Фандом: Гарри Поттер. Мало Рики одного Хогвартса: его и в другую школу заносит, и чуть ли не в космос. Лиц, за него ответственных, искренне жаль.
786 мин, 32 сек 11122
Одноклассники, в том числе и Рики, приняли ее слова с неудовольствием. Никому до сих пор даже в голову не приходило, что поведение Клары может бросить тень на классного руководителя.
— При чем тут он? — сказала Карлотта. — Профессор ведь не выбирает тех, кто будет учиться в его классе. Если помнишь, дорогая моя, сюда поступают все колдуны и ведьмы страны, и неизвестно, кто из них — хулиган, а кто — растяпа.
— Если бы Вы могли нас выбирать, синьорина, — подлизушным тоном и с соответствующей улыбочкой заговорила Мариола, — то кого бы Вы не взяли в свой класс?
— Ну как тебе не стыдно задавать такие вопросы? — устало вздохнула классная наставница. — Всех вас надлежит воспитывать, как следует. И уж не сомневайтесь, я приложу все усилия!
В противовес такому обещанию ученики предпочли прекратить беседу и заняться конфетами.
После уроков Рики продолжал приходить к вольеру Барона, хотя не сразу место перестало вызывать неприятные воспоминания. Здесь он мог спокойно рисовать и беседовать с «ними», не опасаясь, что кто-нибудь заметит, как он шевелит губами, или меняется ни с того, ни с сего выражение его лица.
Но в один прекрасный четверг Рики остался в комнате практики. Дежурил профессор констругурации, и этим следовало воспользоваться. Рики подошел к нему, держа в руках модель Галактики внутри большого стеклянного шара.
— Синьор, — обратился он к преподавателю, — я хотел бы собрать такую штуковину самостоятельно.
— Похвально, — кивнул, отрываясь от чтения журнала с котлом на обложке, профессор. — Но зачем еще одна такая же? По-моему, этой не так часто пользуются.
— Нет, я хочу собрать немного другую, — сказал Рики, надеясь, что Прифиссато не станет любопытствовать, для чего. — Мне сказали, нужна особенная фольга.
— Главное, чтобы у тебя были готовы карты, — ответил профессор. — Остальное — дело техники. Вот только оболочка… она стандартная выпускается. Если хочешь другие карты, ее придется переколдовывать.
— Но мне сказали, основная трудность — как раз фольга, — Рики умолк, дожидаясь, пока намек подействует. Он приготовился настаивать, хотя весьма смутно представлял, что такое «черный рынок» и как туда попасть.
— Только не в твоем случае, — усмехнулся Прифиссато. — Насколько я знаю, в школе полно ненужного хлама, который хранится годами. Ко всему прочему — несколько рулонов этой фольги. Я уверен, что профессор Раджионеволли, как заведующий хозяйственной частью, с радостью выдаст тебе один рулон. Он их все постарается, уж прости, спихнуть, но не советую забирать. Ты вряд ли даже половину одного израсходуешь. Собственно, наш профессор истории, кажется, сейчас дежурит у девочек…
Профессор констругурации потратил целых три минуты на то, чтобы лично передать просьбу Рики своему коллеге. Как и было сказано, Раджионеволли немедленно согласился.
— А почему задаром такая роскошь? — удивился Рики, став счастливым обладателем тонкой трубочки длинной около метра.
— Она уже лет двадцать тут пылится, — объяснил профессор. — Не беспокойся, у фольги неограниченный срок годности, это серебро. Мне жена объясняла, когда я надеялся продать…
— Вы женаты? — выпалил Рики, и смутился, понимая, что вопрос нескромный.
— Да, — подтвердил преподаватель. — С тех пор разоряюсь потихоньку, — бодро добавил он. — Женщины, знаешь ли, и то требуют, и это. И я тебе как историк говорю, лучше дать, а то семейная жизнь будет на войну похожа. Сущее наказание, если женщина еще и, как бы сказать, грамотная, но не умная. Моя супруга, слава Святой Деве, сочетает то и другое. Сейчас она воспитывает дочку, а раньше служила секретарем в Министерстве в Отделе сертификации заряженных магией товаров. Знай, эта фольга вечная. Другое дело, что мало кому нужная. Естественно, с таким годом выпуска уже никто не купит, другие стандарты, длина, ширина и прочее. Но она полностью рабочая.
Дома Рики развернул рулон и начал перебирать листы, чтоб посмотреть, сколько их. Он ухватил тонкий слой, который оказался двойным… тройным, и еще более тонким! То, что он отделил в итоге, было совсем невесомо, но, как ни странно, непрозрачно.
— Не стоит пока все разворачивать и тормошить, — посоветовал Пит, — пусть упакованное лежит. До тех пор, пока не вычертишь все карты сначала на простой бумаге.
Профессор трансфигурации задержал его через пару дней после своего урока и вручил два пергамента.
— На одном — заклинания, которые тебе, вероятнее всего, потребуются для изменения оболочки, ну и другие, там написано, — прокомментировал он. — А во втором я указал все книги на итальянском и английском языках, известные мне, которые тебе могут понадобиться. Есть еще одна, последняя в списке, но там текст из древних рун. Удачи.
Рики действительно старался и проводил много времени за компьютером, чтобы поскорее завершить карты. Но конца работе пока не предвиделось.
