Фандом: Гарри Поттер. Где-то встречала фразу: «У лорда Малфоя было две любви — родовая честь и фамильная палочка». На честь его в каноне, по моему, никто не покушался, а вот палочке повезло гораздо меньше…
39 мин, 55 сек 659
Мерлин, а где же Люциус, неужели ушел домой и не воспользовался возможностью сунуть любопытный нос в лабораторию? В смысле, попытаться найти какое-нибудь зелье, чтобы оказать помощь раненому товарищу?
Вот болван, ты же сам поставил на дверь в лабораторию двойную защиту, никто не сможет туда проникнуть, разве что Дамблдор бы мог, но где теперь тот Дамблдор… А может, Малфой не сообразил, с какой целью ты подло и бесчестно, со спины, напал на него и отнял нелюбимую палочку? Может, он обиделся и, отомстив коварному предателю, поправшему многолетнюю дружбу, гордо удалился? С него станется, а ты теперь лежи на полу как дурак, истекай кровью, экспериментатор хренов, жди, пока какая-нибудь добрая душа заскочит субботний вечерок скоротать и снимет связывающее заклинание. А, учитывая твою дружелюбность и общительность, ждать тебе аж до понедельника — до завтрака, а то и до дежурного отчета Слизнорта после первого раунда «Слизерин против Гриффиндора»…
Сто раз уже просил Дамблдора поставить Слизерин в пару с Рейвенкло — так нет, тот боялся, видимо, что одни факультеты экстерном пройдут курс зелий, а другим еще пара дополнительных лет понадобится. А так получается, как сказали бы соседи по тупичку, «средняя температура по больнице»…
Северус, ты точно болван. Ты, случайно не забыл, кто уже почти месяц руководит этой самой больницей, вернее, школой? И кто тебе теперь мешает изменить расписание? Портрет Дамблдора или Темный Лорд?
Скрипнула дверь ванной комнаты. Ах вот вы где прохлаждались, друг мой, впрочем, сами виноваты: не умеете вежливо вести себя в гостях — приводите себя в порядок старым дедовским способом, благо, водичка у нас в подземельях бодрящая, лучше любого отрезвляющего зелья действует.
И какие же выводы сделала наша светлая голова после сеанса просветления?
Тихие, но уже уверенные, шаги. Быстрое «Репаро». Волосы на голове зашевелились, что-то острое проехалось по виску. Вот за это спасибо, дорогой друг, вычесывать осколки из длинных прядей — то еще удовольствие, уж тебе-то этот факт известен не понаслышке. Волосы снова зашевелились. Спешите видеть — Пожиратель Смерти со стажем применяет диагностическое заклинание. Приятно, когда лучший друг так заботится о твоем здоровье. Эх, Люциус-Люциус, умер в тебе великий целитель. К моему глубокому сожалению, умер, так и не родившись: даже болван Сметвик в такой ситуации сообразил бы первым делом проверить, в сознании ли находится пациент, — мало ли, вдруг захочет тут же отблагодарить лекаря за старания…
Да оставь ты мою многострадальную голову в покое, целитель хренов, здесь нужны зелья, а не заклинания, хотя я очень рад, что вы со своей палочкой наконец-то нашли общий язык. Вот и убирайся со своим свежеприрученным сокровищем домой, только не забудь о ма-аленькой мелочи, вроде «Финиты», а то у меня уже шея затекла на полу лежать и ноги онемели.
М-мерлин! Люциус, а нельзя ли немного поосторожнее? Я ценю твою заботу, но чтоб тебя твои правнуки так аккуратно на диван укладывали! Подобрав на коврике у спальни Нарциссы, разгневавшейся на очередной загул блудного супруга!
Иди уже! И не забудь…
Спасибо, дорогой друг, не забыл… И я не забуду…
— Финита инкантатем!
— Ступефай!
Вот гад белобрысый, успел-таки ускользнуть, наверное, бросил «Финиту» уже стоя одной ногой в камине. Ничего, какие наши годы, еще сочтемся. Твоим погребам придется дорого заплатить и за мою разбитую голову, и за твою разбитую бутылку, и за испорченный вечер, и за несостоявшийся тет-а-тет.
Мне очень жаль, моя дорогая…
До следующей встречи, mon ami…
— Северу-ус-с! — дикий вопль раненого зверя проник даже через толстые стены лаборатории. Рука дрогнула и полторы унции порошка асфоделя чуть не прошли мимо котла.
Никакого покоя даже в своих собственных покоях.
Северус Снейп помянул недобрым словом Дамблдоровы очки и накрыл котел защитным куполом. Что бы там опять у Люциуса ни случилось, мадам Помфри должна получить новую порцию заживляющего рябинового зелья вовремя.
— Что слу… — вопрос застрял в горле. Посреди засыпанной горячими углями гостиной стоял изрядно подкопченный лорд Малфой и отряхивал от сажи и пепла обгоревшие волосы. Из-за его спины курился легкий дымок.
— Твой Поттер — …! — поприветствовал застывшего на пороге хозяина гость и ожесточенно захлопал себя по тому месту, которое на балу обычно прикрывается фалдами фрака. Пепел взметнулся к потолку, но дымок постепенно сошел на нет.
В правом виске привычно заныло.
— Он не мой, — механически ответил отошедший от шока язык. — И что Поттер?
