— Фирс! Фирс, хватит со мной играть в прятки! Я понимаю, что ты священный египетский кот, и что ты самый подлый кот из всех котов, которых мне доводилось видеть, но сегодня твоя подлость бьет все рекорды! Фирс, выходи!!!…
343 мин, 8 сек 5437
Я схватился за голову, приподнимаясь на руке, опираясь о камень, и увидел, что эта «тварь божья» стоит прямо надо мной, и нехорошо так лыбится… что совершенно не свойственно для домашних животных.
Коза занесла надо мной свое копыто. Причем, на приличной высоте. Я прищурился, стараясь хоть что-нибудь разглядеть сквозь синюю кровавую пелену, налегшую мне на глаза.
Символ следующего года начал опускать свою ногу. Очень медленно, будто бы растягивал момент…
Тут, как говорится, и жизнь вся моя пронестись перед взором не успела, как за Козой полилось синее сияние… Хотя, возможно, оно было другого света, так как я смотрел через кровь.
Животное протяжно взвизгнуло. Оно как-то странно, неестественно отшатнулось назад, будто кто-то набросил на ее шею лассо, и повалилась наземь, как подкошенная, все еще брыкаясь в продолжительных конвульсиях.
Я приподнялся и увидел… двух опускающихся с неба людей. Один был в белых одеждах, с нимбом над головой и крыльями за спиной, стоял он на белоснежном, чистом облаке. Другой же был полная ему противоположность. В черной мантии, рогами на голове и трезубцем в руке. Был он на совершенно черном облаке.
— Сколько раз я тебе говорил, Иисус! Мутит меня от твоих облаков! Мутит! — запричитал второй.
— Ну, что ты от меня хочешь, богохульник несчастный! Ирод проклятый! Я тебе и так дал черное облако, как ты и хотел, Астарот злостный!
— Ой-ой-ой! Он меня еще и Астаротом называет! Слышал бы ты, мракобес, противник прогресса, как мы тебя с чертями прозвали в нашем баре!
— Это как — это? — насторожился первый.
— А вот так, — черное существо оглянулось по сторонам, злорадно ухмыльнулось, и, хихикая, зашептала на ухо белому.
— Не кощунствуй! — Первый занес руку, и дал второму хорошенький подзатыльник. Причем, такой, что у того, казалось, посыпались искры из глаз.
— Вот же, Бес Небесный! А еще говорит, что агнцев любит! — потер затылок черный.
— А! Друзья мои! — с распростертыми объятьями Хромус направился к подоспевшим существам на облаках, когда те опустились на землю. — Вот и вы! С какими нуждами и проблемами вы посетили мое скромное обиталище? — Не юродствуй, Хромус, — с отвращением произнес тот, которого называли «богохульником» — Сам знаешь, зачем мы к тебе пожаловали!
— Разве у вас ко мне есть какие-то претензии? — вскинул брови Хромус. — По-моему, я веду честную, размеренную жизнь! Никому не мешаю! Ни у кого жизнь… не отнимаю…
Все трое покосились в мою сторону. Я все еще лежал на снегу.
— Правда, что ли? — с какой-то радостной, иронической интонацией произнесло черное существо. — Уж никогда бы не подумал, что ты делаешь нечто, что не соответствовало бы нашему договору, между нечистью и людьми!
«Нечистью и людьми»! Так значит, это людской бог и Дьявол!
— Это… — задумался Хромус. — Это, братья мои, мой племянник… Он всюду сует нос не в свои дела… Он хотел устроить кровавую вечеринку, и все такое… Ну, я решил, что с меня хватит! И так уже людей достаточно сгубил… Я говорил ему, просил на коленях, — Хромус бросился на снег, и подполз к Иисусу. — Симончик! Миленький мой, родной мой крестник! Ну, не надо! Не надо так подло поступать! Не срами своего дядьку в глазах людских повелителей! Скажется это по моей шкуре побоями, ох, как скажется! — он схватил полу мантии Иисуса, и зарыдал во всю силу, обливаясь слезами, и заламывая руки.
— Какая дикая, неправдоподобная ложь, — прошептал я.
— Уйди от меня, Хромус! — пнул ногой бога Иисус. — Ты сам знаешь, за что провинился. «По делам и оплата» ты сам когда-то так говорил! Вот мы и пришли покончить с этим! Покончить с тем беспределом, что творишь на Земле ты!
— Ну, что же, — резво вскочил со снега Хромус. — Если вы так уж все решили, то… Давайте посмотрим, кому из нас достанется ваша убогая Земля! Все равно, другого выбора у меня нет, и альтернативного шанса завладеть властью тоже не будет!
Он отскочил в сторону, и занес перед собой руку, из которой тут же вылетела красная молния.
— Чтоб тебе угрями покрыться! — закричал Хромус, когда его «снаряд» чуть ли не попал в Дьявола.
— Ах, ты, значит, так, да! — не на шутку разозлился тот. — Проклятиями, значит, бросаемся! Ну, хорошо, хорошо…
Дьявол точно также выставил руку, и из нее вылетел черный разряд.
— Чтоб пауки съели твою грешную плоть!
Но Хромус легко уклонился от молнии, и теперь стоял и злорадно улыбался.
— Чтоб твое лицо стало черным! — бросил белый заряд молнии Иисус, но тоже промахнулся…
— Чтоб у тебя на носу бородавка вскочила!
— Чтоб ты в этом море утоп!
— Чтоб от тебя все на свете отвернулось!
— Чтоб люди в тебя больше не верили!
— Чтоб ты умер от отравления…
Да… Так продолжалось долго! Боги перекидывались проклятиями, все время то посылая друг друга не самой прямой дорогой, то еще что пострашнее выдумывали… А я в то время валялся на снегу, истекая кровью, и любуясь на их продолжительный бой…
— Чтоб ты на корм рыбам пошел!
