Однажды мне случилось попасть проездом в некую деревню. Обитателей дома, в котором я остановился, я нашёл в состоянии подавленности, удивившей меня тем более, что дело было в воскресенье, — день, когда сербы предаются обычно всяческому веселью, забавляясь пляской, стрельбой из пищали, борьбой и т. п. Расположение духа моих будущих хозяев я приписал какой-нибудь недавно случившейся беде и уже думал удалиться, но тут ко мне подошёл и взял за руку мужчина лет тридцати, роста высокого и вида внушительного.
31 мин, 53 сек 1277
И, обвивая руками, она пыталась опрокинуть меня назад и укусить за горло. Между нами завязалась страшная и долгая борьба. Защищался я с трудом, но, в конце концов, мне удалось схватить Зденку одной рукой за пояс, другою — за косы и, приподнявшись на стременах, я бросил её на землю.
Тут силы оставили меня и начался бред. Тысячи безумных и ужасных образов, кривляющихся личин преследовали меня. Сперва Георгий и брат его Пётр неслись по краям дороги и пытались перерезать мне путь. Это им не удавалось, и я уже готов был возрадоваться, как вдруг, обернувшись, увидел старика Горчу, который, опираясь на свой кол, делал прыжки, подобно тирольцам, что у себя в горах таким путём переносятся через пропасти. Горча тоже остался позади. Тогда его невестка, тащившая за собой своих детей, швырнула ему одного из мальчиков, а он поймал его на острие кола. Действуя колом как пращой, он изо всех сил кинул ребёнка мне вслед. Я уклонился от удара, но гадёныш вцепился — не хуже настоящего бульдога — в шею моего коня, и я с трудом оторвал его. Другого ребёнка мне таким же образом кинули вслед, но он упал прямо под копыта лошади и был раздавлен. Не помню, что произошло ещё, но когда я пришёл в себя, было уже вполне светло, я лежал на дороге, а рядом издыхал мой конь.
Так кончилось любовное увлечение, которое должно было бы навсегда отбить у меня охоту продолжать в том же духе. Как бы то ни было, я и сейчас содрогаюсь при мысли, что если бы враги одолели мня, то я тоже сделался бы вампиром. Но небо того не допустило.
Тут силы оставили меня и начался бред. Тысячи безумных и ужасных образов, кривляющихся личин преследовали меня. Сперва Георгий и брат его Пётр неслись по краям дороги и пытались перерезать мне путь. Это им не удавалось, и я уже готов был возрадоваться, как вдруг, обернувшись, увидел старика Горчу, который, опираясь на свой кол, делал прыжки, подобно тирольцам, что у себя в горах таким путём переносятся через пропасти. Горча тоже остался позади. Тогда его невестка, тащившая за собой своих детей, швырнула ему одного из мальчиков, а он поймал его на острие кола. Действуя колом как пращой, он изо всех сил кинул ребёнка мне вслед. Я уклонился от удара, но гадёныш вцепился — не хуже настоящего бульдога — в шею моего коня, и я с трудом оторвал его. Другого ребёнка мне таким же образом кинули вслед, но он упал прямо под копыта лошади и был раздавлен. Не помню, что произошло ещё, но когда я пришёл в себя, было уже вполне светло, я лежал на дороге, а рядом издыхал мой конь.
Так кончилось любовное увлечение, которое должно было бы навсегда отбить у меня охоту продолжать в том же духе. Как бы то ни было, я и сейчас содрогаюсь при мысли, что если бы враги одолели мня, то я тоже сделался бы вампиром. Но небо того не допустило.
Страница 9 из 9
