Расплата

Я живу верой в то, что абсолютно все слова — ложь, придуманная теми людьми, которые пытаются обмануть свой внутренний мир, уверяя себя в непревзойденной красоте жизни. Они слишком боятся признаться себе в том, что ежедневно, на работе, дома, в гостях ни один звук, воспринимаемый их разумом, не содержит в себе хотя бы малой доли правды. Что они обречены на вечное недоверие друг другу.

Когда-то я прочел в одной философской книге, фразы из которой очень любят цитировать образованные люди, что если человек долгое время живет мыслью лишь о своей мечте, то она обязательно сбудется. Может, именно такая мечта и привела меня в нынешнее состояние. Это просто ПОНИМАНИЕ того, что всё — враньё, и многообещающие слова ВЕРА и НАДЕЖДА — такая же беспросветная ложь. Очень сильное желание чего-либо способно привести человека лишь в мир безграничной боли… Сначала… А потом начинается излишне «увлекательное» путешествие: мир ненависти, мир апатии и еще многих состояний, названий которых я не смогу перечислить за всю свою никчемную жизнь… Вывод можно сделать только один: несбыточные мечты, как правило, заканчиваются концом света для отдельно взятого человека.

Один день из жизни Петра:

Что обычно говорят о себе люди, знакомясь с новым человеком? Рассказывают про свои неимоверные способности? Или же про «ангельский» характер? А может, выедают незнакомцу мозг целыми повестями о своих увлечениях? Не знаю, но, в любом случае, постараюсь поведать Вам кое-что о своей затерявшейся в мире тоски персоне. Я обычный парень, худой, среднего роста, с изможденным лицом и поблёкшими серо-голубыми глазами. По характеру я, скорее, меланхолик, смирившийся с неудачами человек, который даже не предпримет попытку изменить себя, заранее зная, что она окажется тщетной. Однако у меня есть нечто, что кардинально меня меняет, — это моё проклятое воображение. Одна моя знакомая подметила, что я живу исключительно иллюзиями. Я много размышлял над ее высказыванием и понял, что она права. Я всегда жил своими мечтами, слепо в них веря, наслаждаясь их красочностью и неизведанностью. Они совсем как наркотик. Попадая в их мир, ты начинаешь получать ни с чем несравнимое удовольствие, пока, в конце концов, не становишься зависимым. Только если от наркотической зависимости лечат, то против этой напасти лекарств еще не придумали. Впрочем, тебе они не нужны, потому что мечты — это оазис счастья в бескрайней пустыне отчаяния. В этом оазисе я и спасался от окружающего мира… Какая ирония — теперь мои желания медленно убивают меня, мучают каждый день, каждую минуту, каждую секунду, когда я вновь погружаюсь в себя… Мечты … Но нет, не могу, не хочу писать об этом, не могу сказать об этом никому… Даже себе. С недавнего времени я начал думать о еще одном выходе из моего бренного состояния, о самоубийстве.

До чего же скучны мои бессмысленные будни, когда я встаю в полдевятого по будильнику, пью лекарства, ем то, что мне можно по моей диете, чищу зубы и иду в магазин, покупаю себе необходимое, а если нет нужды, сижу дома, жду одиннадцати часов, после чего включаю ноутбук и сижу в интернете. Вся моя жизнь теперь сводится к полной безнадежности, более или менее заглушающейся иллюзией общения во Всемирной паутине. Но иногда, в периоды особого отчаяния, не помогает даже компьютер.

Тишину, царившую в моей комнате-убежище, нарушает тихий скрип двери — это мама принесла трубку домашнего телефона.

— Твой друг звонит.

Глупо было бы интересоваться, какой друг, потому что единственный человек, с которым я поддерживаю нормальные отношения — Павел. Познакомились мы во втором классе и дружим с небольшими перерывами уже около 28 лет. Он такой же человек, разочаровавшийся в жизни, хотя, в отличие от меня, он хотя бы имеет нормальную работу. В общем, моя жизнь на удивление пустая и серая.

— Привет. Как дела? — самый обычный вопрос, который подразумевает самый обычный ответ. И опять же подтверждается истина — все лгут.

— Да, ничего хорошего. Про мои проблемы с желудком ты знаешь… Поесть не могу нормально. И в последнее время очень раздражают люди. А всё потому, что они могут жрать, что хотят, и их не тошнит после каждого приема пищи. Скоро, по-моему, будет операция, но после нее состояние не улучшится. Я в интернете нашел интересную вещь. В Чехии три или четыре человека одели шланг на выхлопную трубу тачки, засунули ее в окно и заклеили изолентой для герметичности. Сели в машину, приняли снотворное и один из них повернул ключ газа. Хоть какое-то разнообразие. Как у тебя дела не спрашиваю, думаю, тоже ничего хорошего.

— Ты прав, у меня дела такие… Поправился вот за месяц на десять килограмм, 110 кг теперь вешу. Тебе не дозвонишься, последние пару месяцев ты вообще трубку не берешь!