Septem

— Мне нужно в лабораторию, — он с молниеносной быстротой застегнул все пуговицы и поправил воротник. — Если задержусь, иди без меня.

— Ты собираешься завтракать зельями?

— Сегодня ночью полнолуние, — Северус повернулся и посмотрел на него долгим странным взглядом.

— Точно, — Гарри понял, что следовало подумать об этом. И ещё следовало одеться: на нём не было даже белья.

Северус наклонился и сдержанно поцеловал его сухими горячими губами.

Дверь за ним закрылась, и в комнате будто стало пусто. Одежда Гарри не отличалась ни коллекцией застёжек и пуговиц, ни разнообразием предметов гардероба, но провозился он гораздо дольше. За окном стало значительно светлее. В чемодане он нашёл свою личную зубную щётку и отправился в ванную.

Судя по всему, на завтрак были газеты.

Читал весь Большой зал, и Гарри с порога почувствовал неладное. Найдя Рона и Гермиону, сидящих в стороне от всех за гриффиндорским столом, он направился к ним. На него снова оглядывались, пару раз он слышал подозрительный шёпот.

— Что случилось?

Гермиона протянула ему «Ежедневный пророк». Заголовок на первой странице гласил: «Приспешники Того-Кого-Нельзя-Называть на свободе!».

— Не говорят ни имён, никаких подробностей, похоже больше на пересказ слухов, чем на статью, — Гермиона потёрла висок. — Гарри, мне это не нравится. Ты читал вечерний выпуск?

Гарри задумчиво кивнул.

— Министерство в прошлый раз скрывало от всех правду, — Рон пренебрежительно посмотрел на газету. — Может, теперь они забили тревогу без повода? Нигде же не говорится о побеге, может, выпустили кого-то невиновного, а газетчики и рады.

Лучше бы Северус был здесь и как-то прокомментировал всю эту суматоху. Его бы послушались.

— Смотрите, вон Терри.

Гермиона кивнула на вход — Терри действительно шёл к своему столу, не обращая никакого внимания на шум. Заняв своё место, он посмотрел на лежащую рядом газету, кивнул каким-то своим мыслям и принялся накладывать себе кашу.

— Что-то он даже не прочитал ничего, — Рон продолжал вглядываться в спину Терри до тех пор, пока Гермиона не одёрнула его. — Не интересно, что ли?

— Может, услышал раньше. Или в Рейвенкло не выходят из гостиной до тех пор, пока не узнают все сведения из утренних газет, — Гарри пододвинул к себе тарелку с бутербродами. — Давайте есть.

— В вечернем выпуске писали, что Лестрейнджей приговорили к поцелую дементора, но приговор отложили на неделю, — Гермиона растерянно листала газету. — Но здесь об этом ни слова. Никаких подробностей.

— То есть об этом мало кто знает, — предположил Рон. — Я имею в виду, мало кто читает вечерние выпуски.

— Я всегда читаю.

Гарри и Рон переглянулись, усмехаясь.

— Я же сказал, мало кто, а не никто, — парировал Рон.

— Если ты не читаешь, значит мало кто? Ты всегда в большинстве, так? — раздражённо спросила Гермиона, не отрывая глаз от газеты. Но вряд ли такая статья как описание приговора Пожирателей скрывалась где-то между небольших мало что значащих заметок или в рубрике «Магические рецепты» под огромной статьёй«Секреты и таинства приготовления огнечая».

— Вот видишь, — сказал Рон ему, указывая на Гермиону размашистым жестом. — О чём я тебе и говорил. Постоянно спорит!

— Привыкай, — пожал плечами Гарри. — Вряд ли это когда-нибудь изменится.

— Не убивай мою веру в лучшее, — пробурчал Рон.

Гарри не был в гостиной Гриффиндора ужасно долго. Кажется, вечность. Комната казалась настоящим складом мебели, картин, статуэток, всяких странных штук — столько всего здесь было. Такое яркое, что рябило в глазах.

— Всё хорошо, Гарри? — вдруг спросила Гермиона, складывая и убирая в сторону газету. — Ты выглядишь намного лучше. Вы поговорили?

— Мм, не совсем, — Гарри забрал газету себе и пробежался глазами по первым строчкам статьи. — Но кое-что изменилось. Да.

— Что?

— Он перенёс в комнату откуда-то все мои вещи, и теперь у меня собственный шкаф. Даже метла там, — Гарри поднял голову и посмотрел на Гермиону. — И трансфигурированная мебель исчезла. У нас теперь одна кровать, и моё кресло — оно настоящее. Окно появилось…

Гарри замолчал, понимая, что, может быть, друзьям и не обязательно знать все изменения в деталях.

— То есть, это как бы официальный переезд. Я теперь живу там.

— Но вы не поговорили? — Гермиона смотрела так же внимательно, как и вчера.

— Поговорили. О крестраже, о мече. Мне кажется, он знает, как вернуть меч. Наверное, скоро что-то разрешится, и мы сдвинемся хоть немного…

— Два дня осталось, — Рон, казалось, немного напрягся, но был рад быстрой смене темы разговора. — Хотя ведь есть шанс, что, когда время истечёт, крестраж ни в кого не вселится и душа погибнет, так? Значит, не стоит трогать его вообще, если меч не найдём.

— В последний день влияние будет особенно сильным, кальмар же предупреждал. Кто знает, может, мы не сможем остановить Терри?

— Тогда нужно запереть его куда-нибудь в этот день и не дать достать крестраж. К тому же, вроде бы он уже не чувствует влияния, — Рон откинулся на спинку дивана. — Вот и не будет ничего.

— Может быть.