Руся

Здоровалась, словно сквозь зубы цедила, выдавливала из себя приветствие. А так ни с кем не общалась.

Спустя примерно полгода многие стали замечать, что у нелюдимой по характеру Руси стали частенько задерживаться соседские мужчины. Не обошла эта участь и моего отца. При встрече с ним на улице или на лестничной клетке Руслана, что называется«расцветала» от улыбок и комплиментов. А спустя еще несколько месяцев отец стал сильно пить, стал злым и раздражительным, даже домой приходить не хотел. И однажды совсем не пришел ночевать. А утром, когда мама выходила на работу, она столкнулась с ним, выходящим из соседней квартиры прямо на лестничной клетке. Скандала не было. Мама просто сказала, чтобы он уходил.

Вечером того же дня, придя с работы пораньше, мама пошла к Русе, чтобы узнать, что происходит. Однако ответ прозвучал довольно нагло:«Слышь, сама пожила — дай другим пожить, ясно? А будешь мешать, так я вас всех со свету сживу. Ишь, собственница выискалась!» И захлопнула дверь.

Уже поздно вечером после очень долгого и серьезного разговора родители помирились. Почти два месяца в доме было относительное спокойствие.

Однажды, когда мы с мамой пришли из магазина, отец сидел на кухне за столом, обхватив голову руками. В умывальнике лежала разбитая бутылка водки. Мы не сразу поняли, что он был сильно пьян. Отец обвел нас мутным непонимающим взглядом, затем молча поднялся и, сильно шатаясь, отправился к нашей соседке. Мы слышали, как там открылась дверь и чей-то истерический голос заорал:«Че тебе надо, алкаш проклятый?!» Затем дверь с грохотом захлопнулась.

Мы с мамой были в комнате, когда на кухне раздался звон стекла. Отец бросил в окно табуретку. Добежав до двери в кухню, мы увидели, как он прыгнул в черное окно. Под нашими окнами как специально в эти дни проводили какие-то работы с газовыми трубами. Все было раскопано, а из земли торчали железные колья. Не помня себя, мы подбежали к окну и посмотрели вниз. Два железных прута, пробив отца насквозь, торчали у него из живота, а еще один, пробив шею, вышел через… открытый рот! Когда мы спустились вниз, папа был еще жив. Умер он в машине«Скорой» по дороге в реанимацию.

Только спустя полгода, когда одна мамина знакомая уговорила ее пойти погадать, мы узнали, что Руся приворожила отца на спиртном, и что без этого он ни за что бы к ней не пошел, а тем более не остался бы ночевать. Когда мама возвращалась от гадалки, она столкнулась с соседкой. Эта, как будто зная о том, где была мама, зло зашипела:«Хочешь знать много?! Смотри мне, а то дознаешься…»

В том, что она человек очень страшный, мы убедились спустя неделю. К нам очень часто заходил дядя Миша — папин друг, с которым они дружили со второго класса. Жил он в соседнем подъезде и поэтому знал Руслану не понаслышке. И неоднократно делал ей замечания, чтобы та оставила в покое отца. В тот день он вместе с парой соседских мужчин что-то оживленно обсуждал на крыльце нашего подъезда, когда появилась Руся и, в наглую, подойдя к нему, заявила, что ей«надо прибить полку». Может, в другой ситуации дядя Миша бы и не отреагировал, но едкие замечания мужиков, вроде:«Ты следующий» и«Ща напоит, и поминай как звали», — сделали свое дело. Русю«послали». Та вышла из себя, посыпались угрозы, от которых у нормального человека волосы становились дыбом! Руся, увидев, что ее не боятся, стала делать какие-то пасы руками и выкрикивать короткие странные слова. Внезапно Михаил побледнел, потом посинел и, схватившись за сердце, рухнул на землю. Мужики до этого хихикавшие, тут же разбежались«по срочным делам». Соседка с первого этажа, которая видела, как дядя Миша упал, вызвала«Скорую», которая забрала Михаила с обширным инфарктом.

После этого случая все соседи не только по двору, но и нашему микрорайону стали обходить Руслану за версту.

Когда мне исполнилось семнадцать лет, в квартиру напротив переехали новые соседи. Точнее только один — молодой парень лет 25-30. Причем его переезд сюда был равносилен чуду. Эту квартиру Руслана хотела купить для своей дочери, практически за бесценок и всячески препятствовала продаже другим людям. В итоге продавалась эта квартира почти полгода, вконец замучив и продавцов, и потенциальных покупателей. Узнав, что квартиру все-таки продали, да еще за ту сумму, которую просили, Руслана несколько дней рвала и метала.

Вскоре я стала замечать, как она подбрасывала под двери нашему соседу всякий мусор: шелуху от семечек, землю из кулечка, какие-то булавки. Но с соседом так ничего и не происходило. Как ни в чем не бывало, он спокойно ходил на работу, здоровался и всегда улыбался. Проделок же Руси он, казалось, вообще не замечал.