Фандом: Гарри Поттер. Петунья Дурсль приняла в свой дом племянника-мага, а вместе с ним — кучу проблем, с которыми магглы не в силах справиться. Но что, если она найдет тех, кто сможет и захочет помочь? У Гарри Поттера будет нормальное детство, тетя и дядя, которые заботятся о его благополучии, и настоящий брат. А еще — доступ к тайнам и хранилищам Рода Поттеров. Получится ли Герой из такого Мальчика-Который-Выжил? И нужно ли ему будет становиться героем, если взрослые волшебники всего лишь честно выполнят свою работу?
181 мин, 25 сек 13259
Между тем настало Рождество. Семейный праздник, который Сириус Блэк впервые за долгие годы проводил в родовом особняке и впервые в жизни — вдвоем с матерью. Он послал подарки Гарри и всем Дурслям — приличные и подобающие подарки, а не что-нибудь из пришедших на ум веселых розыгрышей. Коньяк папаше-магглу, шоколад и красивые гребни Петунье, волшебные игрушки и сладости пацанам. Он напился и рыдал на груди у матери, рассказывая, как тошно без прежних друзей, как не хватает безудержного веселья, а мать, от которой он ни разу за все детство не услышал слов любви и сочувствия, гладила его по голове, как ребенка, и говорила, что все это проклятые дементоры и что радость к нему вернется. А под конец расплакалась сама и почему-то просила прощения — или это был уже пьяный бред?
Да, у Сириуса было очень странное Рождество. И разбирать поутру подарки тоже казалось странным, хотя больше всего удивляло то, как много их было. От Гарри и Дурслей, от Нарциссы и Андромеды, от матери, конечно же, а еще почему-то от кучи почти незнакомых или давно позабытых людей — сокурсников, сослуживцев-авроров, даже от Флитвика и МакГонагалл. Открытки с теплыми словами, горы шоколада, выпивка, теплый шарф от Петуньи и корявый рисунок от Гарри, который Сириус бережно прикрепил на стену возле кровати, сорвав с нее показавшиеся вдруг безобразно пошлыми плакаты с красотками.
У Дурслей и Гарри Поттера подарков тоже было куда больше обычного, но больше всего удивило приглашение на детский праздник к Малфоям. Петунья даже побежала советоваться с Дореей, но та лишь фыркнула презрительно:
— Дорогая, не бери в голову, это новый курс. Малфои держат нос по ветру. Но их сын поступит в Хогвартс в один год с Гарри, так что это обоюдно полезное знакомство.
Знакомство в итоге оказалось не только полезным, но и приятным: Петунье весьма польстило, что ее принимают в столь аристократическом доме, а парк и оранжерея были совершенно волшебны. Куда ей с ее крохотным садиком… Но теперь, когда можно больше не опасаться козней Дамблдора, а у Вернона хватает денег, можно наконец продать домик в Литтл-Уиннинге и купить коттедж с большим участком, а то и поместье! Перспектива совершенно захватила Петунью, и она с удовольствием обсудила с Нарциссой устройство оранжереи.
Зато Гарри и уж тем более Дадли о полезности знакомства не думали. Они стерпели одевание в «приличных мальчиков из хорошей семьи», чинно поклонились леди Малфой, вежливо поздоровались со всеми, кто изъявил желание поглазеть на недавнюю сенсацию, и с облегчением встретили предложение поиграть с другими детьми. А что итогом игры стали два расквашенных носа — у Винса и Грега, так нечего было обзываться.
И все же хорошая штука волшебство! Носы залечились по одному щелчку пальцев няни-домовушки, а в споре о том, что круче — волшебная палочка или добрый английский бокс — сошлись на том, что одно другому не мешает, а вовсе даже дополняет. Хотя Дадли остался непоколебим во мнении, что шестизарядный ковбойский кольт все равно круче всего.
Счастливым выдалось Рождество и у Скримджера, чувствующего себя без пяти минут министром. И у Криса Вуда, чье агентство вознеслось на пик популярности. И у Риты Скитер, за какой-то месяц сделавшей головокружительную карьеру. И у целителей из Св. Мунго, которые наконец-то получили достойное финансирование. И у Марджори Дурсль, хоть ей и пришлось бросить недоеденной рождественскую индейку и среди ночи принимать роды у молодой, но крайне перспективной сучки. Пять замечательных здоровых щенят — чем не подарок?
И только Люси Амалия Уотсон в это Рождество была катастрофически несчастна. Потому что у нее снова склеилась нечаянно разбитая любимая чашка, и мама из-за этого долго плакала. Люси решительно не понимала, где здесь повод для слез — наоборот ведь, радоваться надо. Люси немножко неуклюжая и посуду бьет часто, а чашка такая, с принцессой и единорогом, у нее одна. Но мама чего-то боялась, заклинала никому не показывать странностей и даже не рассказывать о них. А от маминых слез Люси чувствовала себя очень виноватой, хотя она ведь ничего специально не делала.
И поэтому даже подаренная Дадли Дурслем настоящая ковбойская шляпа совсем ее не радовала. Разве что самую чуточку.
