Septem

Оба флакона выглядели одинаково. Идеально одинаковое количество зелья, ровные полоски на левой стороне, пробка задвинута на две трети. Северус был аккуратен и точен во всём, что требует этих качеств — Гарри не сомневался. Потратив на раздумья с десяток минут, каждая из которых тревожным звонком напоминала ему о времени, растрачиваемом понапрасну, он опустошил один из флаконов.

Второй он бы отнёс самому Северусу, который выглядел едва ли не хуже, чем за всё время, что Гарри его помнил — но раз тот оставил зелье здесь, значит, были причины. Гарри убрал флакон в сумку. Восстанавливающее действовало быстро, имело общеукрепляющие свойства и при разовом применении вполне могло заменить отдых, сон и так далее. Он помнил это из курса зелий и помнил также, что у него ограниченный по времени срок влияния на организм, но точное время не помнил.

Из соседней комнаты слышались голоса, но слов было не разобрать. Гарри почувствовал, как начинает действовать зелье — возвращалась бодрость, настроение улучшалось. Но внутренняя пустота никуда не делась — он всё так же почти физически ощущал тревогу, сомнения на грани паники — семь дней, чтобы найти и уничтожить крестраж. Он мысленно сократил срок до шести. Чтобы наверняка. Шесть дней — а сейчас шёл второй.

Гарри очень надеялся, что сведения, которые удастся раздобыть Гермионе из этих рун, хоть немного объяснят то, как крестраж восстанавливается в полноценного мага. Довольно сомнительно было, что крестраж сможет восстановить тело из ничего — никакая трансфигурационная магия на это не способна. Хотя Гарри не ручался за то, что он знает всё обо всех сферах действия магии.

Он снова вернулся к книгам. Огромные массивы трудночитаемого текста — и ничего, абсолютно ничего о перчатке. Гарри старался читать быстрее, проглядывая строчки, ища малейшее упоминание. Через две сотни страниц он понял, что биография Годрика Гриффиндора — один сплошной миф, книга наполнена домыслами и разнотолками, мнениями неизвестных ему людей, а также выдержками из маггловских летописей, в которых упоминался кто-то, хотя бы отдалённо похожий на Гриффиндора. Его меч упоминался множество раз, как и Распределяющая шляпа, которую именно он заколдовал для отбора. Шляпа никак не могла быть крестражем — Гарри сразу отмёл эту мысль. Целая глава была посвящена распрям между магами и гоблинами из-за меча, который они считали своим. Гарри благополучно пролистал этот раздел.

Шляпа описывалась только вскользь, но были приведены ранние песни, которые она пела в начале каждого учебного года. В каждой из песен упоминались основатели — но Гарри не нашёл там ничего нового и нужного.

Глава, посвящённая родословной, оказалась короткой и совершенно бестолковой — даже создатели книги сомневались в достоверности сведений, которые им удалось найти. Гриффиндор не был женат и не оставил никакого потомства — если не считать двух десятков «тайных браков», так или иначе приписываемых ему разными летописцами. Если в их летописях вообще говорилось именно о нём.

Гарри со вздохом отложил книгу и взял другую — «Магические обряды и суеверия Старой Англии». Ещё в библиотеке он увидел раздел «Артефакты» — двести страниц увлекательного чтения. Как и многие книги того периода, эта содержала иллюстрации, которые давались практически к каждому предмету. Это было удобно. Уже через полчаса Гарри нашёл пять самых разнообразных перчаток — но ни одна из них не подходила под его описание, а две вообще были женскими.

В «Жизнеописаниях основателей» Салазар Слизерин как маг, практиковавший самые«тайные и тёмные» магические заклинания, значительно потеснил своих товарищей, заняв больше половины книги. О Гриффиндоре же снова не было ничего стоящего. Странно, но Гарри всегда думал, что именно он оставил после себя значительное наследие, как самый сильный и могущественный чародей тех времён. Очередные мифы гостиной факультета Гриффиндор?

Гарри отложил книги и решил вернуться в библиотеку. Конечно, он сказал, что идёт на обед, но не предупредил, что задержится. Стоп, обед. Гарри вытащил из карманов мантии тыквенные лепёшки и наколдовал кубок воды, заметив, что заклинание даётся ему гораздо хуже, чем несколько дней назад. Да что там, даже утром он без труда справлялся с такими элементарными вещами!

Северус сидел в своём основном кабинете, грозно возвышаясь над кипой пергаментов. Гарри подошёл ближе и, отложив свои книги, взял крайний, узнав почерк Макгонагалл. Увидев, что Северус отложил перо и посмотрел на него, Гарри вернул пергамент на место, но тот, плавно скользнув, полетел на пол. Поймав его перед самым приземлением, Гарри водрузил его поверх кипы других.

— Удалось что-то найти? — Северус сделал вид, что не заметил манипуляций Гарри. — Судя по твоему виду, сомневаюсь.

Он взял перо и продолжил делать пометки на крупном листе, расчерченном на ровные квадраты.

— Ничего, — Гарри замолчал, смотря на размеренные ровные движения пера по пергаменту.

— Что-то ещё?