— Он был в моем доме! — обвиняюще заявил Люциус, как будто профессор, ах, простите, директор Снейп специально подослал к нему своего ученика с какой-нибудь диверсией.
Вот болван, ты же сам поставил на дверь в лабораторию двойную защиту, никто не сможет туда проникнуть, разве что Дамблдор бы мог, но где теперь тот Дамблдор… А может, Малфой не сообразил, с какой целью ты подло и бесчестно, со спины, напал на него и отнял нелюбимую палочку? Может, он обиделся и, отомстив коварному предателю, поправшему многолетнюю дружбу, гордо удалился? С него станется, а ты теперь лежи на полу как дурак, истекай кровью, экспериментатор хренов, жди, пока какая-нибудь добрая душа заскочит субботний вечерок скоротать и снимет связывающее заклинание. А, учитывая твою дружелюбность и общительность, ждать тебе аж до понедельника — до завтрака, а то и до дежурного отчета Слизнорта после первого раунда «Слизерин против Гриффиндора»…
Сто раз уже просил Дамблдора поставить Слизерин в пару с Рейвенкло — так нет, тот боялся, видимо, что одни факультеты экстерном пройдут курс зелий, а другим еще пара дополнительных лет понадобится. А так получается, как сказали бы соседи по тупичку, «средняя температура по больнице»…
Северус, ты точно болван. Ты, случайно не забыл, кто уже почти месяц руководит этой самой больницей, вернее, школой? И кто тебе теперь мешает изменить расписание? Портрет Дамблдора или Темный Лорд?
Скрипнула дверь ванной комнаты. Ах вот вы где прохлаждались, друг мой, впрочем, сами виноваты: не умеете вежливо вести себя в гостях — приводите себя в порядок старым дедовским способом, благо, водичка у нас в подземельях бодрящая, лучше любого отрезвляющего зелья действует.
И какие же выводы сделала наша светлая голова после сеанса просветления?
Тихие, но уже уверенные, шаги. Быстрое «Репаро». Волосы на голове зашевелились, что-то острое проехалось по виску. Вот за это спасибо, дорогой друг, вычесывать осколки из длинных прядей — то еще удовольствие, уж тебе-то этот факт известен не понаслышке. Волосы снова зашевелились. Спешите видеть — Пожиратель Смерти со стажем применяет диагностическое заклинание. Приятно, когда лучший друг так заботится о твоем здоровье. Эх, Люциус-Люциус, умер в тебе великий целитель. К моему глубокому сожалению, умер, так и не родившись: даже болван Сметвик в такой ситуации сообразил бы первым делом проверить, в сознании ли находится пациент, — мало ли, вдруг захочет тут же отблагодарить лекаря за старания…
Да оставь ты мою многострадальную голову в покое, целитель хренов, здесь нужны зелья, а не заклинания, хотя я очень рад, что вы со своей палочкой наконец-то нашли общий язык. Вот и убирайся со своим свежеприрученным сокровищем домой, только не забудь о ма-аленькой мелочи, вроде «Финиты», а то у меня уже шея затекла на полу лежать и ноги онемели.
М-мерлин! Люциус, а нельзя ли немного поосторожнее? Я ценю твою заботу, но чтоб тебя твои правнуки так аккуратно на диван укладывали! Подобрав на коврике у спальни Нарциссы, разгневавшейся на очередной загул блудного супруга!
Иди уже! И не забудь…
Спасибо, дорогой друг, не забыл… И я не забуду…
— Финита инкантатем!
— Ступефай!
Вот гад белобрысый, успел-таки ускользнуть, наверное, бросил «Финиту» уже стоя одной ногой в камине. Ничего, какие наши годы, еще сочтемся. Твоим погребам придется дорого заплатить и за мою разбитую голову, и за твою разбитую бутылку, и за испорченный вечер, и за несостоявшийся тет-а-тет.
Мне очень жаль, моя дорогая…
До следующей встречи, mon ami…
Апрель — май 1998 года
Апрель 1998 года— Северу-ус-с! — дикий вопль раненого зверя проник даже через толстые стены лаборатории. Рука дрогнула и полторы унции порошка асфоделя чуть не прошли мимо котла.
Никакого покоя даже в своих собственных покоях.
Северус Снейп помянул недобрым словом Дамблдоровы очки и накрыл котел защитным куполом. Что бы там опять у Люциуса ни случилось, мадам Помфри должна получить новую порцию заживляющего рябинового зелья вовремя.
— Что слу… — вопрос застрял в горле. Посреди засыпанной горячими углями гостиной стоял изрядно подкопченный лорд Малфой и отряхивал от сажи и пепла обгоревшие волосы. Из-за его спины курился легкий дымок.
— Твой Поттер — …! — поприветствовал застывшего на пороге хозяина гость и ожесточенно захлопал себя по тому месту, которое на балу обычно прикрывается фалдами фрака. Пепел взметнулся к потолку, но дымок постепенно сошел на нет.
В правом виске привычно заныло.
— Он не мой, — механически ответил отошедший от шока язык. — И что Поттер?
— Он был в моем доме! — обвиняюще заявил Люциус, как будто профессор, ах, простите, директор Снейп специально подослал к нему своего ученика с какой-нибудь диверсией.
Страница 9 из 12