На самом деле он хотел бы покончить со всем до праздника, но так уж получилось, что герр Фальк, без которого целитель Смоллет отказывался проводить решающую операцию, мог прибыть только в этот день. «Зато ты сам себе сделаешь крутой подарок», — утешил Дадли, от души хлопнув по плечу, и Гарри в ответ пихнул его в бок.
Дадли вместе с мамой, папой и крестным ждали его здесь же, в холле для посетителей, и это здорово успокаивало. Потому что, уж чего там врать, Гарри малость побаивался того, что должен был сейчас сделать. Победить Волдеморта. Не шутка.
Да, у Сириуса было очень странное Рождество. И разбирать поутру подарки тоже казалось странным, хотя больше всего удивляло то, как много их было. От Гарри и Дурслей, от Нарциссы и Андромеды, от матери, конечно же, а еще почему-то от кучи почти незнакомых или давно позабытых людей — сокурсников, сослуживцев-авроров, даже от Флитвика и МакГонагалл. Открытки с теплыми словами, горы шоколада, выпивка, теплый шарф от Петуньи и корявый рисунок от Гарри, который Сириус бережно прикрепил на стену возле кровати, сорвав с нее показавшиеся вдруг безобразно пошлыми плакаты с красотками.
У Дурслей и Гарри Поттера подарков тоже было куда больше обычного, но больше всего удивило приглашение на детский праздник к Малфоям. Петунья даже побежала советоваться с Дореей, но та лишь фыркнула презрительно:
— Дорогая, не бери в голову, это новый курс. Малфои держат нос по ветру. Но их сын поступит в Хогвартс в один год с Гарри, так что это обоюдно полезное знакомство.
Знакомство в итоге оказалось не только полезным, но и приятным: Петунье весьма польстило, что ее принимают в столь аристократическом доме, а парк и оранжерея были совершенно волшебны. Куда ей с ее крохотным садиком… Но теперь, когда можно больше не опасаться козней Дамблдора, а у Вернона хватает денег, можно наконец продать домик в Литтл-Уиннинге и купить коттедж с большим участком, а то и поместье! Перспектива совершенно захватила Петунью, и она с удовольствием обсудила с Нарциссой устройство оранжереи.
Зато Гарри и уж тем более Дадли о полезности знакомства не думали. Они стерпели одевание в «приличных мальчиков из хорошей семьи», чинно поклонились леди Малфой, вежливо поздоровались со всеми, кто изъявил желание поглазеть на недавнюю сенсацию, и с облегчением встретили предложение поиграть с другими детьми. А что итогом игры стали два расквашенных носа — у Винса и Грега, так нечего было обзываться.
И все же хорошая штука волшебство! Носы залечились по одному щелчку пальцев няни-домовушки, а в споре о том, что круче — волшебная палочка или добрый английский бокс — сошлись на том, что одно другому не мешает, а вовсе даже дополняет. Хотя Дадли остался непоколебим во мнении, что шестизарядный ковбойский кольт все равно круче всего.
Счастливым выдалось Рождество и у Скримджера, чувствующего себя без пяти минут министром. И у Криса Вуда, чье агентство вознеслось на пик популярности. И у Риты Скитер, за какой-то месяц сделавшей головокружительную карьеру. И у целителей из Св. Мунго, которые наконец-то получили достойное финансирование. И у Марджори Дурсль, хоть ей и пришлось бросить недоеденной рождественскую индейку и среди ночи принимать роды у молодой, но крайне перспективной сучки. Пять замечательных здоровых щенят — чем не подарок?
И только Люси Амалия Уотсон в это Рождество была катастрофически несчастна. Потому что у нее снова склеилась нечаянно разбитая любимая чашка, и мама из-за этого долго плакала. Люси решительно не понимала, где здесь повод для слез — наоборот ведь, радоваться надо. Люси немножко неуклюжая и посуду бьет часто, а чашка такая, с принцессой и единорогом, у нее одна. Но мама чего-то боялась, заклинала никому не показывать странностей и даже не рассказывать о них. А от маминых слез Люси чувствовала себя очень виноватой, хотя она ведь ничего специально не делала.
И поэтому даже подаренная Дадли Дурслем настоящая ковбойская шляпа совсем ее не радовала. Разве что самую чуточку.
Глава 22. Гарри Поттер и исполненное пророчество
Свой десятый день рождения Гарри Поттер встретил в Мунго.На самом деле он хотел бы покончить со всем до праздника, но так уж получилось, что герр Фальк, без которого целитель Смоллет отказывался проводить решающую операцию, мог прибыть только в этот день. «Зато ты сам себе сделаешь крутой подарок», — утешил Дадли, от души хлопнув по плечу, и Гарри в ответ пихнул его в бок.
Дадли вместе с мамой, папой и крестным ждали его здесь же, в холле для посетителей, и это здорово успокаивало. Потому что, уж чего там врать, Гарри малость побаивался того, что должен был сейчас сделать. Победить Волдеморта. Не шутка.
Страница 49 из 51
