Потом опять набрал адреналин в шприц и снова сделал укол. Только бы выдержало сердце, только бы выдержало.
Сколько я так качал — не знаю. Реанимация должна длиться полчаса.
Пот лился градом, мне уже самому было очень хреново, силы меня оставляли. Тахикардия и аритмия, давление, в глазах стало темнеть, но я качал, прикладывал Амбу (дыхательный аппарат) и качал снова.
— Я — чертов реаниматор! Путину тяжело, а нам легко!
— Сань, Сань, успокойся, — это открыл дверь водитель.
— Закрой дверь! — крикнул я, теряя всяческий контроль.
— Вы оба у меня под суд пойдете, уроды! Господи, пожалуйста!
И тут удар… Мне в ладонь ударило сердце. Так мощно, так сильно! Парень глубоко задышал, его вдохи поднимали грудину. Я остановился, убрал Амбу и стал считать. 18 — НОРМА!
Я опустился на пол машины, сел рядом с ним и продолжал следить за ЧД — оно было уверенным.
Тут я отвел взгляд в сторону и увидел нечто, что зависло в воздухе. Оно было, как легкая дымка, но в нем были человеческие черты лица. Я не знаю, что это было, но оно мне кивнуло, а затем исчезло.
На врача я накатал жалобу в департамент здравоохранения, как и на водителя. Их уволили, парень же остался жив, теперь мы с ним друзья. Он крестный моих детей, мы так с ним и дружим по сей день. В шутку он меня называет папой.
Потом опять набрал адреналин в шприц и снова сделал укол. Только бы выдержало сердце, только бы выдержало.
Сколько я так качал — не знаю. Реанимация должна длиться полчаса.
Пот лился градом, мне уже самому было очень хреново, силы меня оставляли. Тахикардия и аритмия, давление, в глазах стало темнеть, но я качал, прикладывал Амбу (дыхательный аппарат) и качал снова.
— Я — чертов реаниматор! Путину тяжело, а нам легко!
— Сань, Сань, успокойся, — это открыл дверь водитель.
— Закрой дверь! — крикнул я, теряя всяческий контроль.
— Вы оба у меня под суд пойдете, уроды! Господи, пожалуйста!
И тут удар… Мне в ладонь ударило сердце. Так мощно, так сильно! Парень глубоко задышал, его вдохи поднимали грудину. Я остановился, убрал Амбу и стал считать. 18 — НОРМА!
Я опустился на пол машины, сел рядом с ним и продолжал следить за ЧД — оно было уверенным.
Тут я отвел взгляд в сторону и увидел нечто, что зависло в воздухе. Оно было, как легкая дымка, но в нем были человеческие черты лица. Я не знаю, что это было, но оно мне кивнуло, а затем исчезло.
На врача я накатал жалобу в департамент здравоохранения, как и на водителя. Их уволили, парень же остался жив, теперь мы с ним друзья. Он крестный моих детей, мы так с ним и дружим по сей день. В шутку он меня называет папой.
Страница 2 из 2
