Семья для моей души

— А плохая? Не томи, Северус, — Люциус, как лицо заинтересованное, с трудом сдерживал себя, чтобы не вскочить.

— А плохая новость в том, что нам придется привлечь к нашей тайне еще одного человека. Думаю, что в темную его использовать не удастся.

— Кого? — Гарри был немногословен.

— Драко Малфоя. Только близкий родственник имеет возможность, не привлекая внимания, забрать твое тело, Люциус. Нарцисса, во-первых — далеко, во-вторых, она уже не твоя супруга — процедура объявления ее вдовой была проведена через два месяца после исполнения твоего приговора, и в-третьих, я не хотел бы привлекать ее к делу, потому что она непредсказуема. Хватит нам и леди Поттер, да, милая? — Северус ехидно отсалютовал стаканом Малфою.

— Зачем нам Драко? Ты с ума сошел, Северус? Не смей ему ничего говорить. Если нельзя по закону, значит, выкрадем тело, но Драко подключать не станем. Как я ему покажусь в таком виде? — Люциус указал на пополневшую грудь леди Поттер. — И зачем вообще его смущать моим возвращением? Пусть живет себе спокойно. А вдруг он испугается и решит, что я потребую контроль над финансами и титул назад, для себя? Я не знаю, как среагирует на это мой сын? Он — личность неуверенная и нервная, в Нарциссу пошел. А если он авроров приведет или и вовсе решит избавиться от меня? — Люциус развернулся к Поттеру. — Гарри, ты не забывай, что я в теле твоей супруги и вред может быть причинен ей.

Впервые за все время Люциус воспользовался неординарностью личного образа, чтобы добиться своего. Он нервничал, но по выражению его лица легко читалось, что необходимость предстать перед сыном в таком виде его беспокоит гораздо больше, чем вероятная реакция на возвращение с того света.

— Люциус, не нужно волноваться, тебя будет тошнить. Возьми яблочко и успокойся. Драко — очень хорошо воспитанный мальчик. Я наблюдаю за ним с момента его рождения. Не наговаривай на сына, — целитель Берховиц, очень органично вписавшийся в команду по спасению Люциуса и наследников Поттера, решительно отмел все приведенные аргументы против кандидатуры лорда Малфоя в помощники.

— Люциус, Вит прав. Зачем нам связываться с законом? Тебя и так еще придется легализировать, не будешь же ты всю оставшуюся жизнь сидеть у Поттера в подвале? Я поговорю с Драко, он не откажет нам в содействии.

Гарри сидел как на иголках. Ему очень не нравилось предложение Снейпа, и он был готов поддержать Малфоя и не допустить Драко к делу.

— А почему Хорек? Зачем нам вообще какие-то родственники? Без них совсем никак нельзя? А если тело на опыты затребовать? Снейп, ты же у нас — зельевар, скажешь, что придумал что-то новое и нужно испытать снадобье. Какую-нибудь заумную хрень придумаешь, разве фантазии не хватит? — Гарри не хотел связываться с Малфоем-младшим, он ему казался ненадежным. Да и просто не нравился он Поттеру. С него одного Люциуса хватало за глаза.

— Хорек? Какой хорек? — Берховиц растерянно посмотрел на Гарри.

— Хорек — это Драко. Его на четвертом курсе Барти Крауч — младший, в бытность свою Грюмом, в хорька превратил, беленького такого, кусачего — он Гойла грызнул. Старая история, — Гарри махнул рукой и даже улыбнулся воспоминаниям.