Семья для моей души

— Не наткнется. В то крыло мы не ходим, оно так и осталось родительским. Разве что мать решит приехать, но это вряд ли. Она от своего дорогого Жако де Грэ ни на шаг не отходит. У них любо-о-вь… И я за нее очень рад, а вовсе не издеваюсь над ее чувством. Не нужно так укоризненно на меня смотреть. А Астории сейчас вообще не до прогулок по поместью. Она из комнаты редко выходит, да и то разве что на улицу, если там дождя нет. Даже в гостиной только до обеда бывает. Ей немного нездоровится. Скажу тебе по секрету — я собираюсь стать отцом. Астория уже на третьем месяце, — в голосе Драко звучала такая гордость, словно это он сам был на третьем месяце беременности.

Когда Снейпу в голову пришло такое сравнение — он вспомнил Люциуса и его нынешнее состояние, после чего с трудом сдержал язык за зубами, чтобы не пройтись по аналогиям своим ехидством.

— И Берховиц ничего нам не сказал?! Он же наблюдает твою жену?

— Ну да. А почему он должен был кому-то говорить об этом? Это нарушение правил целительской этики.

— Но Люциусу-то можно было сказать?

— Ты мне даешь понять, что в это дело и Берховиц замешан? Значит, он может с отцом разговаривать, а я нет? Так и передай отцу, что не видать ему своего тела, пока со мной не поговорит. Вот так! Это обсуждению не подлежит! — Драко упрямо поджал губы, хотя его глаза смеялись.

Немного еще поговорив о том, какую литературу стоило бы поискать для успешного завершения водворения Люциуса в его тело, Снейп попрощался с Драко и, велев передавать привет Нарциссе в следующем послании во Францию, ушел через каминную сеть в Блэк-хаус. Выходить на свежий воздух у него желания уже не имелось.

Глава 18. Битвы прошлые, настоящие и будущие. Блэк-хаус

Гарри носился по гостиной, размахивая руками и выкрикивая вперемешку с ругательствами свои пожелания в адрес Снейпа, который спокойно устроился в кресле. Создавалось впечатление, будто весь яростный напор Поттера был направлен вовсе не в его адрес, а он просто ожидал своей очереди для внесения ясности в общую картину происходящих событий.

— Ты специально ему все рассказал! Ты просто не мог не впутать нас всех в такое простое дело, как извлечение тела Люциуса из рук сердобольных колдомедиков. Твой драгоценный Драко тоже должен прийти сюда и потоптаться по моим чувствам и по моим промахам. А как же, у него же закончились причины для издевательств надо мной! Теперь будут, да? Поттер даже наследников не может произвести на свет без помощи Малфоев! Так, что ли? Снейп, ты не отворачивайся и рожу свою не криви, она у тебя и так не подарок. Я у тебя спрашиваю — зачем мне в доме еще один Малфой? Навредить наследникам Люциус не рискнет, магия наверняка его за такое отправит туда, откуда он вылез. Так зачем мне здесь Хорек? Пока не появятся на свет мои дети, никого постороннего видеть в доме не желаю, и жену свою никуда не отпущу! Это мое последнее слово! — Гарри выбежал из комнаты, пожалев, что в ней не было двери, которой можно было бы громко хлопнуть.

После небольшой паузы, во время которой волшебники, оставшиеся в гостиной, просто наслаждались наступившей тишиной, Снейп обратился к Люциусу:

— Ты тоже считаешь, что следует дождаться рождения детей Поттера и только потом решать твою проблему?

— Северус, я не хочу встречаться с Драко в таком виде. Но так надолго откладывать попытки вернуть мне нормальный облик считаю нецелесообразным. А вдруг я как-то приросту внутри этой Уизли и больше никогда не смогу быть таким, как прежде. Вит, ты же не просто целитель в моей семье, мы дружим уже много лет, так скажи, только честно, у меня есть шанс? Или мы зря трепыхаемся, и уже назад дороги нет, а я навсегда останусь рыжей ба… женщиной? — Люциус полулежал на диванчике в углу гостиной и машинально поглаживал себя по округлившемуся животу.

— Люциус, я не могу сказать ничего определенного. Раз твое тело уже дома, то я сегодня же нанесу визит твоему сыну и после беседы с леди Малфой — твоей невесткой — обязательно осмотрю и тебя, то есть твое тело. Я уже говорил, что ты очень спешишь. Выводы еще делать не из чего. Данных для принятия решения еще совсем мало. Северус, ты рассказывал, что в старинных рукописях были найдены материалы о том, что выживали после поцелуя только чистокровные волшебники, за которыми присматривали в родовых поместьях. Ты не думаешь, что телу Люциуса следует пока остаться в Малфой-мэноре? — целитель Берховиц всем корпусом развернулся в кресле, сев при этом так, чтобы в поле его зрения попадали оба собеседника.

— Возможно. Точно сложно сказать. Нужно подумать.