С нуля

Такая резкая смена настроения выбила Мэри из колеи. Она потрясла головой, приводя мысли в порядок, и кивнула:

— Почему бы и нет?

— Давай сумку, — он зажал сигарету зубами и протянул правую руку, не вынимая левой из кармана. Мэри помедлила, но все же стянула лямку с плеча.

В сумке не было ничего запрещенного — все оружие принадлежало владельцам полигона, а свой собственный пистолет она не брала на тренировки с тех самых пор, как этот парень исчез. И все же Мэри предпочитала никому не отдавать свои вещи — даже просто донести. Детство научило. Но ему она отказать не могла.

— Как тебя зовут? — неожиданно поинтересовался он, закидывая ее черную сумку на плечо.

— Мэри, — на автомате ответила она и тут же спохватилась: — То есть Мари. Мари Кавелье.

— На английский манер Мэри, — хмыкнул он. — Мне удобнее так.

Она посмотрела на него с подозрением, но на его лице читалось лишь безразличие.

— А тебя как зовут? — поинтересовалась Мэри, когда пауза затянулась.

— Шерлок. Шерлок Холмс.

— Приятно познакомиться, Шерлок Холмс, — усмехнулась она, чувствуя, что этот день стоит отметить в календаре — жирно, красным цветом.

Он ничего не ответил.

С тех пор так и повелось. Шерлок пропадал, потом возвращался и отмахивался от расспросов Мэри, каждый раз отвечая, что это не ее дело. Она сначала обижалась, потом привыкла.

Очень быстро стало понятно, что ей просто позволено быть рядом с Шерлоком. Даже то, что он сам приходил по вечерам на остановку, встречая ее с автобуса, не играло существенной роли. Мэри подозревала, что ему просто было скучно, но это не имело совершенно никакого значения. Она восхищалась им — всем, от внешности до ума, от язвительности до глубокой задумчивости, от сигарет до кудряшек.

И если Мэри не понимала этого раньше, то теперь стало очевидно: она влюбилась в Шерлока Холмса настолько, что у нее перехватывало дыхание рядом с ним. Она была готова ради него на все.

В очередной раз на остановке Шерлок оказался не один.

— Это Майкрофт Холмс. Как ты понимаешь, мой старший брат, — сказал он, едва Мэри оказалась рядом с ними.

Майкрофт с его кислым выражением лица не понравился ей с первого взгляда. Но она вежливо поздоровалась и отметила, что он держится слишком важно для обстановки вокруг.

— Майкрофт у нас борется за мир во всем мире, — мрачно усмехнулся Шерлок.

Майкрофт недовольно кашлянул и поправил:

— Работает на благо Британии, если быть точнее.

Мэри хмыкнула и не стала акцентировать на этом внимание. Майкрофт вызывал у нее такую неприязнь, что она задавалась только одним вопросом: зачем Шерлок притащил с собой брата.

— Не переживайте, Мэри, — ухмыльнулся Майкрофт, из-за чего стал нравиться Мэри еще меньше. — Я всего лишь хотел узнать, с кем Шерлок проводит вечера. Я не обременю вас своим присутствием.

После этих слов он ушел, даже не обернувшись напоследок.

— Твой брат всегда тебя контролирует? — недоуменно поинтересовалась Мэри у Шерлока.

— Это было одним из условий моего возвращения, — туманно ответил он. — Давай пойдем в кафе, тут холодно.

На самом деле на улице было достаточно тепло, и Мэри очень хотела задать еще несколько вопросов — например, почему Шерлок никогда не говорил ей, что у него есть брат, — но разговор явно был окончен. Она отдала сумку Шерлоку и пошла рядом с ним.

— Сегодня тяжелее, — заметил Шерлок спустя пару секунд.

Мэри едва не встала на месте как вкопанная. В этот раз она брала с собой на тренировку пистолет. С винтовкой ей уже было легко работать, но не хотелось забывать вес ругера, потому что всегда под рукой был только он.

— Брала утяжелители, — мозг, как и во всех опасных ситуациях, заработал с сумасшедшей скоростью.

— Ясно, — отозвался Шерлок.

В эти вечера — такие короткие, что Мэри всегда не хватало времени, чтобы насладиться обществом Шерлока сполна, — они говорили обо всем. Вернее, чаще всего говорил Шерлок, но его было очень интересно слушать. Он был эталоном ума, и его взгляд на множество вещей всегда казался Мэри уникальным.

Они никогда не разговаривали о личном. Лишь однажды, незадолго до Рождества, когда они сидели в баре и потягивали сидр, Шерлок внезапно — скорее всего, даже для самого себя — спросил:

— Что с твоими родителями?

Любой другой человек, которому хоть сколько-нибудь был свойственен такт, никогда не задал бы такой вопрос. Но Шерлок не был любым другим, а у слова «такт» знал только музыкальное значение, поэтому Мэри даже не смутилась. Отпила сидра, пожала плечами, повертела в пальцах пачку сигарет, лежавшую на столе.

— Их нет. Отец пропал без вести во время войны. Мать сошла с ума от горя.