Родная кровь

— Кто? Скажи, пусть Варис порадуется новой возможности.

— Успокойся, — приказал король, — я вызвал тебя не для того, чтобы обвинять. Разве можно обвинять тебя, хоть раз увидев его? Меня спасло, что он — мой ребенок.

— Тогда нам незачем уходить.

— Ты совсем не боишься, — король усмехнулся. Подперев ладонью лицо, он наблюдал за Рейгаром, будто тот был улыбным актером и показывал представление.

— Кого? Их? Они ничего не сделают мне. Они будут бояться меня.

— Рейгар?

— Да, отец?

— Вестеросу нужен наследник.

— Гораздо больше, отец, Вестеросу нужны драконы.

Из тронного зала он пошел прямиком в комнаты Визериса. Брат стоял у окна, разглядывая закат. Здесь они были другими. Рейгару нравился вид возле Драконьего Камня. Но вернуться туда они смогут еще не скоро.

«Вернуться туда — это было бы лучше всего», — подумал он.

Оставить Вестерос Дени. Помогать ей, направлять, защищать, но не касаться его своими руками.

— Я уже забыл, как здесь пусто, — сказал Визерис. Рейгар подошел вплотную и обнял его, положив голову на плечо — как прежде.

— Я говорил с отцом.

— Что-то хорошее?

— Почти ничего. Он знает.

Визерис попытался вырваться из его объятий, но Рейгар позволил ему лишь развернуться, так что они оказались лицом к лицу.

— Ну? Что он сказал? Не молчи!

Рейгар запустил пальцы в серебряные волосы, притянул Визериса к себе и поцеловал. Сначала брат не отвечал ему, а потом прижался ближе и вцепился в одежду. Он не знал, что делать — никто и никогда не целовал его так. У него быстро закончилось дыхание и он, тяжело дыша, уткнулся головой в грудь Рейгара.

— Вчера я думал, ты никогда этого не сделаешь.

— Почему?

— Я думал, мы не доберемся сюда.

— Теперь все хорошо, — Рейгар обнял брата. — Я больше не буду ждать.

— Ты придешь завтра?

— Нет, — Рейгар усмехнулся, хотя Визерис не видел этого. Он все еще держался за шелковую рубаху и горячим дыханием обжигал грудь Рейгара.

— Почему?

— Я останусь здесь.

Визерис посмотрел на него широко распахнутыми от испуга глазами. Он уже не боялся боли от случайно пропущенного удара тренировочного меча, не боялся темноты и холода, но сейчас его охватил ужас.

— Они ничего не сделают нам. Они — никто. Их нет.

— Ты правда веришь в это?

— Да, — Рейгар отпустил брата и подошел к столу, где прислуга оставила поднос с фруктами, вином и холодным мясом. Визерис мало ел, и кому-то пришло в голову, что будет хорошей идеей завалить его угощениями. Но вино было кстати. Рейгар разлил его в два бокала и один отнес Визерису.

— Если ты веришь… — Визерис сомневался.

— Я расскажу тебе про Сумеречный Дол, — сказал Рейгар.

Он залпом выпил кубок, подошел к столу и налил еще.

— Не нужно, — Визерис был рядом. Его рука перехватила кубок Рейгара. — Я знаю, что было в Сумеречном Доле.

— Кто рассказал тебе?

— Никто. Я понял по твоему лицу. Ты убил их. Они этого заслужили.

— Почему?

— Потому что ты убил их, — Визерис широко улыбнулся. Безумие — оно было необходимо им, чтобы выжить. Разве можно понять подобное, оставаясь при здравом рассудке?

Оставив кубок, Рейгар пошел в соседнюю комнату. Здесь была кровать.

«Ты не причинишь ему боли», — пообещал себе Рейгар, но почти сразу нарушил обещание. Поцелуй превратился в укус, объятья — в захват, стон — в рык. На белоснежной шее Визериса появился сине-алый след, увидев его, Рейгар больше не давал себе никаких обещаний.

Он кусал, царапал, сжимал изо всех сил, выкручивал тонкие гибкие руки, прижимал Визериса к кровати, лишая возможности вдохнуть полной грудью. Ни одной девушке Мизинца не досталось столько, сколько вытерпел той ночью Визерис. К утру он тихо стонал, протягивая руки к Рейгару. Но в этих стонах не было ни отвращения, ни боли — только удовольствие.

Утром, намного позже обычного, в дверь постучала прислуга. Рейгар надел штаны, наскоро перевязал их и открыл. Девушка широко открыла глаза, заметив его. Он понял по выражению его лица, что изо всех сил она пыталась не верить в происходящее.

— Чего тебе?

— Ваше высочество, — начала девушка, но сбилась.

Он сжалился над ней:

— Не нужно еды. Принеси теплую воду.

— Как вам будет угодно, — она низко поклонилась и исчезла.

«Лучше всего, — подумал Рейгар, — у них получается исчезать».

«Еще они неплохо горят», — добавил он спустя мгновенье.

— Я хочу спать, — пробормотал Визерис, не поднимаясь с постели. — Пусть убираются.

— Заснешь, — пообещал Рейгар.

Он осторожно промыл самые глубокие ранки вином, заставил Визериса встать и потратить целый таз воды, а потом завернул в чистую простынь и лег рядом.

Брат заснул почти сразу. Его рука во сне продолжала сжимать большой палец Рейгара — там маленький принц любил делать в детстве. Теперь он вырос. Дракон не боится боли.

Дракон не боится огня. Взгляд Рейгара упал на воск сгоревшей за ночь свечи, оставленной у кровати Визериса.

«Нужно попросить больше, — подумал Рейгар, — гораздо больше»

Прошло не больше месяца, когда их уединение нарушил кто-то кроме дрожащей от страха прислуги. В комнату посреди ночи вбежала Дени.