S is for Slytherin

Сириус подумал, что для подобной мысли интонации слишком уж веселые. Но он всегда знал, что Снейп — садист. Гарри же, наоборот, всем своим видом выражал осуждение. Его губы были сжаты, и сидел он на стуле так, как будто проглотил шомпол. Лишь от одного этого зрелища спина у Сириуса начала болеть.

— Если там вообще было чему сдавать! — припечатал самый молодой волшебник, и Сириус зажмурился от язвительного тона.

Снейп фыркнул:

— Отнюдь не оригинальная мысль. Именно так я обычно и полагал; насколько я знаю, Минерва тоже согласна. Едва ли мы одиноки в своих размышлениях.

У Гарри дернулись губы.

— В первую очередь твои змейки, да?

Сириус в смущении наблюдал, как они обмениваются шутками. К его удивлению, Снейп при реплике Гарри прямо-таки расцвел.

— Что тебе ответить? Я действительно старался вложить в их головы исключительно здравый смысл, и, очевидно, у меня получилось.

— Здравый смысл? Может, мне напомнить, кто там стоял, пока одна из его учениц расписывала свои планы по наложению проклятья на печально известный магнит неприятностей, волшебная аура которого ужасно реагирует на эти самые проклятья?

Снейп фыркнул:

— Это был урок Биннса, а не мой. И вмешиваться в него вовсе не мое дело.

— Тогда зачем ты там вообще присутствовал? — глаза Гарри опасно сузились, но Сириус заметил, что в них нет истинной враждебности.

Как будто это был не столько спор, сколько обмен колкостями при флирте.

Как, черт возьми, желание придушить друг друга превратилось в это… в эту… возмутительную вербальную прелюдию?

— Зачем? — Снейп насмешливо усмехнулся. — Тебя одели в платье, и ты так смущался. Как мог я пропустить подобное фиаско, такое развернувшееся действо во всей его сомнительной славе?

Искра раздражения в глазах Гарри раздулась в пламя.

— У меня имеется весьма авторитетное свидетельство того, что я выглядел чертовски хорошо в этом проклятом платье, — проскрежетал он.

— Чье свидетельство? — провокационно поинтересовался Снейп. — Уизли? А я-то думал, что он — игрушка Грейнджер.

Острые белые зубки оскалились в улыбке, как заявили бы люди, понятия не имеющие о собачьей мимике.

— Нет, основателя твоего факультета. Когда я надевал это проклятое платье, дорогой Салазар не мог держать свои руки от меня подальше.

Простите? Сириус выпрямился на стуле и нахмурился. Гарри же не подразумевал, что некий омерзительный змей его лапал? Если Сириусу попадется этот самый Салазар… Салазар? Салазар Слизерин? Его Гарри и Салазар Слизерин?

— До или после того, как узнал, что ты не женщина? — едко прокомментировал Снейп.

— И в том, и в другом случае, — ответил Гарри с тем самым хищным выражением. — Ты забываешь, что я очень… интересный собеседник, сссСеверус.

Когда Гарри закончил шипеть, Снейп поерзал. Сириус никак не удавалось понять, в чем дело, но у Гарри прекрасно получалось ставить мерзавца в неловкое положение.

— Пожалуй, — чуть помедлив, честно допустил Снейп. — Но ведь можно же ожидать, что с… как там маглы говорят? С трансвеститом? Да, с ним волшебнику из темных веков будет, как ты выражаешься, интересно поговорить.

— Я был переодет по необходимости, а не по своему выбору, сссСеверус, — игриво ответил Гарри.

Сириус потрясенно уставился на своего крестника.

— Гарри! Ты… ты… — заикался он, краснея, не вполне уверенный, чем ему поинтересоваться.

— Педик? — со злобным наслаждением закончил за него Снейп. Сириус вздрогнул; Снейп это заметил и радостно продолжил: — Занимается сексом с мужчинами? Гомик?

— Я не гей. Возможно, у меня и были любовники, однако это не значит, что я гей… бисексуал — да, но не гей, — заявил Гарри, затыкая Снейпа до жути зверским взором. Не будь Сириус настолько сбит с толку, пришел бы в восторг от того, как Снейп съеживается от взгляда гриффиндорца.

Однако он продолжал смотреть на крестника и лепетать:

— Ты? Но это же… Фу-у-у! — На этот раз его лицо скривилось в отвращении по совершенно иной причине.

Его крестник между тем задумчиво размышлял:

— Это не настолько плохо, как ты думаешь… по крайней мере, когда один из вас точно знает, что делает.

— А как же дети? — запротестовал Сириус. Не то, чтобы он был против гомосексуалистов, хотя от мысли о том, чтобы позволить другому мужчине подобраться к своему заду, его несколько тошнило. И высказался он даже не из-за пришедшей на ум картины того, как остальные отреагируют на подобные новости, хоть и подозревал: если всё выйдет наружу, поднимется буря протестов. Сириус знал, что не глядя проломит такому фанатику голову, если услышит, как тот, на свою беду, решит оклеветать его крестника.