Рики Макарони и Клуб Единства

Гадая, что на этот раз от него надо и какое отношение к этому могут иметь одноклассники, особенно Эйвери, Рики еще раз прочно удостоверился, что за все лето и в поезде не нарушил ни одного правила. Френк Эйвери недовольно косился на него, а Генри Флинт, похоже, мысленно все еще был с котенком.

В кабинете профессор предложил им сесть, а сам, согласно хорошо знакомой Рики манере, остался стоять и сразу начал ходить из угла в угол.

— Итак, джентльмены, — начал он, меряя шагами комнату, — год назад на этом столе стоял квиддичный кубок. Но увы, в прошлом году нас постигло жестокое разочарование, — Эйвери понурился, поскольку тогда устроил беспорядки среди болельщиков, но Снейп продолжал, не заметив этого, — кубок получил колледж «Гриффиндор», обойдя нас всего лишь на десять баллов. Как обидно!

Флинт и Эйвери горячо закивали. Подумав, Рики присоединился к ним, ведь в принципе он был согласен, только не переживал так уж сильно.

— Квиддичная команда нашего колледжа была полностью укомплектована, но теперь защитник закончил школу. В любом случае, приток свежих сил нужен, поэтому, как следует все взвесив, я принимаю вас в команду. Насколько мне известно, все вы получили новые метлы?

Профессор дождался подтверждающих кивков.

— Тем больше у вас шансов претендовать на участие в игре. Но пока в основной состав войдет только, — профессор помедлил, и, глядя на напрягшегося в ожидании Генри, Рики почти возненавидел Снейпа, когда тот сказал: — Эйвери. Завтра же поговорите с капитаном, Френк.

— Хорошо, сэр, — прошептал Эйвери, едва дыша.

— Флинт, Макарони, пока вы будете в запасе. Я предполагаю в будущем видеть вас загонщиками, но возможно, вам предстоит выйти как охотникам.

Лица Эйвери и даже Генри сияли восторгом, который Рики разделял ровно наполовину. Он прекрасно знал, какой популярностью пользуются играющие за свой колледж, и это не было ему безразлично. Впрочем, при этом Рики не увлекался квиддичем даже как зритель. Конечно, как всякий студент, он искренне желал победы команде своего колледжа, но это совсем не значило, что он стремится туда попасть, и даже не думал о такой возможности. Кроме того, распоряжение профессора он рассматривал главным образом с позиций того, какие оно налагает на него обязательства — сколько времени и сил это потребует. И вот тут сами собой возникали вполне обоснованные подозрения.

— Это большая честь, — вдохновенно добавил профессор, — так что я вправе ждать от вас… Что не так, Макарони?

— Ничего, сэр, — быстро сказал Рики, придавая голосу тон почти идиотского восторга. Возражать завучу было не только бесполезно, но и опасно, так как, скорее всего, тот счел бы это оскорблением. Может, Рики и отказался бы от высокой чести, но не в присутствии Френка Эйвери.

По дороге в Большой зал Генри и Френк оживленно строили планы и не обращали внимания на молчание Рики. Наконец, Френк о нем вспомнил и решил поддеть:

— А ты ведь никогда не играл, Макарони? Наверное, крестный просил зачислить тебя в команду?

О такой возможности Рики даже не думал, хотя теперь это представлялось вполне вероятным. Однако следовало немедленно отвечать, а уж потом обдумывать.

— Летаю я точно получше тебя, — сказал Рики.

Когда они вошли в большой зал, распределение уже почти кончилось. Рики заметил племянника Селены за столом «Гриффиндора» и порадовался, что не вел с ним разговоров о погоде. На лицах всех сидящих за столами светилось голодное ожидание.

Лео занял для него место, но Рики не успел рассказать о причинах вызова к завучу, хотя сияющий вид попутчиков должен был успокоить всех. Директор встал, чтобы, согласно глубоко чтимой в «Хогвартсе» традиции, дать сигнал к началу пира.

Дамблдор ничуть не изменился за лето, оставаясь с виду все таким же радушным старым чудаком.

— Добро пожаловать! — поприветствовал он и, изображая возмущение, добавил: — Чего же вы ждете? Налетай!

Блюда мгновенно наполнились едой, кубки — тыквенным соком. Вслед за всеми проголодавшийся Рики набил рот едой. Зашелестели застольные разговоры.

Генри с восторгом поделился своей огромной радостью с одноклассниками, за что Рики был ему благодарен, потому что сделать это сам он не решался. Ему стало вдруг неудобно из-за того, что Лео не предложили того же, и казалось, новость из его уст будет выглядеть как хвастовство.

Но Лео, при всей наблюдательности Рики, не выказал ни капли зависти, искренне и с едва заметным снисхождением поздравив Генри и Эйвери. Тогда Рики поделился с ним своими сомнениями.

— Понять не могу, отчего меня взяли. Френк предположил, что по просьбе Поттера. Такое может быть?

Лео немедленно посерьезнел и наклонился к Рики. Его слова потрясли последнего.

— Да. На самом деле, половина людей попадают в команду «Слизерина» именно так. Родители спросили меня, обратиться ли им к завучу с такой просьбой, они же друг друга знают. Но я понимаю, что квиддич — это не мое, к тому же тренировки отнимают уйму времени. В нашей команде всегда есть запасные. Правда, можно самому обратиться, и могут взять, если хорошо играешь.