Однажды он, как обычно, с карандашом и альбомом появился возле огороженного ивовыми прутьями озерца.
— Вот безобразие! Только приплыл, и уже беспокойство, — проворчал кое-кто из-за ограды.
— При чем тут он? — сказала Карлотта. — Профессор ведь не выбирает тех, кто будет учиться в его классе. Если помнишь, дорогая моя, сюда поступают все колдуны и ведьмы страны, и неизвестно, кто из них — хулиган, а кто — растяпа.
— Если бы Вы могли нас выбирать, синьорина, — подлизушным тоном и с соответствующей улыбочкой заговорила Мариола, — то кого бы Вы не взяли в свой класс?
— Ну как тебе не стыдно задавать такие вопросы? — устало вздохнула классная наставница. — Всех вас надлежит воспитывать, как следует. И уж не сомневайтесь, я приложу все усилия!
В противовес такому обещанию ученики предпочли прекратить беседу и заняться конфетами.
После уроков Рики продолжал приходить к вольеру Барона, хотя не сразу место перестало вызывать неприятные воспоминания. Здесь он мог спокойно рисовать и беседовать с «ними», не опасаясь, что кто-нибудь заметит, как он шевелит губами, или меняется ни с того, ни с сего выражение его лица.
Но в один прекрасный четверг Рики остался в комнате практики. Дежурил профессор констругурации, и этим следовало воспользоваться. Рики подошел к нему, держа в руках модель Галактики внутри большого стеклянного шара.
— Синьор, — обратился он к преподавателю, — я хотел бы собрать такую штуковину самостоятельно.
— Похвально, — кивнул, отрываясь от чтения журнала с котлом на обложке, профессор. — Но зачем еще одна такая же? По-моему, этой не так часто пользуются.
— Нет, я хочу собрать немного другую, — сказал Рики, надеясь, что Прифиссато не станет любопытствовать, для чего. — Мне сказали, нужна особенная фольга.
— Главное, чтобы у тебя были готовы карты, — ответил профессор. — Остальное — дело техники. Вот только оболочка… она стандартная выпускается. Если хочешь другие карты, ее придется переколдовывать.
— Но мне сказали, основная трудность — как раз фольга, — Рики умолк, дожидаясь, пока намек подействует. Он приготовился настаивать, хотя весьма смутно представлял, что такое «черный рынок» и как туда попасть.
— Только не в твоем случае, — усмехнулся Прифиссато. — Насколько я знаю, в школе полно ненужного хлама, который хранится годами. Ко всему прочему — несколько рулонов этой фольги. Я уверен, что профессор Раджионеволли, как заведующий хозяйственной частью, с радостью выдаст тебе один рулон. Он их все постарается, уж прости, спихнуть, но не советую забирать. Ты вряд ли даже половину одного израсходуешь. Собственно, наш профессор истории, кажется, сейчас дежурит у девочек…
Профессор констругурации потратил целых три минуты на то, чтобы лично передать просьбу Рики своему коллеге. Как и было сказано, Раджионеволли немедленно согласился.
— А почему задаром такая роскошь? — удивился Рики, став счастливым обладателем тонкой трубочки длинной около метра.
— Она уже лет двадцать тут пылится, — объяснил профессор. — Не беспокойся, у фольги неограниченный срок годности, это серебро. Мне жена объясняла, когда я надеялся продать…
— Вы женаты? — выпалил Рики, и смутился, понимая, что вопрос нескромный.
— Да, — подтвердил преподаватель. — С тех пор разоряюсь потихоньку, — бодро добавил он. — Женщины, знаешь ли, и то требуют, и это. И я тебе как историк говорю, лучше дать, а то семейная жизнь будет на войну похожа. Сущее наказание, если женщина еще и, как бы сказать, грамотная, но не умная. Моя супруга, слава Святой Деве, сочетает то и другое. Сейчас она воспитывает дочку, а раньше служила секретарем в Министерстве в Отделе сертификации заряженных магией товаров. Знай, эта фольга вечная. Другое дело, что мало кому нужная. Естественно, с таким годом выпуска уже никто не купит, другие стандарты, длина, ширина и прочее. Но она полностью рабочая.
Дома Рики развернул рулон и начал перебирать листы, чтоб посмотреть, сколько их. Он ухватил тонкий слой, который оказался двойным… тройным, и еще более тонким! То, что он отделил в итоге, было совсем невесомо, но, как ни странно, непрозрачно.
— Не стоит пока все разворачивать и тормошить, — посоветовал Пит, — пусть упакованное лежит. До тех пор, пока не вычертишь все карты сначала на простой бумаге.
Профессор трансфигурации задержал его через пару дней после своего урока и вручил два пергамента.
— На одном — заклинания, которые тебе, вероятнее всего, потребуются для изменения оболочки, ну и другие, там написано, — прокомментировал он. — А во втором я указал все книги на итальянском и английском языках, известные мне, которые тебе могут понадобиться. Есть еще одна, последняя в списке, но там текст из древних рун. Удачи.
Рики действительно старался и проводил много времени за компьютером, чтобы поскорее завершить карты. Но конца работе пока не предвиделось.
Однажды он, как обычно, с карандашом и альбомом появился возле огороженного ивовыми прутьями озерца.
— Вот безобразие! Только приплыл, и уже беспокойство, — проворчал кое-кто из-за ограды.
Страница 117 из 220
