Фандом: Гарри Поттер. Рикки Макарони идет на второй курс Хогвартса, ему предстоят сражения с УС, ночные тренировки и дуэльные игры в квиддич, приключения с друзьями и без них…
362 мин, 54 сек 22654
Дора немедленно купилась. Рики снова рассказал ей о реакции кошек на движущийся объект. Дора обожала экспериментировать, и потому, вызвав немалые опасения Тиффани, тут же начала задавать вопросы типа «а что будет, если»…. Рики как раз доказывал, что ни одна кошка в здравом уме не проглотит набор детской посуды, когда наконец пришел вызванный Бутом Марк Эйвери — староста «Слизерина». Марк был старшим братом Френка Эйвери — врага Рики, но это не мешало его объективности, более того, он не интересовался ничем подобным, и Рики относился к нему с симпатией и некоторым почтением. Марк покровительственно справился, как собравшиеся провели каникулы, а затем достал мазь, и через пару минут руки Генри были как новые. Уходя, Марк похвалил котенка и выразил надежду на его хорошее поведение, отчего Генри опустил глаза и скорчил рожу, а Тиффани засияла от радости; однако оба ответили «Да, конечно!».
Рики как следует рассмотрел сову Лео. Она была не очень большая и коричневая, я черными глазами — точками. Причем когда он поглядел на нее, она немедленно уставилась в ответ и так таращилась, пока он не смутился и не оставил ее в покое.
— Какая умная, — заметил он Лео.
Вскоре после этого проехала тележка с едой. Залезая в сундук за кошельком, Рики наткнулся на книги, которые обещал привезти для Лео в конце прошедшего учебного года. Это были образцы классического детектива, и Рики решил отдать их, пока не забыл. Что и сделал, как только доел тыквеченьки.
Совмещающая кусание и жевание с игрой бантиком Дора не обратила внимания, Генри и Тиффани, едва поняв, что книги далеко не магические, деликатно сделали вид, что ничего не заметили. Им был несколько присущ снобизм чистокровных магов, однако приятельские отношения с Рики и уважение к Лео как к лучшему ученику параллели и представителю старинного рода налагали определенные обязательства. Последний же вознамерился прочитать это немедленно, «пока еще нет никаких домашних заданий». Подобный интерес появился у него после приключившейся с ними в первом классе детективной истории.
Через некоторое время Дора устала возиться с котенком и ушла. Пока Генри и Тиффани препирались, кому играть с питомицей, та преспокойно свернулась клубочком на сундуке Лео и заснула. Остаток пути Рики провел очень спокойно, чтоб не сказать скучно, беседуя с Генри о метлах и квиддиче.
К тому моменту как поезд остановился, почти стемнело. Они быстро собрали вещи, Моргана согласилась залезть на руки к Тиффани, которая перед тем догадалась ее покормить, и ученики «Хогвартса» наконец покинули поезд.
Некоторое время они искали свободную карету, и наконец пришлось остановиться на той, куда их гостеприимно впустил справедливый Эди Боунс, чье благородство не позволяло ему в одиночку занять указанное средство передвижения; а так бы оно и вышло, потому что одноклассники Эди-праведника слишком хорошо знали, что в его присутствии не поговоришь о самых интересных вещах. Пока рассаживались, Лео успел сообщить Рики, что очень заинтересовался прочитанным, а потом уж было не до того, потому что котенок снова начал показывать свой нрав. Брат и сестра Флинт оставили опасные попытки удерживать ее, и Моргана металась по карете, прыгая на всех с выпущенными коготками и жалобно мяукая. Карета тряслась, подпрыгивая на ухабах, поддерживать светскую беседу в таких условиях было более чем проблематично. Взирая на этот кошмар молча, Эди наверняка сожалел о своем милосердии и неразборчивости в компании.
— Животные не любят перемен. Постоянная смена обстановки пугает ее, — предположил Рики, видя, что Тиффани вот-вот заплачет, и тогда брат, возможно, снесет ей голову. — Когда она привыкнет к замку…
— То разнесет его в клочья, — мрачно резюмировал Генри.
После такого заявления Эди, собирающийся что-то сказать, лишился дара речи.
Из кареты Тиффани вышла первой, закутав Моргану в мантию и заявив, что вернется в Большой Зал не раньше, чем выпустит ее в общежитии, и пошла разыскивать старост в надежде узнать пароль. Ее попутчики вздохнули с облегчением. Стараясь избегать взгляда Эди, Рики выскочил следом за ней и, обернувшись, успел заметить, с каким вежливым интересом изучают друг друга Эди и Лео.
Неторопливо поднявшись по каменным ступеням, Рики оказался в освещенном факелами холле. Поток студентов направлялся в Большой Зал, и только Рики успел подумать, что ему предстоит провести здесь целый учебный год…
— Флинт! Эйвери! Макарони! Подойдите сюда!
