Никто не пишет длинный роман в одиночку, и мне хотелось бы на минуту отвлечь ваше внимание, чтобы поблагодарить тех людей, которые помогли мне с этой книгой: Дж. Эверетта Мак-Катчена из Хэмпденской академии - за поддержку и дельные предложения, доктора Джона Пирсона из Олдтауна, штат Мэн, медицинского эксперта округа Пенобскот, обладающего прекрасным стажем в самой замечательной врачебной специальности - общей терапии, отца Ренолда Холли из костела Святого Иоанна, Бангор, штат Мэн. И, конечно, мою жену, чья критика была столь же суровой и прямой, как всегда. Хотя окружающие Салимов Удел городки весьма реальны, сам Салимов Удел существует целиком и полностью в воображении автора и всякое сходство между его обитателями и теми, кто живет в реальном мире, случайно и непреднамеренно.
628 мин, 15 сек 17154
Никакого ответа. Ресницы Майка аккуратно лежали на щеках. Взлохмаченные волосы свободно рассыпались по лбу. Бен подумал, что в первом нежном свете утра Майк был не просто красив - он был прекрасен, как профиль греческой статуи. На щеках цвел легкий румянец, а тело было начисто лишено той мертвенной бледности, о которой говорил Мэтт - только здоровые тона кожи.
- Конечно, он дышит, - сказал Бен с легким нетерпением. - Просто заспался. Майк… - Он протянул руку и несильно потряс Райерсона. Свободно переброшенная через грудь левая рука Майка вяло свалилась с кровати, стукнув костяшками пальцев об пол, словно Райерсон спрашивал позволения войти.
Мэтт шагнул вперед, взял эту вялую руку и прижал указательный палец к запястью:
- Пульса нет.
Он хотел было отпустить ее, вспомнил жуткий быстрый стук костяшек по полу и положил руку Райерсону поперек груди. Та снова заскользила вниз. Он, скривившись, вернул ее на место и устроил попрочнее.
У Бена не укладывалось в голове. Райерсон спал, должен был спать. Хороший цвет лица, явная гибкость мышц, губы, приоткрытые словно для вдоха… его захлестнула нереальность. Он дотронулся запястьем до плеча Райерсона и почувствовал, что кожа холодная. Послюнив палец, он подержал его перед полуоткрытыми губами. Ничего. Ни малейшего дуновения.
Они с Мэттом переглянулись.
- А отметины на шее? - спросил Мэтт.
Бен взял подбородок Райерсона в ладони и стал осторожно поворачивать голову Майка. Та щека, которую было видно, легла на подушку. От этого левая рука сместилась, и костяшки снова стукнули об пол.
На шее Майка Райерсона не было никаких отметин.
Они опять сидели за столом на кухне. Было 5:35 утра. К ним доносилось басистое мычание коров Гриффена, которых гнали на восточное пастбище - вниз по холму, за полосу кустарника и подлеска, скрывающую от глаз Тэггарт-Стрит.
- Если верить фольклору, отметины исчезают, - неожиданно сказал Мэтт. - Когда жертва умирает, отметины исчезают.
- Я знаю, - отозвался Бен. Это он помнил и по «Дракуле» Стокера, и по хаммеровским фильмам, где играл Кристофер Ли.
- Мы должны проткнуть ему сердце осиновым колом.
- Подумайте-ка хорошенько, - сказал Бен, отхлебывая кофе. - Коронерскому суду объяснить это будет чертовски трудно. За осквернение трупа вы отправитесь в лучшем случае в тюрьму. А скорее, в дурдом.
- По-вашему, я сумасшедший? - спокойно спросил Мэтт.
- Нет, - сказал Бен без какого-либо заметного колебания.
- Вы мне верите насчет отметин?
- Не знаю. Наверное, должен. Зачем вам обманывать меня? Не вижу в этом для вас никакого проку. Вот если бы вы убили его, вы бы лгали. По-моему, так.
- Предположим, так оно и было, - сказал Мэтт, наблюдая за Беном.
- Против этого говорят три вещи. Первое: ваши мотивы. Простите меня, Мэтт, но для классических - ревности или денег - вы просто слишком стары. Второе, как вы это сделали? Если отравили, Майк, должно быть, расстался с жизнью очень легко - выглядит он достаточно умиротворенно, вне всяких сомнений. Что сразу же исключает почти все обычные яды.
- И третий ваш резон?
- Ни один убийца, находясь в здравом уме, не выдумает для сокрытия преступления такую историю, как ваша. Это было бы безумием.
- Мы все время возвращаемся к моему психическому здоровью, - заметил Мэтт. Он вздохнул. - Так я и знал.
- Я не считаю вас сумасшедшим, - сказал Бен, делая ударение на первом слове. - Вы кажетесь достаточно рассудительным.
- Но вы ведь не врач, правда? - спросил Мэтт. - А сумасшедшим иногда отлично удается прикидываться нормальными.
Бен согласился.
- К чему же мы таким образом приходим?
- Все к тому же.
- Нет. Ни один из нас не может себе это позволить, потому что наверху - мертвец, и очень скоро придется объяснять, откуда он там взялся. Констеблю захочется узнать, что случилось. Медицинскому эксперту тоже. Шерифу округа тоже. Мэтт, может ли быть, что Майк Райерсон всю неделю болел чем-то вирусным и случайно приказал долго жить у вас дома?
В первый раз с тех пор, как они спустились вниз, Мэтт выказал волнение.
