Семья для моей души

Миссис Уизли раззадорила себя и начала кричать, ничуть не тише, чем это делала ее дочь совсем недавно, проклиная Поттера. Вошедший в комнату Снейп оперся о стену у входа и с усмешкой слушал очередную серию визгов и обвинений. Поттер сидел в кресле в дальнем конце комнаты, и устало хлопал ресницами, словно он вот-вот заснет. Берховиц смотрел в окно. Сегодняшний день вымотал всех, только не женщин из семьи Уизли. Ладно уж Молли, она только крутилась у всех под ногами полдня, но Джиневра сегодня родила двоих детей, а по ней даже и видно не было. Лицо, конечно, еще не избавилось от пигментных пятен, да и не выглядела она той стройной ведьмой, что носилась на метле по квиддичному полю, но вид у нее был бодрый, и силы для обвинений еще не кончились. Она время от времени еще что-то выкрикивала, но никто не обращал на нее внимания. Снейп бросил на ее кровать легкие чары Полога тишины — визг было слышно, но он не резал слух.

— Гарри, нужно что-то решать, давай пройдем в кабинет, — Северус помог встать Поттеру и, дав понять Берховицу, что они скоро вернутся, вышел из спальни.

Устроившись на удобном диванчике, Снейп налил себе в стакан немного огневиски, а Гарри, оценив его состояние, предложил выпить сока, чтобы тот не уснул, расслабившись от спиртного.

— Гарри, решай скорее, что делать с Уизли. Ты не должен разрешать Джиневре оставаться в особняке. Родовая магия этого не позволит, она на нее очень сердита и может навредить еще больше. Ты видел, в каком она уже состоянии? Тянуть нельзя, иначе ты действительно будешь виноват в ее болезни. Молли тоже следует удалить из Блэк-хауса, пока в ее дурную голову не пришла идея пообщаться с внуками. Мы не проверяли, но ее родовая магия может и пропустить к детям. Рисковать не стоит. Завтра вызовем гоблина из Гринготтса, пусть проверит мальчишек на родовую принадлежность и по всем правилами задокументирует их рождение и наследные привилегии. Если в малышах нет ничего от Уизли, то нечего тем здесь ошиваться, — Снейп прервался и резко сменив тон с менторского на дружеский, спросил: — Или ты жалеешь их? Я так категоричен, прости, Гарри. Может, ты еще чувствуешь что-то к бывшей жене? А я здесь тебе по больному месту скребу?

Поттер повертел пустой стакан из-под сока, посмотрел вовнутрь, словно удивился, куда это сок делся, и поставил его на стол. Потом выгнулся, расправляя затекшую спину, повертел головой из стороны в сторону, похрустел суставами и, тяжко вздохнув, поднял уставший взгляд на Снейпа.

— Северус, я монстр? Чудовище? Да?

— С чего такие мысли в твоей голове?

— Ты только что признал, что в моей голове бывают мысли!

— Только глупые. И это очевидно, если проанализировать твой вопрос. Так почему «монстр»?

— Я больше месяца сидел над неподвижной женой, и у меня не было даже мысли заплакать. Я столько месяцев спокойно общался с Люциусом, который хозяйничал в ее теле, и меня это не коробило и не возмущало. Разве что в самые первые дни. Весь последний месяц я с облегчением вздыхал, когда Люц на время вселялся в тело Джинни, и я мог отдохнуть от нее. Сегодня она родила мне двух замечательных мальчишек, а я обрадовался им, но абсолютно спокоен был к ее страданиям, а ее крики меня только раздражали. Словно она посторонний человек, еле знакомый мне. Только что я получил с ней развод. Я не просил о нем, и не планировал подобного после того, как узнал, что Джинни беременна. Но, знаешь, я обрадовался, что она мне уже не жена. Я — монстр, Северус! Я — хладнокровное и неблагодарное чудовище! Джинни права, называя меня так.

— Ты дурак, Поттер! Я уже устал тебе повторять это. Дурак! Говоришь, не думал о разводе после «того как», а «до того»? Думал? Ты был спокоен, потому что подсознательно уже все решил, только из-за своей глупой натуры не хотел признаваться даже себе. Ты же у нас — благородный! А как же иначе? Герой, победитель. Джиневра рожала твоих детей в родовом особняке, поэтому и малыши, и ты были под защитой родовой магии. А защита, это и спокойствие, и собранность, и благоразумие главы рода, чтобы он принимал правильные решения. Все, подъем! Берховиц тоже устал, нужно отпустить его, а то приставили целителя двух бешеных мантикор охранять. Пойдем!

В спальне бывшей леди Поттер Гарри и Северус застали интересную картину. Целитель стоял перед дверью и с палочкой в руках не выпускал Молли Уизли, угрожавшую ему проклятием. Джинни так и сидела на кровати, беспрестанно что-то бормоча.

— Слава Мерлину, где можно столько ходить? Я уже выбился из сил. Эта женщина стоит троих авроров.

— Надеюсь, миссис Уизли, вы не пренебрегли своим положением гостьи и не навредили моему другу? — Поттер уставился на Молли холодно и презрительно, как в бытность свою смотрел Малфой-старший.

— Гарри, он не пускает меня к внукам! — за время отсутствия Гарри и Снейпа миссис Уизли похрабрела, обрела уверенность и не стеснялась подпустить в голос хамоватых ноток.