Сбитый Ангел

Алексей влез в Оку, когда наступило время выполнять свой долг за проигрыш. Он медленно выехал, подождал, пока появится автомобиль Сергея. Его точное описание и номера он получил на бумажке, сверился с ними, когда со стоянки показалась выезжавшая старая Тойота. Все совпало, в мыслях оскорбил СанСаныча, за столько писанины на бумажке, ведь достаточно сказать красная Тойота. Стараясь сильно не мелькать сзади, Алексей ехал, за назначенной машиной, на расстоянии 15 метров. Вроде не где не оплошал. На заданном участке дороги, увидел впереди BMW, стоящую у обочины. Сближаясь на нарастающей скорости, толканул Тойоту на BMW. Скрылся, как только мог быть быстрым. Обернулся проверить свою работу. Она была выполнена качественно, водитель BMW выполз на толстых ножках из салона и долго открывал рот, отсюда, что он так кричит, не было слышно. Алексей даже не видел Сергея, вжавшегося от проблем со всех сторон. Они, наверное, даже не заметили черную Оку. На него не смотрел толстый водитель, значит, все идет удачно. Остальное не его проблемы, часть плана он выполнил, пусть теперь трясут беднягу и добиваются выплат из его кармана.

На следующий день Алексей в гараже первым встретил высшее начальство. Не какого-нибудь посредника как СанСаныч или из офисных бухгалтеров. На черном джипе с дымящимся капотом в тень гаража выезжал Константин Свинский. Фамилия у него, конечно, была иная, но в гараже было принято именовать эту тушу с великим количеством килограммов именно так и никак больше. Когда сам директор рядом, они конечно с позволения своей разумности величали его Константин Кириллович. Из джипа показалась голова на широкой шее, до-конца покинуть салон ему не позволял живот, вжавшийся в руль. Немного вдохнув и втягивая пузо, директор чуть не выпал на пол. Все-таки нашел в себе силы для координации и устоял на ногах. Алексей сравнил его с тем человек вчера из BMW. Что-то они слишком друг на друга похожи. Ну, тот был одет в по-другому, это не доказательство что не один человек. Нет точно это не он, у того была бородка как лопатка, да и лысина сияла на солнце, разбирался в сомнениях Алексей.

Тучное тело маленькими шагами пересекло гараж. Он махал пальцем, поворачивался к своей машине и непрерывно, жутко скрипя голосом, давал наставления. СанСаныч подбежал к нему со стулом, директор вырвал его из рук и сел посередине гаража, как это сделает СанСаныч через некоторое время.

— Вы должны к вечеру его отремонтировать иначе вы тут все полетите к чертям собачим. Выполняйте.

Он ринулся покинуть гараж, но что-то смутило, заставило неведомым образом развернуться вокруг своей оси. В углу, когда давал распоряжения, краем глаза отметил заполненное пространство. Рухлядь ему не понравилось, тем более оставленная старым хозяином. Тот умер, благородство или озабоченность отличной производительностью труда, запомнились сотрудникам и теперь сейчас, когда его нет, они не упускали случая помянуть его добрым словом. Некоторые не стеснялись присутствия нового хозяина и высказывали вслух, что они думают о смене правящей верхушки в их компании. Оттого на Свинского был зуб на мертвого обладателе сине-фиолетового автомобиля.

— Сейчас же утилизируйте машину. Она должна на помойке гнить. Старая железо, там мог стоять шкаф с инструментами, вы же там память о своем бывшем директоре храните. — Свинский кричал, был близок в стадии, когда громко топают ногами и рвут от бессилия на голове волосы. — СанСаныч, иди сюда, твоя работа на день убрать с глаз моих это, — ткнул пальцем толстым точно сосиска, в машину с переделочным ключом зажигания.

— Не волнуйтесь, нет проблемы, я и сам скоро думал избавиться от колымаги. Понимаете, она ржавеет и осыпается, а ветер, ворота-то отворены, поднимает эту пыль, дышать от неё невыносимо.

Свинский не теряя времени, дослушивать не считал необходимым, что потребовано — выполнят. Не было сомнений в этом. Пусть ворчат, проклинают, но делают. Их злоба к себе — забавляет. Значит помнят и уважают, а там не поддельный страх и ужас при мысли об увольнении. Фирма была лакомым кусочком для людей высококвалифицированных, знающих, где в карман кладут достойную зарплату. Каждое место ценилось на вес золота, высокая оплата во всем городе была по данным статистики именно у подчиненных Свинского.

— День сегодня вы мне все испортили начисто. То на склад пятый брак завезли, что мне теперь с ним делать, цену только понижать, выхода нет. Ну что за полоса черного цвета. Жена дура, стерва, надоела, убью её. — Свинский окинул всех своим взглядом. Рубашка белая покрылась с утра уже несколькими пятнами от потовых выделений. Рабочим, столпившимся около него, почему-то на душе стало одновременно радостно и страшно, что на них может перекинуться раскаленность директора. Наорет, это ладно, бывало бил по лицу, главное, что бы потом не пустил по миру со словами, что тебя вша больше никто на работу не примет, и он лично об этом позаботится.