Septem

Северус почувствовал, как напряглись его собственные плечи, и постарался расслабиться, видя, как Гарри продолжает рассуждать о чём-то, смотря в пространство позади него.

— Если там — место моих страхов и сомнений. Получается, что ты… Что я не сомневаюсь в тебе. Ни насколько. И я не боюсь.

Гарри снова смотрел ему в глаза — взгляд был спокойным и сосредоточенным.

— Я рад, что ты делаешь такие выводы.

Напряжение никуда не уходило, будто что-то важное осталось невысказанным, но чем дольше Северус ждал, тем яснее он понимал, что пора избавляться от засевшей глубоко в груди тревоги.

Гарри был здесь. Он по-прежнему был здесь, и он только что сказал, что не сомневается в нём. Даже с учётом последних двадцати часов, проведённых в компании вымышленного Маккейна.

Северус осознал, что по-прежнему сжимает его плечо. Судя по лицу Гарри, тот снова собирался сказать ещё что-то, выслушивание чего не доставит удовольствие никому из них.

— Ты должен успокоиться, — рука непослушно дрогнула, но Северусу всё же удалось придвинуть Гарри ближе, опустив ладонь с плеча на его спину и притягивая к себе.

— Извини, — Гарри сглотнул и осторожно обнял его, будто ожидал, что его могут оттолкнуть в любой момент. — Я не хотел говорить… Извини.

И он больше ничего не говорил. Несмотря на неприятную сцену, которая стала итогом того состояния, в котором пребывал Гарри сейчас, Северус почувствовал, как давившая на грудь всё это время тяжесть постепенно исчезает.

Сообразив, что ещё немного, и Гарри начнёт расспрашивать его о своих друзьях или, чего хуже, пожелает нанести им немедленный визит, Северус запустил пальцы в его волосы и отодвинул его голову от своего плеча. Гарри, нахмурившись, несколько мгновений смотрел в его глаза, а затем приблизился и сам поцеловал его. Пожалуй, после достаточно длительной разлуки и после этого разговора Северус ждал чего-то более… воодушевлённого. Поцелуй был настолько размеренным и неспешным, что это было даже странно. Но Северус не старался что-то изменить, перенимая чувственные и медленные движения и продолжая поглаживать затылок Гарри. Мысли постепенно растворялись, перетекая в медленно, плавно растущее удовольствие. Не разрывая поцелуй, Гарри вытащил из брюк его рубашку и принялся расстёгивать пуговицы.

Спустя несколько долгих и медлительных минут Гарри уже яростно целовал его шею и ключицы, чуть втягивая кожу и сильно проводя языком, его ладони спускались всё ниже, забираясь под пояс брюк, проводя по горячей коже. Северус почувствовал, что слишком быстро поддаётся на всё это.

На мгновение Северус замер, пытаясь вернуть контроль над своими реакциями, но руки Гарри уже торопливо и смело расстёгивали ремень на его брюках. Поцелуй снова стал медленным и чувственным, контрастируя с жарким возбуждением, требовавшим более решительных действий. Самоконтроль стремительно покидал его. Реакция была необратима, в ладонях и плечах появилась странная слабость, и Северус ощутил, как по бёдрам разливается жар.

Уже в кровати он понял, что вся медлительность и спокойствие — лишь тщательно скрываемое желание. Гарри старался не торопиться, но потемневший взгляд, рваные движения, граничащие с укусами поцелуи — всё это выдавало его нетерпение. Забравшись сверху, он влажно и горячо целовал его горло, возвращаясь обратно к губам, и Северус чувствовал, как сбивается дыхание самого Гарри, хотя он ничего не делал с ним.

Гарри возбуждали прикосновения к нему. Чувство власти над ним. От этих мыслей жаркая волна поднялась с новой силой, и Северус провёл руками по спине Гарри, притягивая его к себе. Гарри делал плавные движения бёдрами, задевая его член, и каждый раз от ощущения давления темнело перед глазами, стоны застревали в горле, и он двигался навстречу, подстраиваясь под темп. Это продолжалось какое-то время, но затем Гарри вдруг резко отстранился и замер. Он посмотрел на Северуса, наклонился, целуя его коротко и чересчур нежно, и потянулся куда-то за подушки. Осознание пришло тогда, когда Северус увидел в его руках волшебную палочку. Короткое заклинание — и между ягодиц стало влажно и расслабленно. Он был слишком возбуждён, чтобы удивляться, и слишком хотел, чтобы возражать. Вместо этого Северус откинулся на спину, поднимая и чуть сгибая в коленях ноги. Сердце стучало слишком гулко. Гарри склонился к нему и поцеловал, жадно захватывая зубами губы, врываясь в его рот так, что Северус не сдержал короткий стон.