Вторая глава истории о русской деревни Карлово, кто знает сколько уже случаев произошло в этой деревне, получишь ли ты проклятие леса навсегда или только пока находишься в деревне? Были бы ответы… В прочем, тут вы лишь узнаете историю следователя Павла и то как о искал пропавшего Олега…
7 мин, 58 сек 10
— У меня работа, -коротко ответил Павел, стараясь не показывать, как сильно его трясёт от холода и напряжения.
Снег под ногами хрустел, и этот звук казался неестественно громким в окружающей тишине. Деревья стояли плотно, их ветви сплетались над головами, образуя тёмный свод, сквозь который не пробивался даже тусклый свет луны. Воздух здесь был тяжелее, будто пропитан чем-то густым, вязким.
Они шли уже около часа, когда Григорий вдруг остановился и поднял руку, призывая остальных замолчать.
— Слышите? -прошептал он, вглядываясь в темноту.
Сначала Павел ничего не слышал, кроме ветра и скрипа снега. Но потом до него донёсся странный звук -низкий, гортанный, похожий на стон, но одновременно на рычание. Звук был таким неестественным, что у Павла волосы встали дыбом.
— Что это? -прошептал один из спутников, его голос дрожал.
— То, о чём я вас предупреждал, -прохрипел Григорий, и в его глазах читался неподдельный ужас.
— Надо уходить. Сейчас же.
Но было уже поздно.
Из темноты между деревьями показалась фигура. Огромная, горбатая, она двигалась неуклюже, но с пугающей скоростью. Её тело было чёрным, словно покрытым смолой, а на голове виднелись изогнутые рога, напоминающие оленьи, но более массивные, острые. Существо издавало те самые звуки, которые они слышали, — низкие, булькающие, будто оно задыхалось или пыталось выговорить что-то на неизвестном языке. Изо рта у него текла густая, тёмная слюна, которая капала на снег и шипела, словно кислота.
Монстр замер на мгновение, будто принюхиваясь, а затем рванулся вперёд.
Крики разорвали тишину. Один из спутников Павла упал, не успев даже вскрикнуть, — монстр одним движением разорвал его пополам, и снег вокруг окрасился алым. Кровь брызнула во все стороны, горячая на фоне ледяного воздуха. Григорий выхватил топор, который носил с собой, и бросился на монстра, но тот лишь отмахнулся, словно отгоняя надоедливую муху. Топор вылетел из рук Григория, а сам он отлетел в сторону, ударившись о дерево с глухим стуком.
Павел стоял, парализованный ужасом, пока монстр расправлялся с остальными. Он видел, как острые когти разрывают плоть, как кишки вываливаются на снег, смешиваясь с кровью и тёмной слюной чудовища. Каждый крик, каждый хруст костей врезался в его сознание, словно раскалённый гвоздь.
Наконец монстр заметил Павла. Он поднял голову, и в его пустых, бездонных глазах не было ничего, кроме голода. Существо сделало шаг вперёд, и земля под его ногами проседала, будто не выдерживала тяжести.
Павел очнулся от оцепенения и бросился бежать. Он не разбирал дороги, спотыкался о корни, падал, поднимался и снова бежал, пока лёгкие не загорелись огнём, а в глазах не потемнело от усталости и страха.
Он не знал, сколько времени бежал, но когда наконец остановился, чтобы перевести дух, оказалось, что он вернулся к окраине деревни. Только Карлово теперь выглядело совсем иначе.
Дома были разрушены, их крыши провалились, а стены покрылись странной чёрной слизью, которая медленно стекала вниз, шипя и пузырясь. Из окон и дверей тянулись длинные, гибкие щупальца, покрытые мелкими шипами. Они извивались, будто живые, и тянулись к небу, словно пытаясь дотянуться до чего-то невидимого.
Деревня была залита кровью. Она покрывала снег, стекала по стенам, собиралась в лужи, которые пульсировали, как живые сердца. Повсюду лежали тела -или то, что от них осталось. Некоторые из них ещё двигались, корчились в агонии, но большинство уже превратились в нечто иное.
Жители Карлово больше не были людьми. Их тела исказились, кости выгнулись под неестественными углами, кожа почернела и потрескалась, обнажая мышцы и сухожилия. Глаза у них были белыми, без зрачков, и они смотрели на Павла с голодной жаждой.
Один из монстров, бывший когда-то женщиной, которая открыла ему дверь, медленно повернулся к Павлу. Его рот растянулся в жуткой улыбке, обнажая острые, как иглы, зубы.
— Ты пришёл, -прошипел он голосом, который звучал так, будто говорил не один человек, а сразу несколько.
— Мы ждали тебя.
Павел попятился, но сзади уже стоял кто-то ещё. Он обернулся и увидел того самого монстра из леса -горбатого, с оленьими рогами, покрытого тёмной слизью. Существо стояло неподвижно, но его глаза следили за каждым движением Павла.
— Нет, -прошептал Павел, чувствуя, как сердце готово выпрыгнуть из груди.
— Пожалуйста, нет.
Монстр сделал шаг вперёд, и земля под ним затрещала. Ещё шаг-и он уже был рядом. Павел попытался убежать, но ноги словно приросли к земле. Он чувствовал, как холод проникает в каждую клетку его тела, как страх парализует разум.
Монстр поднял когтистую лапу, и в этот момент время будто замедлилось. Павел видел каждый коготь, каждую каплю слюны, стекающую с его пасти. Он слышал, как хрустят суставы существа, как оно тяжело дышит, предвкушая свою жертву.
