Фандом: Гарри Поттер. Прочитав этот фанфик, вы узнаете, что Люциус Малфой не так холоден и высокомерен, как кажется, что Гарри Поттер не так уж счастлив в жизни, спланированной Дамблдором, что Северус Снейп на самом деле не любит одиночество, что не стоит забывать — дементоры не всегда охраняли Азкабан.
350 мин, 48 сек 5891
Хелли обернулась за пару минут. Сок был именно таким, как хотелось Люциусу, или, может, это Джинни требовался сок, кто его знает? Подумать над спорностью этого вопроса Люциус не успел, потому что сон все-таки его сморил.
«Итак… Первое — Джинни очнулась, но оказалась Люциусом, — Гарри обратил внимание, что со вчерашнего дня про себя называет Малфоя по имени. — Второе — я потерял сознание в родовом особняке, а это как минимум необычно. Третье — я чуть не разнес поместье своей магией, а затем разревелся на плече у Снейпа, как сопливый первокурсник.»
Все неправильно. Так не должно быть, значит, нужно найти причину, почему так произошло, а потом все исправить. Ну… или почти все.
По первому пункту вопросов возникает много, но ответов пока нет. Люциус и сам не понимает, почему так произошло, или только говорит, что не понимает. Сегодня заставлю его рассказать, где он находился перед вселением в Джинни, потом можно будет все обдумать и поискать решение.
По второму вопросу, насчет моего обморока, нужно поднять родовую книгу и попробовать найти там что-то аналогичное. Или в библиотеке Блэков поискать. Ну не мог я просто так, пусть и от очень неожиданной новости, взять и потерять сознание. Даже сообщение о том, что Джинни может никогда не выйти из комы, меня не отправило в обморок, а здесь: хлоп — и лежу.
А вот что с моей магией случилось, так это вообще вопрос вопросов. После принятия меня родом срывов не было ни разу, и я свою магию все время контролировал без усилий. Я рассердился на то, что Снейп разговаривал с Малфоем. Почему я рассердился? Я ведь понимал, что он не с Джинни говорил. Так что же тогда меня так расстроило? Ну да, он улыбался и смотрел на Джинни, тьфу ты, на Малфоя так, словно скучал по нему десять лет. А может, и скучал? Люциус же его сразу по имени назвал, да еще и знак какой-то на пальцах показал… Пожирательский, что ли? Ну и чего он ему фигу не скрутил, Снейп так не смеялся бы, а то такой счастливый сразу стал… Стоп. «Счастливый Снейп» меня и подкосил. Почему? Да все просто! Я всегда считал, что уж кому-кому, а Снейпу с его характером никто не нужен, и счастливым ему быть просто не положено. Он всегда угрюмый и молчаливый или злой и циничный. Но счастливым я его никогда не видел. Это что, элементарная зависть? Я так обзавидовался, что ему хорошо, что чуть всех нас не размазал тонким слоем по всему Лондону? Ужас! Я — страшный человек! Неужто мне так паршиво живется, что я позавидовал Снейпу? Позавидовал, а потом еще и разрыдался у него на груди? Лорд Поттер, вы неподражаемы! Как я буду сегодня смотреть им в глаза? Стыд и позор! А Снейп меня называл по имени. И мне это понравилось. Сразу стало уютно, и я остыл. Это он с перепуга за мой срыв, наверное, бросился успокаивать и слова подбирал, чтобы достучаться до меня. И все равно мне понравилось, что он меня по имени называл«.»
Поттер еще повалялся пару минут, потом потянулся так, чтобы все мышцы застонали от нагрузки, и рывком вскочил. Сначала — в душ, чтобы привести себя в порядок. Потом — проверить, как там гости, проследить, чтобы все были сыты, и узнать их планы по решению нашей «маленькой проблемки» или нашего«большого недоразумения», это как кому нравится.
Дверь в комнату, где лежала Джинни последний месяц, была приоткрыта, и слова разговаривающих гостей доносились довольно разборчиво. Гарри, вспомнив хогвартскую привычку узнавать все важное путем подслушивания, остановился за косяком двери. Стараясь даже дышать тише, он напряг слух.
— … вчера чуть не сорвался, я еле успокоил мальчишку и купировал его магию. Нужно следить за ним. В следующий раз я могу не успеть, — голос Снейпа был озабоченным, слегка уставшим, но абсолютно не пренебрежительным и не насмешливым, как мог ожидать Поттер, опираясь на свои прошлые наблюдения за бывшим профессором.
— Он очень сильный, Северус. Я вчера до дрожи испугался, когда он поднял свою магию, а ты ведь знаешь, что я не из пугливых. Он сильнее Лорда. Намного сильнее. Как думаешь, он знает о своей силе?
