Перышки боа слегка подрагивали в такт учащенному дыханию Эйдэна. Стремящийся к бесконечной серости холл выстрелил пестросмешением жизни, ссыпаясь грудой колких искр к ногам художника. Ощущений от увиденного не могла испортить даже безвкусная армированная рамка, служившая вместилищем воистину сюрреалистического полотна…
142 мин, 17 сек 19621
Эйдэн долго пытался совладать с собой, вытаскивая виноградины из магазина кольта. Ему казалось неправильным, более остро, если сыром, тогда осязание холодных осколков вкуса виски будет более светлым. Неспешно сминая в пальцах катышки пуль, художник все более успокаивался и погружался в прощупывание фактуры тонкой эссенции, пробовал на вкус, блаженно морщился и продолжал перебирать в пальцах тонкие нити ощущений. Тяжелая волна осела к низу живота, расплескиваясь ртутью под веками подчеркнутых подводкой глаз. Взгляд не был затуманен, напротив, серые глаза смотрели предельно ясно, пристально впитываясь в полотно, дробясь на мелкие выдохи и вдохи, разливая тягучесть стакана по сухожилиям, скукожившимся от карамбольного экстаза. — Нет-нет-нет, уберите виноград, — Эйдэн презрительно фыркнул, брезгливо тряхнул пальцами и отвернулся от картины. Он порядочно утомился ждать, пока его пригласят в кабинет патрона, в данный момент песочившего кого-то из подчиненных. Капризный художник оставил веер на бюро секретарши и отправился домой.
Страница 1 из 41