Голос, который их позвал, был слишком хорошо знаком Рики, и это показалось ему очень странным в начале года, когда он еще ничего не успел натворить. Но тем не менее профессор Северус Снейп, завуч «Слизерина», сейчас стоял у парадной лестницы и ждал их.
Недоуменно кивнув Лео, Рики вместе с Генри отделился от толпы и направился в противоположную сторону. Почти одновременно подошел и Эйвери.
— Я хотел бы поговорить с вами, джентльмены. Это не займет много времени. В мой кабинет, — профессор повернулся к ним спиной и начал спускаться в подземелья.
Рики как следует рассмотрел сову Лео. Она была не очень большая и коричневая, я черными глазами — точками. Причем когда он поглядел на нее, она немедленно уставилась в ответ и так таращилась, пока он не смутился и не оставил ее в покое.
— Какая умная, — заметил он Лео.
Вскоре после этого проехала тележка с едой. Залезая в сундук за кошельком, Рики наткнулся на книги, которые обещал привезти для Лео в конце прошедшего учебного года. Это были образцы классического детектива, и Рики решил отдать их, пока не забыл. Что и сделал, как только доел тыквеченьки.
Совмещающая кусание и жевание с игрой бантиком Дора не обратила внимания, Генри и Тиффани, едва поняв, что книги далеко не магические, деликатно сделали вид, что ничего не заметили. Им был несколько присущ снобизм чистокровных магов, однако приятельские отношения с Рики и уважение к Лео как к лучшему ученику параллели и представителю старинного рода налагали определенные обязательства. Последний же вознамерился прочитать это немедленно, «пока еще нет никаких домашних заданий». Подобный интерес появился у него после приключившейся с ними в первом классе детективной истории.
Через некоторое время Дора устала возиться с котенком и ушла. Пока Генри и Тиффани препирались, кому играть с питомицей, та преспокойно свернулась клубочком на сундуке Лео и заснула. Остаток пути Рики провел очень спокойно, чтоб не сказать скучно, беседуя с Генри о метлах и квиддиче.
К тому моменту как поезд остановился, почти стемнело. Они быстро собрали вещи, Моргана согласилась залезть на руки к Тиффани, которая перед тем догадалась ее покормить, и ученики «Хогвартса» наконец покинули поезд.
Некоторое время они искали свободную карету, и наконец пришлось остановиться на той, куда их гостеприимно впустил справедливый Эди Боунс, чье благородство не позволяло ему в одиночку занять указанное средство передвижения; а так бы оно и вышло, потому что одноклассники Эди-праведника слишком хорошо знали, что в его присутствии не поговоришь о самых интересных вещах. Пока рассаживались, Лео успел сообщить Рики, что очень заинтересовался прочитанным, а потом уж было не до того, потому что котенок снова начал показывать свой нрав. Брат и сестра Флинт оставили опасные попытки удерживать ее, и Моргана металась по карете, прыгая на всех с выпущенными коготками и жалобно мяукая. Карета тряслась, подпрыгивая на ухабах, поддерживать светскую беседу в таких условиях было более чем проблематично. Взирая на этот кошмар молча, Эди наверняка сожалел о своем милосердии и неразборчивости в компании.
— Животные не любят перемен. Постоянная смена обстановки пугает ее, — предположил Рики, видя, что Тиффани вот-вот заплачет, и тогда брат, возможно, снесет ей голову. — Когда она привыкнет к замку…
— То разнесет его в клочья, — мрачно резюмировал Генри.
После такого заявления Эди, собирающийся что-то сказать, лишился дара речи.
Из кареты Тиффани вышла первой, закутав Моргану в мантию и заявив, что вернется в Большой Зал не раньше, чем выпустит ее в общежитии, и пошла разыскивать старост в надежде узнать пароль. Ее попутчики вздохнули с облегчением. Стараясь избегать взгляда Эди, Рики выскочил следом за ней и, обернувшись, успел заметить, с каким вежливым интересом изучают друг друга Эди и Лео.
Неторопливо поднявшись по каменным ступеням, Рики оказался в освещенном факелами холле. Поток студентов направлялся в Большой Зал, и только Рики успел подумать, что ему предстоит провести здесь целый учебный год…
— Флинт! Эйвери! Макарони! Подойдите сюда!
Голос, который их позвал, был слишком хорошо знаком Рики, и это показалось ему очень странным в начале года, когда он еще ничего не успел натворить. Но тем не менее профессор Северус Снейп, завуч «Слизерина», сейчас стоял у парадной лестницы и ждал их.
Недоуменно кивнув Лео, Рики вместе с Генри отделился от толпы и направился в противоположную сторону. Почти одновременно подошел и Эйвери.
— Я хотел бы поговорить с вами, джентльмены. Это не займет много времени. В мой кабинет, — профессор повернулся к ним спиной и начал спускаться в подземелья.
Страница 18 из 102
