Розовая вода

— Вот ведь как интересно, кто в министерстве у нас работает, кто в Гринготтсе, а самый занятой все равно оказывается Чарли, — глубокомысленно замечает Джордж, но никто не слушает Джорджа, поскольку на столе появляется еда, приготовленная Молли Уизли, приготовленная Флёр, а также притащенная Джинни. А когда все наедаются, неукоснительно соблюдая условие «оставить Чарли кусочек того, и этого тоже, и вообще всего», на столе оказывается та невообразимая пахнущая розой ерунда, которую делала Флёр, и миссис Уизли ворчит, что хороший кекс был бы гораздо уместнее, но съедает свою порцию и тянется за добавкой.

Чарли Уизли появляется сразу вслед за десертом, он упакован в драконовую кожу, увешан какими-то амулетами и хорош еще больше, чем Билл Уизли. И он такой взрослый. Серьезный. Самостоятельный. Лаванда тихонько вздыхает, глядя на очередного продемонстрированного ей Уизли, который совершенно точно ей не светит, и решается наконец попробовать десерт. Потому что, ну в самом деле, какого дементора? Не хотят они ее брать замуж — и не надо, и так проживет, вон Грейнджер ее на год старше, до сих пор не замужем, и вроде не страдает. А Джинни и Чанг вообще никто никогда замуж не возьмет, а им хоть бы что. Пойдет подрабатывать в… а, придумает, куда. Не пропадет. Ведьма она или где.

Лаванда знает, что этот порыв скоро пройдет, себя же не переделаешь, но новое состояние ей нравится. В нем оказывается неожиданно легко. Можно хотя бы полчасика не думать, как всем понравиться. И о том, что растолстеет, — тоже не думать! Поэтому — ну и еще из-за увлеченности десертом — она не замечает, как пристально рассматривает ее Чарли Уизли.

Вечером Чарли будет говорить Рону:

— Вроде ведь был у вас во время Тремудрого Турнира, а ее ни разу не видел. А зря!

— Ты про Лаванду? Серьезно, что ли? — изумится Рон.

— Серьезно или нет — это мы посмотрим. Но брат, мне очень, очень нужен ее адрес.