Ритори

— Гантеля, ты дурак! Почему ты не рассказал полицейскому всё, как было?

— Иди ты, знаешь куда?! — взревел в ответ Андрей. — Я бы посмотрел, что бы ты ему ответил! Умник тоже нашёлся! Ты, между прочим, тоже второй раз возвращаться не стал.

— О чём это он? — спросила Лариса.

— Да неважно, — отмахнулся Михаил.

— Давайте уедем отсюда куда-нибудь в другое место, — встряла в разговор Ира. — Что-то мне здесь не нравится.

Андрей погладил ее по спине:

— Успокойся, Ирочка. Ничего в этом нет дюже страшного. Мы же ничего плохого не сделали.

— Сделали. Оставили ребёнка в опасности, — тихо, но твердо произнёс Иосиф. — А вы знаете, что статья есть такая в уголовном кодексе: оставление в опасности?

— Твою мать! — вскрикнула Ира. — Вот же влипли!

— Ничего не влипли. Что вы выдумываете? — не согласился Олег. — Мы её не оставляли. Мы её искали, но не нашли. И, вообще, не стоит из-за этого портить свой отпуск. Впереди ещё двадцать дней отдыха — надо отрываться. Что случилось, то случилось. Это судьба, от неё никуда не денешься.

— Прав Олег, нечего паниковать раньше времени, — поддержал Андрей. — Это наше любимое место, и мы договорились раз в три года здесь собираться. Так что не будем портить себе настроение в начале отпуска. Жизнь — жестокая штука, и всех от всего не убережёшь.

— Мне плевать, что вы здесь собираетесь каждые три года, — прошипела Ира. — Я здесь в первый раз и далеко не в восторге. Идиотское место, никакого покоя нет!

Лариса косо посмотрела на Иру, и чуть было не высказала этой грубиянке все, что о ней думала. Еле сдержалась.

Внезапно в вольере громко залаяли сторожевые собаки. Причём не просто залаяли, а аж завелись от злости.

— Что это с собаками? — удивилась Лариса.

Михаил поднялся со скамейки и посмотрел в сторону самодельного вольера.

— Что, испугались? — тихо проговорила Ира. — Вы можете мне не верить, но я чувствую — здесь бродит нечистая сила!

У Михаила побежали мурашки по спине.

— Ирка, ты вечно, как ляпнешь! Молчала бы лучше, — сплюнул себе под ноги Михаил. — Иосиф, пошли, посмотрим, что там с собаками творится.

Михаил и Иосиф приблизились к вольеру, который был сделан из прочного деревянного каркаса и сварной оцинкованной сетки. В трех отделениях этого домика-клетки было по собаке. И все эти три пса — кавказские овчарки — бесновались и заливались яростным лаем, да еще бросались на деревянные дверцы вольера, обтянутые сеткой. Собаки заходились лаем, глаза их налились кровью, взгляд был бешеный, казалось, что если они вырвутся на волю — растерзают Иосифа и Михаила в одно мгновение.

— Давай откроем двери, пускай побегают! — в шутку предложил Михаил.

— Я тебе открою! Шутник хренов! Хозяин, когда уезжал, сказал вообще к ним не подходить.

— А кто же их кормит, пока его нет? — поинтересовался Михаил.

— С деревни какой-то паренёк приходит, — ответил Иосиф.

— Тихо-тихо, мои хорошие, — попытался успокоить расшумевшихся собак Михаил, но они ещё сильнее стали набрасываться на двери вольера и скалить зубы.

— Пошли отсюда, — сказал Иосиф и направился обратно к беседке. — Не стоит их лишний раз злить. Ну их к черту.

Михаил двинулся вслед за Иосифом.

— Но что с ними такое, чего они вдруг взбесились? — задумчиво проговорил Михаил.

— А я откуда знаю! — рявкнул Иосиф. — Разозлил кто-то!

— Ага, — тихо произнёс Михаил и остановился. — Прям, как я сейчас тебя.

Здание жилой базы отдыха представляло собой красивый двухэтажный

коттедж с двумя балконами. На каждом этаже было по четыре номера (два люкса плюс два простых). Иосиф и Андрей поселились на первом этаже, заняв отдельные простые номера. Как бы Иосиф ни гавкал на Андрея, а Андрей не рычал на Иосифа, они ухитрялись оставаться хорошими друзьями, и их не угнетало соседство.

На втором этаже, кроме семьи Михаила, которая заняла два простых номера, расположились Олег, Ира и Машка, дочь Иры. Они заняли свободные номера-люксы. Причём, Олег и Ира выбрали себе первый номер, а Машке достался четвёртый, в другом конце коридора.

К девяти часам вечера настроение Иры (его у неё практически никогда не было) приблизилось к отметке «ноль», и она закатила скандал Олегу. Отправной точкой в этот раз стал Андрей («несчастное безмозглое создание с бицепсами», как она выразилась).

— Олег, ты тряпка, а не мужчина! — с маньяческим наслаждением накинулась на Олега Ира. — Этот гад сегодня весь день распускает руки, лапает меня, а ты делаешь вид, что ничего не замечаешь!

— Да, ты дура, Ирка! — взвизгнул, как закипающий электрочайник, Олег. — Из любой мухи делаешь слона! Надо уметь отличать дружеские шутки от реальных проблем.

— Ах, так! — взвыла Ира ещё громче. — Тогда я сейчас пойду и пересплю с ним — так, ради шутки!

— Делай, что хочешь! — злобно выкрикнул Олег и вскочил с кровати. — Если тебе от этого станет легче, и если ты шуток не понимаешь!

— Да мне шутки твои в горле уже стоят! Вот здесь! У каждой шутки должна быть граница! Я тебе обещаю, что, если ты в следующий раз не поставишь Андрея на место, я ему выцарапаю глаза!