Рики Макарони и Вестники Ниоткуда

Сигнал на роспуск застал его погруженным в уравнение по констругурации. Деловито захлопнув книги, Рики поспешил к своему шкафчику. Там он подождал, пока не появится Карло Робусто.

— Ну что, ты не передумал? — ехидно поинтересовался соперник.

— Нет, конечно, — ответил Рики. В кармане хрустнуло печенье. Он с удивлением заметил, что Карло, прежде чем положить на место учебные принадлежности, вынул из шкафчика небольшую сумку.

— Всю неделю таскал, — с гордостью похвастался он. Рики одобрительно кивнул.

— Хор поет возле Дверей в Тоннель школьников, — сказал Карло. — Придется торчать в каком-нибудь классе.

— Лучше у Приффиссато, — предложил Рики, — там нет портретов, и он никогда не задерживается.

Хор уже начался. Раньше Рики мало обращал внимание, надо признать, слушать было приятно.

— Я почти уверен, что это Пигнолли гонит на Карлотту, — заявил соперник, закрыв за ними дверь класса констругурации. — Он от пения, между прочим, так же далек, как и от поэзии.

— Все может быть, — философски заметил Рики.

— А как ты собираешься пережить эту ночь? — полюбопытствовал Карло, скептически оглядывая его. — Где твои амулеты?

— Зачем? — удивился Рики. Весь его опыт возни с амулетами говорил о том, что лучший из них — волшебная палочка.

— Тебя же предупреждали — ночью по замку гуляют привидения и прочая нечисть, — объяснил Карло.

— Я бы с ними за ручку здоровался. Увы, их природа этого не позволяет.

— Думаешь, ты такой крутой? — прищурился соперник. Рики вдохнул воздух для спокойствия.

— Не хотелось бы хвастаться, но думаю, что да, — ответил он.

— На Ческу ты так производил впечатление? Вот посмотрим, что от тебя утром останется, — угрожающе произнес Карло.

— Я не виноват, что Ческа выбрала не тебя, — Рики вообще не видел смысла в этом разговоре, но не представлял, как можно об этом не говорить.

— Так я и поверил, что ты смиренно ждал и молился, — съязвил Карло.

— Ты ведь не ждешь, что я тебе буду рассказывать, как все было? — устало поинтересовался Рики.

Они помолчали. Карло начал возиться в своей сумке, Рики же прошел к окну, выходящему на усадьбу, и стал любоваться вечерним пейзажем. Теперь уже темнело рано, море местами было скрыто туманом, а небо на противоположной стороне переливалось всеми красками.

— А правда, что ты дрался с настоящими последователями Темного Лорда? — услышал Рики. Он вздрогнул и обернулся.

— Откуда ты знаешь?!

— Ческа сказала, и Марина подтвердила, — пожал плечами Карло. — Вы же вместо последнего состязания Турнира в лазарет угодили всей компанией, и Консуэло, сестра Марины, тоже. Уж мы здесь удивились, когда ее выбрали в чемпионы. Такая взбалмошная девчонка, не то, что Марина. Ну ладно, так это правда?

— Да, — неохотно ответил Рики. — Я дрался вместе с друзьями, моим крестным отцом Гарри Поттером, чемпионами и, ты про них не слышал, наверное, с мистером и миссис Малфой.

Глаза Карло округлились. Затем он медленно покрутил пальцем у виска.

— Про кого это я не слышал? Этого твоего Малфоя года три назад пол-Италии крыло всеми словами! Он инспектировал наш Отдел безопасности и так некоторых Авроров опустил! А чтоб его пригласить, лично министр запрос посылал.

— Это на него похоже, — кивнул Рики. — Любит господин диктовать свои условия.

— Будешь врать, что лично с ним знаком? — скептически скривил губы Карло.

Рики предпочел ничего не отвечать.

— А жена у него просто мегера, — продолжал Карло, — да так ему и надо. Скажешь тоже, ее не знать! Синьора Гермиона почти на всех плакатах с Гарри Потером. Она постоянно отправляет обращения по министерствам в разные страны, достала своими эльфами и прочими колдовскими народами.

— Как это — прочими? — удивился Рики.

— С прошлого года она чего-то резко переключилась на кентавров, — проинформировал Карло. — Желает, чтоб они принимали больше участия в колдовских делах, а этого ни они, ни маги не особо хотят. Нет, эльфов, конечно, тоже не забывает…

— Она очень смелая женщина, — констатировал Рики.

— Этим ты привлек Ческу, да? Знакомством со знаменитостями? — нахмурился Рики.

— Хорошего же ты о ней мнения, — возмутился Рики, концентрируясь на стабилизирующем влиянии «Слизерина» и британского воспитания в целом. Будь он чистокровным итальянцем, они уже давно бы нанесли друг другу травмы.

Карло не нашелся, что ответить и, сердито фыркнув, вернулся к своей сумке. Рики, внутри весь кипя, наблюдал за ним.

— Что? — наконец, обратил внимание тот.

— Зависть — крайне противное чувство, я думаю, — сказал Рики.

— Ах ты! — задохнулся Карло и выхватил палочку. Рики сделал то же самое.

В этот момент пение внизу стихло. Хор кончился.

Тишина несколько отрезвила ссорящихся, и они остановились в нерешительности. В самом деле, если сейчас устроить дуэль, это неизбежно вызовет шум, а попадаться Пигнолли Рики вовсе не хотелось.

— Скоро все уйдут, — сказал он, опуская руку, но не убирая палочку.

— Я останусь в столовой, — заявил Карло, — возле комнаты Анны. А ты иди куда хочешь.