Самый человечный вампир

— Поиграем в одну игру, Симон? Не буду скрывать, выиграть почти невозможно. Твои шансы — один к миллиону, — он злорадно рассмеялся. Меня пробила дрожь. Холодный пот заскочил за шиворот плаща. Я истерично подбирал слова: «Все… Конец… Веревка… Адель… Афиноген… Спасусь (что почти невозможно!) займусь магией! Итемо… Итемо… Итеморассыпся… Итемо… Итемо… черт! Он уже подходит… Наверное, когда тебя режут по шее гладким мечом, то все тело пронизывает холод… Да. Должно быть… Где-то я это слышал… Так, так, так… Где же? А! Сам только что придумал! Здорово… Великолепно… Итемо… Если бы мне кто-нибудь помог… Но кто? Нет, никто…»

— Но если ты выиграешь… Я сохраняю тебе жизнь! Согласен?

Я боязливо кивнул.

— Я загадываю слово, а ты должен его угадать.

— Что! Но ведь это нечестно! Я ведь не телепат, я не умею читать мысли на расстоянии!

— Симон! Не хорошо! Мы ведь с тобой договорились! Я тебя предупредил, что выиграть практически невозможно. Ну, в принципе, как хочешь. Я могу убить тебя сразу и не давать тебе шансов на жизнь! — он решительно приставил острие меча к моей шее.

— Н-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-ет! Не надо! — отчаянно закричал я, зажмурив глаза. — Я согласен! Давайте… сыграем.

— Вот и хорошо!

Я открыл один глаз. Логвин стоял в метре от меня, и рассматривал свой меч.

— Хорошо… М-м-м… хорошо… Э-э-э… что бы такое? А! Вот! Придумал! Угадывай!

В моей голове лихорадочно крутились мысли: «Чашка… кружка… чайник… диван… метла… Итемо… бумага… ручка… акваланг… Что за чушь! А вдруг, он меня обманет? Я угадаю, а он соврет? Нет, Симон, нет. Ты все равно не отгадаешь. Поэтому даже и не беспокойся… Скажи первое попавшееся слово, и все. Вот уж не думал, что моя жизнь будет зависеть от какой-то игры… Мало того, от какого-то слова!»

— Чайник! — выпалил я.

— Нет, Симон, лестница! — довольно провозгласил он.

— Нет! Это ложь! Ты врешь! Чайник!

— Нет, лестница.

— Чайник!

— Лестница.

— Чайник!

— Лестница!

— ЧАЙНИК!

— ЛЕ-Е-Е-Е-Е-Е-Е-Е-Е-Е-Е-Е-Е-СТНИ-И-И-И-И-И-И-И-И-И-ЦА-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А! — противно прокричал он мне в ухо.

— Ну, хорошо, хорошо! Лестница, так лестница! Но, пожалуйста, не убивай меня! Есть ведь в тебе хоть что-то… что-то… что-то человеческое! — решил разжалобить его я.

— Человеческое? Ты сказал «человеческое»? — Да, человеческое!

— Ненавижу людей! — он снова выхватил меч. Размахнулся, и направил его прямо мне в голову.

— Не-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-ет! ЛОГВИН! Не надо! — Я пригнул голову, и меч врезался в деревянный столб, чуть не подровняв мне прическу. А за одно и голову… И тут мне в голову пришла блестящая мысль…

Глава 18. На грани жизни и смерти

— Логвин, прости! Я не хотел тебя разозлить! Постой, пожа-алуйста! — вскрикнул я, когда Логвин снова замахнулся. — Ну, не надо же так нервничать! Я… я хочу тебя… тебя немного приободрить, и поблагодарить за то, что ты делаешь для всех существ Темного города. М-да… подожди, я только высуну это из кармана… Черт, сложно! М-м-м… где же? Хи-хи… маленькая неувязочка… Минуточку, Логвин, — я лихорадочно рылся (точнее, пытался!) рыться в карманах моего плаща, и найти колокольчик, подаренный мне принцессой Леей. Она ведь сказала: «Если что, феи помогут тебе…» надеюсь, они не сильно на меня обиделись… все это время мне не давала покоя мысль:«Странно, ведь Фирс, Мина, Адель и Афиноген видят в своем котле, что меня хотят убить! Так почему же они до сих пор не здесь!»

— А, наконец-то! Держи, Логвин, — я попытался протянуть ему маленький колокольчик привязанными руками, но он сам его взял.

— Что это? Колокольчик? Хе-хе! Спасибо! Мне еще никто никогда не дарил колокольчиков… постой-ка, постой-ка! Неужели, ты хочешь меня разжалобить? Ах ты, плут!

— Нет, нет, что ты, Логвин? Даже и в мыслях не было! Как ты мог такое про меня подумать? Конечно, нет! Делай то, что ты должен делать! Но… только…

— Только что? — прищурился Логвин.

— Выполни мою последнюю просьбу. Пожалуйста, — взмолился я.

— Что еще за просьба? — Предсмертная. Последняя.

— Ну? — Пожалуйста, позвони в этот колокольчик!

— Что! — не понял Логвин.

— Нет, нет! Без всяких подвохов! Просто, этот колокольчик мне подарила моя девушка. Хочу еще раз услышать, как он звучит. Просто, понимаешь, Логвин, не могу без нее жить! — и я скорчил гримасу страдальца.

— А! Вон оно что! Ну, тогда, ладно! — Логвин поднял руку вверх. («Ну же, Логвин! Ну же! Спаси мне жизнь!»!). Потом снова опустил.

— Что такое, Логвин! Разве я не имею права на последнее желание? — занервничал я.

— Нет, нет, Симон, конечно же! Просто… Просто, это так грустно! Я даже начинаю подумывать о том, а не отпустить ли мне тебя? — Да, да, Логвин! Отпусти меня! Отпусти!

— Нет, Симон, я не могу этого сделать. Я очень честный упырь, а Клим мне уже заплатил за тебя. Поэтому, я должен исполнить свой долг!

— Эх… ну, воля твоя, Логвин. Только, прошу тебя, позвони в колокольчик!