А потом всё произошло мгновенно.
Снег под ногами хрустел, и этот звук казался неестественно громким в окружающей тишине. Деревья стояли плотно, их ветви сплетались над головами, образуя тёмный свод, сквозь который не пробивался даже тусклый свет луны. Воздух здесь был тяжелее, будто пропитан чем-то густым, вязким.
Они шли уже около часа, когда Григорий вдруг остановился и поднял руку, призывая остальных замолчать.
— Слышите? -прошептал он, вглядываясь в темноту.
Сначала Павел ничего не слышал, кроме ветра и скрипа снега. Но потом до него донёсся странный звук -низкий, гортанный, похожий на стон, но одновременно на рычание. Звук был таким неестественным, что у Павла волосы встали дыбом.
— Что это? -прошептал один из спутников, его голос дрожал.
— То, о чём я вас предупреждал, -прохрипел Григорий, и в его глазах читался неподдельный ужас.
— Надо уходить. Сейчас же.
Но было уже поздно.
Из темноты между деревьями показалась фигура. Огромная, горбатая, она двигалась неуклюже, но с пугающей скоростью. Её тело было чёрным, словно покрытым смолой, а на голове виднелись изогнутые рога, напоминающие оленьи, но более массивные, острые. Существо издавало те самые звуки, которые они слышали, — низкие, булькающие, будто оно задыхалось или пыталось выговорить что-то на неизвестном языке. Изо рта у него текла густая, тёмная слюна, которая капала на снег и шипела, словно кислота.
Монстр замер на мгновение, будто принюхиваясь, а затем рванулся вперёд.
Крики разорвали тишину. Один из спутников Павла упал, не успев даже вскрикнуть, — монстр одним движением разорвал его пополам, и снег вокруг окрасился алым. Кровь брызнула во все стороны, горячая на фоне ледяного воздуха. Григорий выхватил топор, который носил с собой, и бросился на монстра, но тот лишь отмахнулся, словно отгоняя надоедливую муху. Топор вылетел из рук Григория, а сам он отлетел в сторону, ударившись о дерево с глухим стуком.
Павел стоял, парализованный ужасом, пока монстр расправлялся с остальными. Он видел, как острые когти разрывают плоть, как кишки вываливаются на снег, смешиваясь с кровью и тёмной слюной чудовища. Каждый крик, каждый хруст костей врезался в его сознание, словно раскалённый гвоздь.
Наконец монстр заметил Павла. Он поднял голову, и в его пустых, бездонных глазах не было ничего, кроме голода. Существо сделало шаг вперёд, и земля под его ногами проседала, будто не выдерживала тяжести.
Павел очнулся от оцепенения и бросился бежать. Он не разбирал дороги, спотыкался о корни, падал, поднимался и снова бежал, пока лёгкие не загорелись огнём, а в глазах не потемнело от усталости и страха.
Он не знал, сколько времени бежал, но когда наконец остановился, чтобы перевести дух, оказалось, что он вернулся к окраине деревни. Только Карлово теперь выглядело совсем иначе.
Дома были разрушены, их крыши провалились, а стены покрылись странной чёрной слизью, которая медленно стекала вниз, шипя и пузырясь. Из окон и дверей тянулись длинные, гибкие щупальца, покрытые мелкими шипами. Они извивались, будто живые, и тянулись к небу, словно пытаясь дотянуться до чего-то невидимого.
Деревня была залита кровью. Она покрывала снег, стекала по стенам, собиралась в лужи, которые пульсировали, как живые сердца. Повсюду лежали тела -или то, что от них осталось. Некоторые из них ещё двигались, корчились в агонии, но большинство уже превратились в нечто иное.
Жители Карлово больше не были людьми. Их тела исказились, кости выгнулись под неестественными углами, кожа почернела и потрескалась, обнажая мышцы и сухожилия. Глаза у них были белыми, без зрачков, и они смотрели на Павла с голодной жаждой.
Один из монстров, бывший когда-то женщиной, которая открыла ему дверь, медленно повернулся к Павлу. Его рот растянулся в жуткой улыбке, обнажая острые, как иглы, зубы.
— Ты пришёл, -прошипел он голосом, который звучал так, будто говорил не один человек, а сразу несколько.
— Мы ждали тебя.
Павел попятился, но сзади уже стоял кто-то ещё. Он обернулся и увидел того самого монстра из леса -горбатого, с оленьими рогами, покрытого тёмной слизью. Существо стояло неподвижно, но его глаза следили за каждым движением Павла.
— Нет, -прошептал Павел, чувствуя, как сердце готово выпрыгнуть из груди.
— Пожалуйста, нет.
Монстр сделал шаг вперёд, и земля под ним затрещала. Ещё шаг-и он уже был рядом. Павел попытался убежать, но ноги словно приросли к земле. Он чувствовал, как холод проникает в каждую клетку его тела, как страх парализует разум.
Монстр поднял когтистую лапу, и в этот момент время будто замедлилось. Павел видел каждый коготь, каждую каплю слюны, стекающую с его пасти. Он слышал, как хрустят суставы существа, как оно тяжело дышит, предвкушая свою жертву.
А потом всё произошло мгновенно.
История ждёт вашей реакции
Дочитайте историю до конца, чтобы оставить реакцию
Страница 2 из 3
