Благородный лорд Сот, рыцарь ордена Алой Розы Без Изъяна, оказывается во власти сильных страстей, которые толкают его на новые и новые преступления, в результате чего он становится изгоем, а затем — живым мертвецом, которым движет лишь жажда мести, на путях утоления которой он встречается с вампиром Страдом фон Заровичем Посвящаю эту книгу Дебби с благодарностью за ее поддержку и терпение, которые не покидали ее даже в моменты, когда Рыцарь Смерти безраздельно властвовал в нашей квартире. Много раз лорд Сот грозил увлечь меня с собой в Темный Мир, и я чувствую себя обязанным поблагодарить множество людей, которые не позволили этому случиться. Я приношу свою благодарность моим родителям и родителям жены, которые поняли меня, когда все лете я провел за компьютером; Джону Рэтлифу, который оказал мне неоценимую помощь своими обширными познаниями в области литературы «фэнтези» и своими критическими замечаниями; моему издателю Пат Мак-Гайлиган, чей энтузиазм и тяжелый труд заставили сюжет развиваться, а персонажей — жить и дышать, по крайней мере тех, которым это было положено по замыслу. Особую благодарность я выражаю Мари Кирчофф. Ваша уверенность в моих способностях помогла мне писать о Соте, а ваши юмор и дружеская поддержка помогли мне прожить целых три месяца в окружении вампиров и призраков.
— Оно не слишком отличается от всего, что мне довелось повидать в моих путешествиях, — откликнулся рыцарь. — К тому же мир для меня не наполнен яркими красками и острыми запахами, которые чувствуешь ты. Я только помню обо всех этих вещах, они существовали для меня в прошлом.
В стене впереди появилось светлое пятно. Еще через несколько шагов коридор заполнился высоким визгливым смехом. Сот продвигался вперед крадущимся осторожным шагом, и Азраэль последовал его примеру.
Свет проникал в тоннель через отверстие в форме неправильного круга. Пол возле него был скользким от разлитых снадобий и составов. Снова завоняло падалью — на этот раз от кусочков гниющего мяса, которое зацепилось за неровные края дыры.
За стеной находилась огромная комната, битком набитая стеклянной алхимической посудой, металлическими и медными трубами, древними черепами и чучелами сверхъестественных существ. Столы были заставлены носатыми ретортами с жидкостями всех цветов и оттенков, а две стены были заняты полками с книгами, переплетемными в кожу, дерево, сафьян и другие экзотические материалы. Другие две стены были заняты протяженными стеллажами, на которых теснились склянки и горшочки с порошками, засушенными конечностями насекомых и земноводных и прочими мелочами, необходимыми для свершения сложных заклинаний.
Казалось, что в комнату не ведет никакая дверь, кроме отверстия, через которое глядел сейчас Сот. Более того, в комнате не было ни одного факела, и в воздухе не плавали шары волшебного голубого огня, однако вся комната была хорошо освещена ровным желтым светом, лившимся откуда-то сверху. Свет распространялся по всей площади настолько равномерно, что нигде не было видно теней и ни одна книга, ни одна склянка с порошком не могла бы затеряться в темноте.
В центре этого упорядоченного хаоса, неподалеку от сливного отверстия, сидел на высоком табурете мальчик лет восьми. Должно быть, это и был Медрот — сын герцога Гундара. Наклонившись вперед, он пристально рассматривал какое-то сооружение из стекла и стали, напоминающее своей формой и размерами большой шкаф. Внутри шкаф представлял собой многоэтажный кукольный домик, на каждом этаже которого хорошо виднелись крошечные комнатки, уставленные кукольной мебелью, стены которых были увешаны крошечным оружием, которое блестело как настоящее. Толстые стеклянные пластины, служившие стенами этого дома-шкафа, были во многих местах просверлены, и то, для чего были предназначены эти отверстия, вскоре стало очевидным Соту.
Мальчик зажег от ближайшей свечи несколько клочков бумаги и быстро затолкал их через отверстия на нижние этажи.
— Не можете же вы прятаться вечно, презренные черви, — пробормотал Медрот хрипло и постучал по стеклу своими маленькими пальцами. — Выходите, пора начинать игру.
Удушливый дым понемногу заполнял нижние этажи, и внутри ящика началось какое-то движение. Сначала Сот не мог ничего рассмотреть, но, приглядевшись, увидел какие-то крошечные фигурки, которые, спасаясь от дыма, принялись карабкаться по лестницам, соединяющим этажи. «Крысы» — подумал Сот, но сразу понял, что ошибся. Это были маленькие человеческие существа. Пленники что-то кричали, бранились и потрясали кулаками, но мальчик только смеялся.
— Название сегодняшней игры — «Змея на лестнице»! — объявил он и вытащил из-под стола плетеную корзину. — Хадерак, ты выжил в прошлый раз, так что правила тебе известны. Остальные же должны слушать внимательно.
Он натянул на руку перчатку из грубой свиной кожи и вытащил из корзины целую пригоршню извивающихся змей. Встав ногами на табурет, мальчик открыл на верху ящика небольшую стеклянную дверцу и одну за другой затолкал змей в кукольный домик.
— Каждый раз, когда один из вас будет съеден змеей, я убираю одну лестницу… — Он прищурился и добавил: — А вы должны двигаться вперед, а не назад. К тебе это в первую очередь относится, Костиган, мерзкий плут.
Как только последняя змея скользнула в ящик, мальчик уселся на табурет и стал наблюдать.
— Если вам удастся убить одну змею, как удалось в прошлый раз отважному старине Хадераку, я поставлю одну лестницу обратно. А теперь — вперед, игра начинается.
Он пожал плечами и сложил руки на коленях.
Крошечные люди быстро расхватали мечи и копья, развешанные по стенам кукольных комнат. Остальные бежали, спасаясь от змей, которые, как им очевидно было известно, будут преследовать их. Дым от тлеющей бумаги заполнял уже четыре нижних этажа.
— Вы можете бежать, но вам нигде не спрятаться! — дразнил их Медрот, закрывая вход на нижний этаж стеклянной задвижкой.