— Чтоб тебе век по кабакам не ходить!
— Чтоб тебя собаки возненавидели!
— Чтоб тебя церберы сгрызли!
Коза занесла надо мной свое копыто. Причем, на приличной высоте. Я прищурился, стараясь хоть что-нибудь разглядеть сквозь синюю кровавую пелену, налегшую мне на глаза.
Символ следующего года начал опускать свою ногу. Очень медленно, будто бы растягивал момент…
Тут, как говорится, и жизнь вся моя пронестись перед взором не успела, как за Козой полилось синее сияние… Хотя, возможно, оно было другого света, так как я смотрел через кровь.
Животное протяжно взвизгнуло. Оно как-то странно, неестественно отшатнулось назад, будто кто-то набросил на ее шею лассо, и повалилась наземь, как подкошенная, все еще брыкаясь в продолжительных конвульсиях.
Я приподнялся и увидел… двух опускающихся с неба людей. Один был в белых одеждах, с нимбом над головой и крыльями за спиной, стоял он на белоснежном, чистом облаке. Другой же был полная ему противоположность. В черной мантии, рогами на голове и трезубцем в руке. Был он на совершенно черном облаке.
— Сколько раз я тебе говорил, Иисус! Мутит меня от твоих облаков! Мутит! — запричитал второй.
— Ну, что ты от меня хочешь, богохульник несчастный! Ирод проклятый! Я тебе и так дал черное облако, как ты и хотел, Астарот злостный!
— Ой-ой-ой! Он меня еще и Астаротом называет! Слышал бы ты, мракобес, противник прогресса, как мы тебя с чертями прозвали в нашем баре!
— Это как — это? — насторожился первый.
— А вот так, — черное существо оглянулось по сторонам, злорадно ухмыльнулось, и, хихикая, зашептала на ухо белому.
— Не кощунствуй! — Первый занес руку, и дал второму хорошенький подзатыльник. Причем, такой, что у того, казалось, посыпались искры из глаз.
— Вот же, Бес Небесный! А еще говорит, что агнцев любит! — потер затылок черный.
— А! Друзья мои! — с распростертыми объятьями Хромус направился к подоспевшим существам на облаках, когда те опустились на землю. — Вот и вы! С какими нуждами и проблемами вы посетили мое скромное обиталище? — Не юродствуй, Хромус, — с отвращением произнес тот, которого называли «богохульником» — Сам знаешь, зачем мы к тебе пожаловали!
— Разве у вас ко мне есть какие-то претензии? — вскинул брови Хромус. — По-моему, я веду честную, размеренную жизнь! Никому не мешаю! Ни у кого жизнь… не отнимаю…
Все трое покосились в мою сторону. Я все еще лежал на снегу.
— Правда, что ли? — с какой-то радостной, иронической интонацией произнесло черное существо. — Уж никогда бы не подумал, что ты делаешь нечто, что не соответствовало бы нашему договору, между нечистью и людьми!
«Нечистью и людьми»! Так значит, это людской бог и Дьявол!
— Это… — задумался Хромус. — Это, братья мои, мой племянник… Он всюду сует нос не в свои дела… Он хотел устроить кровавую вечеринку, и все такое… Ну, я решил, что с меня хватит! И так уже людей достаточно сгубил… Я говорил ему, просил на коленях, — Хромус бросился на снег, и подполз к Иисусу. — Симончик! Миленький мой, родной мой крестник! Ну, не надо! Не надо так подло поступать! Не срами своего дядьку в глазах людских повелителей! Скажется это по моей шкуре побоями, ох, как скажется! — он схватил полу мантии Иисуса, и зарыдал во всю силу, обливаясь слезами, и заламывая руки.
— Какая дикая, неправдоподобная ложь, — прошептал я.
— Уйди от меня, Хромус! — пнул ногой бога Иисус. — Ты сам знаешь, за что провинился. «По делам и оплата» ты сам когда-то так говорил! Вот мы и пришли покончить с этим! Покончить с тем беспределом, что творишь на Земле ты!
— Ну, что же, — резво вскочил со снега Хромус. — Если вы так уж все решили, то… Давайте посмотрим, кому из нас достанется ваша убогая Земля! Все равно, другого выбора у меня нет, и альтернативного шанса завладеть властью тоже не будет!
Он отскочил в сторону, и занес перед собой руку, из которой тут же вылетела красная молния.
— Чтоб тебе угрями покрыться! — закричал Хромус, когда его «снаряд» чуть ли не попал в Дьявола.
— Ах, ты, значит, так, да! — не на шутку разозлился тот. — Проклятиями, значит, бросаемся! Ну, хорошо, хорошо…
Дьявол точно также выставил руку, и из нее вылетел черный разряд.
— Чтоб пауки съели твою грешную плоть!
Но Хромус легко уклонился от молнии, и теперь стоял и злорадно улыбался.
— Чтоб твое лицо стало черным! — бросил белый заряд молнии Иисус, но тоже промахнулся…
— Чтоб у тебя на носу бородавка вскочила!
— Чтоб ты в этом море утоп!
— Чтоб от тебя все на свете отвернулось!
— Чтоб люди в тебя больше не верили!
— Чтоб ты умер от отравления…
Да… Так продолжалось долго! Боги перекидывались проклятиями, все время то посылая друг друга не самой прямой дорогой, то еще что пострашнее выдумывали… А я в то время валялся на снегу, истекая кровью, и любуясь на их продолжительный бой…
— Чтоб ты на корм рыбам пошел!
— Чтоб тебе век по кабакам не ходить!
— Чтоб тебя собаки возненавидели!
— Чтоб тебя церберы сгрызли!
Страница 83 из 90