- Бен, я же рассказывал вам, что он сказал! Я видел отметины у него на шее! И слышал, как он приглашал кого-то в мой дом! А потом услышал… Господи, я услышал смех! - Взгляд Мэтта опять стал странно бессмысленным.
- Ну, хорошо, - сказал Бен. Он поднялся и пошел к окну, стараясь привести мысли в порядок. Думалось ему не слишком хорошо. Как он и говорил Сьюзан, ситуация, похоже, нашла способ выйти из-под контроля.
Он смотрел в сторону дома Марстена.
- Мэтт, вы понимаете, что будет, если вы пророните хоть словечко о том, что наговорили мне?
Мэтт не отвечал.
- Конечно, он дышит, - сказал Бен с легким нетерпением. - Просто заспался. Майк… - Он протянул руку и несильно потряс Райерсона. Свободно переброшенная через грудь левая рука Майка вяло свалилась с кровати, стукнув костяшками пальцев об пол, словно Райерсон спрашивал позволения войти.
Мэтт шагнул вперед, взял эту вялую руку и прижал указательный палец к запястью:
- Пульса нет.
Он хотел было отпустить ее, вспомнил жуткий быстрый стук костяшек по полу и положил руку Райерсону поперек груди. Та снова заскользила вниз. Он, скривившись, вернул ее на место и устроил попрочнее.
У Бена не укладывалось в голове. Райерсон спал, должен был спать. Хороший цвет лица, явная гибкость мышц, губы, приоткрытые словно для вдоха… его захлестнула нереальность. Он дотронулся запястьем до плеча Райерсона и почувствовал, что кожа холодная. Послюнив палец, он подержал его перед полуоткрытыми губами. Ничего. Ни малейшего дуновения.
Они с Мэттом переглянулись.
- А отметины на шее? - спросил Мэтт.
Бен взял подбородок Райерсона в ладони и стал осторожно поворачивать голову Майка. Та щека, которую было видно, легла на подушку. От этого левая рука сместилась, и костяшки снова стукнули об пол.
На шее Майка Райерсона не было никаких отметин.
Они опять сидели за столом на кухне. Было 5:35 утра. К ним доносилось басистое мычание коров Гриффена, которых гнали на восточное пастбище - вниз по холму, за полосу кустарника и подлеска, скрывающую от глаз Тэггарт-Стрит.
- Если верить фольклору, отметины исчезают, - неожиданно сказал Мэтт. - Когда жертва умирает, отметины исчезают.
- Я знаю, - отозвался Бен. Это он помнил и по «Дракуле» Стокера, и по хаммеровским фильмам, где играл Кристофер Ли.
- Мы должны проткнуть ему сердце осиновым колом.
- Подумайте-ка хорошенько, - сказал Бен, отхлебывая кофе. - Коронерскому суду объяснить это будет чертовски трудно. За осквернение трупа вы отправитесь в лучшем случае в тюрьму. А скорее, в дурдом.
- По-вашему, я сумасшедший? - спокойно спросил Мэтт.
- Нет, - сказал Бен без какого-либо заметного колебания.
- Вы мне верите насчет отметин?
- Не знаю. Наверное, должен. Зачем вам обманывать меня? Не вижу в этом для вас никакого проку. Вот если бы вы убили его, вы бы лгали. По-моему, так.
- Предположим, так оно и было, - сказал Мэтт, наблюдая за Беном.
- Против этого говорят три вещи. Первое: ваши мотивы. Простите меня, Мэтт, но для классических - ревности или денег - вы просто слишком стары. Второе, как вы это сделали? Если отравили, Майк, должно быть, расстался с жизнью очень легко - выглядит он достаточно умиротворенно, вне всяких сомнений. Что сразу же исключает почти все обычные яды.
- И третий ваш резон?
- Ни один убийца, находясь в здравом уме, не выдумает для сокрытия преступления такую историю, как ваша. Это было бы безумием.
- Мы все время возвращаемся к моему психическому здоровью, - заметил Мэтт. Он вздохнул. - Так я и знал.
- Я не считаю вас сумасшедшим, - сказал Бен, делая ударение на первом слове. - Вы кажетесь достаточно рассудительным.
- Но вы ведь не врач, правда? - спросил Мэтт. - А сумасшедшим иногда отлично удается прикидываться нормальными.
Бен согласился.
- К чему же мы таким образом приходим?
- Все к тому же.
- Нет. Ни один из нас не может себе это позволить, потому что наверху - мертвец, и очень скоро придется объяснять, откуда он там взялся. Констеблю захочется узнать, что случилось. Медицинскому эксперту тоже. Шерифу округа тоже. Мэтт, может ли быть, что Майк Райерсон всю неделю болел чем-то вирусным и случайно приказал долго жить у вас дома?
В первый раз с тех пор, как они спустились вниз, Мэтт выказал волнение.
- Бен, я же рассказывал вам, что он сказал! Я видел отметины у него на шее! И слышал, как он приглашал кого-то в мой дом! А потом услышал… Господи, я услышал смех! - Взгляд Мэтта опять стал странно бессмысленным.
- Ну, хорошо, - сказал Бен. Он поднялся и пошел к окну, стараясь привести мысли в порядок. Думалось ему не слишком хорошо. Как он и говорил Сьюзан, ситуация, похоже, нашла способ выйти из-под контроля.
Он смотрел в сторону дома Марстена.
- Мэтт, вы понимаете, что будет, если вы пророните хоть словечко о том, что наговорили мне?
Мэтт не отвечал.
Страница 75 из 178
