Рассказ «Сомов пруд»

Раз Олег пошёл спать с Таней, значит, не обманул. Поссорились и помирились. Дело житейское. Конечно, современные нравы Ивану Кузьмичу были не по нраву, но что поделаешь, если дети живут в ногу со временем, а он отстал от них, закупорившись в своей раковине, застряв в том времени, когда он был молодой, как сейчас его внук. Пытаться перевоспитывать Олега и его друзей бесполезно, а разглагольствование про брак и крепость семейных уз, скорее всего, вызовет у них смех.

Люба и Александр, Вероника и Павел тоже разбились по парам и разбрелись по комнатам.

Кузьмич остался в гостиной и лёг на старый диван с торчащими из него пружинами.

— Надеюсь, мне ничего не въедет ночью в жопу, — пробормотал старик, ворочаясь и чувствуя, как пружины упираются ему в рёбра.

В соседних комнатах слышались звуки возни, приглушенный смех. Раздался слабый стук в дверь. Это был даже не стук, а поскрёбывание.

— Входи, — тихо, будто боясь спугнуть влюблённых голубков, сказал Кузьмич.

Вошёл Дима.

— Можно, я здесь переночую? На веранде холодно и комары кусают.

— Ну… давай. Только где ты спать будешь? Диван-то у меня один, да и тот…

— В кресле, — ответил Дима.

— Только под ноги подложи пуфик. Так удобнее будет.

— Спасибо!

Дима устроился в старинном кресле, накинув на ноги плед. Потом он включил настольную лампу, достал мобильный телефон и уставился в экран телефона. Голубоватое свечение освещало его лицо.

— Ты что, звонить собрался? — поинтересовался Кузьмич.

— Нет, книгу читаю. У меня в телефоне…

— А-а-а! — протянул дед. Вздохнув, он отвернулся к стене и стал засыпать.

Дима читал очередной роман Стивена Кинга. Иногда он отрывал взгляд от дисплея телефона и смотрел на окно. Он всё ещё не мог забыть старуху с белым, как мел лицом и её тонкие руки, протянутые к его горлу. Вспомнив длинные ногти на её руках, Дима вздрогнул и укутался в плед.

Вскоре из комнат послышались приглушенные ахи и вздохи. Кузьмич, тихо чертыхаясь, встал, достал из комода пакет с ватой, вставил в уши белые комочки. Склонил голову на бок, прислушался, потом удовлетворенно кивнул головой.

— Ты это… возьми, если они и тебе спать мешают, — сказал он Диме, но тот уже крепко спал и не слышал ни Кузьмича, ни звуки, которые не могли приглушить деревянные стены.

Ранним утром всех разбудил громкий женский крик.

— А-а-а-а! А-а-а!

Одеваясь на ходу, молодые люди и девушки выскочили из дома. На дорожке, ведущей к туалету, на одной ноге прыгала Вероника.

— Что случилось? — Олег первым подскочил к ней с вытянутыми руками.

— А-а-а-а! — лицо Вероники было перекошено. Она отстранилась от Олега и стала вытирать ногу об траву. — Фу, какая гадость!

— Да что случилось? — Павел положил ей руки на плечи, развернул к себе.

— Кто-то кошку убил, а я на неё наступила, когда в туалет пошла, — Вероника указала правой рукой куда-то в траву. — Фу! Как мерзко! Я в туалет шла, когда…

Олег проследил за её взглядом. В высокой осоке лежала полуразложившаяся рыжая кошка. По ней ползали мухи и белые личинки. Из приоткрытой пасти кошки торчал кусок бумаги.

— Дед! — закричал Олег. — Кто-то твою кошку убил.

— Это сделало привидение! — заорал Дима. — Я же вам говорил, что видел привидение! Оно убило кошку Ивана Кузьмича!

— Что? — расталкивая молодёжь, Кузьмич подошёл к тому месту, где лежал труп несчастного животного, нагнулся. — Да не было у меня никогда кошки. У меня кот Васька, но с ним всё в порядке…

Словно услышав слова хозяина, с поленницы спрыгнул большой сибирский кот. Выгнув спину, он стал тереться об ноги Тани. Таня отпихнула его, он тут же подошёл к Любе. Мурлыкая, Васька стал тереться об неё. Его будто не беспокоил мертвое тело собрата, лежащее в траве.

Александр, брезгливо морщась, двумя пальцами вырвал из пасти лист бумаги, развернул.

— Тут что-то написано, — он продемонстрировал развёрнутый лист друзьям, обступившим его.

На листке, вырванном из школьной тетради в линейку, крупными печатными буквами было написано: «НЕЧЕВА ВАМ ДЕЛАТЬ НА СОМАВОМ ОЗЕРЕ. УЕЖАЙТИ ОТСЮДАВА, ИНАЧЕ ВСЕ УМРЁТЕ!».

— Ничего себе! — присвистнул Павел.

— Я же вам говорил, что тут привидение… — говорил Дима, слепо щурясь без очков и тыча пальцем в листок. — А вы мне не поверили…

— Да уймись ты! — Кузьмич бросил злобный взгляд в сторону Дмитрия, вырвал клочок бумаги из пальцев Александра. — Во-первых, привидения писать не могут. Те, кто их видел, рассказывают, что они просто ходят… Во-вторых, это кошка Степана. Он её дней пять назад разыскивал. В-третьих, следы ведут через огород, где брешь в заборе. Привидения не оставляют следов! Это сделал кто-то из наших, местных…

— Но зачем? — удивилась Люба.

— Чтобы вы не ездили на пруд и уехали отсюда, — глядя в большие, красивые глаза Любы, ответил Иван Кузьмич. — Вы что, думали, что вас тут с распростёртыми объятьями встретят? От вас только беспокойство!

— Вот это да! — Александр покачал головой.

— А написано-то с ошибками, — подметила Таня.