Глава 13. Первые выводы. Блэк-хаус
Поттер проснулся далеко за полдень. Вставать не имелось ни малейшего желания. Вчерашний день измочалил его так, что во всем теле ощущалась боль, как после хорошей драки. Гарри понимал, что несколько минут погоды не сделают, поэтому решил спокойно, в тишине и одиночестве, на относительно свежую после сна голову подумать о странных событиях, участником которых ему довелось вчера стать.«Итак… Первое — Джинни очнулась, но оказалась Люциусом, — Гарри обратил внимание, что со вчерашнего дня про себя называет Малфоя по имени. — Второе — я потерял сознание в родовом особняке, а это как минимум необычно. Третье — я чуть не разнес поместье своей магией, а затем разревелся на плече у Снейпа, как сопливый первокурсник.»
Все неправильно. Так не должно быть, значит, нужно найти причину, почему так произошло, а потом все исправить. Ну… или почти все.
По первому пункту вопросов возникает много, но ответов пока нет. Люциус и сам не понимает, почему так произошло, или только говорит, что не понимает. Сегодня заставлю его рассказать, где он находился перед вселением в Джинни, потом можно будет все обдумать и поискать решение.
По второму вопросу, насчет моего обморока, нужно поднять родовую книгу и попробовать найти там что-то аналогичное. Или в библиотеке Блэков поискать. Ну не мог я просто так, пусть и от очень неожиданной новости, взять и потерять сознание. Даже сообщение о том, что Джинни может никогда не выйти из комы, меня не отправило в обморок, а здесь: хлоп — и лежу.
А вот что с моей магией случилось, так это вообще вопрос вопросов. После принятия меня родом срывов не было ни разу, и я свою магию все время контролировал без усилий. Я рассердился на то, что Снейп разговаривал с Малфоем. Почему я рассердился? Я ведь понимал, что он не с Джинни говорил. Так что же тогда меня так расстроило? Ну да, он улыбался и смотрел на Джинни, тьфу ты, на Малфоя так, словно скучал по нему десять лет. А может, и скучал? Люциус же его сразу по имени назвал, да еще и знак какой-то на пальцах показал… Пожирательский, что ли? Ну и чего он ему фигу не скрутил, Снейп так не смеялся бы, а то такой счастливый сразу стал… Стоп. «Счастливый Снейп» меня и подкосил. Почему? Да все просто! Я всегда считал, что уж кому-кому, а Снейпу с его характером никто не нужен, и счастливым ему быть просто не положено. Он всегда угрюмый и молчаливый или злой и циничный. Но счастливым я его никогда не видел. Это что, элементарная зависть? Я так обзавидовался, что ему хорошо, что чуть всех нас не размазал тонким слоем по всему Лондону? Ужас! Я — страшный человек! Неужто мне так паршиво живется, что я позавидовал Снейпу? Позавидовал, а потом еще и разрыдался у него на груди? Лорд Поттер, вы неподражаемы! Как я буду сегодня смотреть им в глаза? Стыд и позор! А Снейп меня называл по имени. И мне это понравилось. Сразу стало уютно, и я остыл. Это он с перепуга за мой срыв, наверное, бросился успокаивать и слова подбирал, чтобы достучаться до меня. И все равно мне понравилось, что он меня по имени называл«.»
Поттер еще повалялся пару минут, потом потянулся так, чтобы все мышцы застонали от нагрузки, и рывком вскочил. Сначала — в душ, чтобы привести себя в порядок. Потом — проверить, как там гости, проследить, чтобы все были сыты, и узнать их планы по решению нашей «маленькой проблемки» или нашего«большого недоразумения», это как кому нравится.
Дверь в комнату, где лежала Джинни последний месяц, была приоткрыта, и слова разговаривающих гостей доносились довольно разборчиво. Гарри, вспомнив хогвартскую привычку узнавать все важное путем подслушивания, остановился за косяком двери. Стараясь даже дышать тише, он напряг слух.
— … вчера чуть не сорвался, я еле успокоил мальчишку и купировал его магию. Нужно следить за ним. В следующий раз я могу не успеть, — голос Снейпа был озабоченным, слегка уставшим, но абсолютно не пренебрежительным и не насмешливым, как мог ожидать Поттер, опираясь на свои прошлые наблюдения за бывшим профессором.
— Он очень сильный, Северус. Я вчера до дрожи испугался, когда он поднял свою магию, а ты ведь знаешь, что я не из пугливых. Он сильнее Лорда. Намного сильнее. Как думаешь, он знает о своей силе?
История ждёт вашей реакции
Дочитайте историю до конца, чтобы оставить реакцию
Страница 37 из 100
