Семейное счастье

Янис тут же оглянулся на Рилонара — это у эльфов был рассвет, не слишком бьющий по чувствительный глазам сумеречного, а здесь-то уже царил разгар дня. Рил как раз нашаривал в кармане очки, болезненно щурясь и стараясь отвернуться от бьющего в лицо света, но шагу не сбавлял, умудряясь поспевать за шустро ползущими нагами. Те как раз добрались до небольшой круглой площади и остановились, удивительно синхронно разворачиваясь и перестраиваясь. Кольцо защиты сменилось полукругом почетного эскорта. Наиша, успевшая сложить хвост кольцами в центре площади, благосклонно улыбнулась и протянула вперед руки ладонями вверх.

— Приветствуем в Айравате дитя нашей крови. Приветствуем в Айравате его избранника.

Янис шагнул вперед, касаясь лбом ладони бабушки в приветствии младшего старшему. Тоже улыбнулся:

— Отвечаю теплом солнцу, ба Наиша.

— Тень стремится к солнцу, леди Наиша, — шагнувший следом Рилонар осторожно опустил на ладонь нагайны свои, коснулся ровно настолько, насколько полагалось по этикету.

Улыбка нагайны стала шире и доброжелательнее. Пальцы левой руки потрепали Яниса по змейкам, правая сомкнулась на ладони Рилонара в теплом пожатии. Одна протянутая ладонь означала бы, что эльф не претендует на большее, чем статус гостя. Две скрещенные ладони в ответ на приветствие протягивали некровные родичи: супруги, избранники, побратимы, личные опекаемые, не принятые в клан. Да и слова приветствия были весьма красноречивы.

— Солнце Айравата светит и для вас. Отдыхайте, в доме рода уже приготовлены комнаты.

Наги эскорта разомкнули полукруг — гости поприветствованы, сопровождение не требуется. Янис в Айравате бывал, маленького горгону тут хорошо помнили. Змеелюды вообще предпочитали в чужое личное пространство без нужды не вторгаться. Конечно, за чужаками присматривали, но какие же это чужаки? Своя змейка и его избранник. Не стоит портить им впечатление от Айравата слишком навязчивым вниманием.

— Идем, — Янис легко коснулся локтя Рилонара. — Тут рядом.

Тот кивнул, поймал руку горгоны, сплел пальцы. Янис неожиданно понял, что именно ведет эльфа — тот покорно шел следом, не особо осматриваясь по сторонам. И это настораживало, потому что такое поведение было совершенно не в духе Рила. Горгона прикусил губу, чуть ускорил шаг. Это же Рил, он ни за что не позволит себе показать свою усталость или неудобство при посторонних.

Родовой дом для нагов — понятие весьма относительное. Чаще всего он разрастается до размеров целого квартала, а то и небольшого поселка. Для змеелюдов понятия «дальний родственник» не существует. Все родичи, все свои. Некоторые не по крови, но все равно свои. А уж отвергать кого-то только потому, что его избранник или родитель оказался не чешуйчатым, а каким-нибудь еще, для нагов и вовсе было дикостью.

Янис догадывался, где именно им выделят комнаты. Уединенный флигель, примыкающий одним боком к небольшой дикой скале, а другим — к полудикому саду. И порадовался, что этот флигель не так уж далеко от входа. С каждым шагом тревога только усиливалась, а выяснить ее причины можно было, лишь добравшись до этих самых комнат.

Стоило захлопнуться двери за их спинами — наги вообще предпочитали занавешенные тканью проемы, но флигель был именно с дверными створками, — как что-то неуловимо изменилось. Пальцы Рила сжались чуть сильнее, плечи опустились, так что ящерица, по-прежнему возлежавшая на них, завозилась, устраиваясь поудобней. И главное — Янис сам чуть не сбился с шага — эльф вдруг захромал, сильно припадая на раненую в той дуэли ногу.

— Рил? — Янис взволнованно притерся сбоку, подставляя плечо в качестве опоры. — Все в порядке?

— Не знаю… Тут можно куда-нибудь сесть? — насколько Рил помнил, у змеелюдов были либо стулья-колонны, либо неимоверно пушистые ковры или мягкие маты, заваленные подушками. Оставалось надеяться, что их двуногость учли и в комнатах найдется хоть что-то подходящее.

— В комнатах пуфики есть, — Янис буквально затолкал в себя предложение сесть ему на хвост. Ну а что, вполне удобно. Наги поэтому и не слишком увлекались мебелью, что всегда могли как-нибудь сплестись, укладываясь на собственный хвост. — Нога болит?

Рил мотнул головой, не ответив, и тяжело захромал в комнату, куда потянул Янис. Горгона начал переживать уже всерьез, в очередной раз проклиная эльфийское воспитание. Ну что будешь с этим упрямцем делать?!

— Рил? — осторожно спросил он, когда эльф уже сел на подвинутый пуфик.

Тот молчал. Немного посидел неподвижно, переводя дыхание, потом спихнул ящерицу на пол и наклонился, закатывая штанину. На перетянувших ногу бинтах расплывалось пятно крови, и Рилонар устало выдохнул:

— Можешь спросить у бабушки лекаря? Если есть знающий эльфийские яды и прочую дрянь.

Янис глубоко вдохнул… Эмоции, обуявшие горгону, выдало только повисшее в воздухе громкое шипение — сам он уже рванул прочь с такой скоростью, что только хвост в дверях мелькнул.

Эти! Эльфы! Ну что стоило сразу сказать, а не мучиться?!