Сердечная недостаточность

Глава 9

Я проспал. Ни разу в жизни мой внутренний будильник меня не подводил, несмотря на любую усталость, а тут — на тебе. Пусть всего на полчаса, но промахнулся. Хотел прийти минут на десять раньше полуночи, а появился в камине Большого зала, на ходу застегивая сюртук, спустя четверть часа позднее.

Быстро оглядев полутемное помещение, освещенное лишь льющимся из окон лунным светом, я понял, что Грейнджер здесь нет. При неярком свете волшебной палочки обыскал зал и почти в центре свободного пространства перед помостом со столами для преподавателей обнаружил грейнджеровские пожитки: блокнот, кусок пергамента, серебристый приборчик и, как ни странно, маггловский фотоаппарат. И волшебную палочку. Меня прошиб холодный пот. Черт-черт-черт! Мысли в голове бешено завертелись. Какая сволочь ее уволокла?! Где ее теперь искать?!

Я опрометью бросился к ближайшему камину, сыпанул в него дымолетного порошка и прохрипел:

— Дом Поттеров!

Мне очень давно не было так страшно. Я старательно отгонял от себя мысль о том, что пока я тут, засунув голову в камин и стиснув зубы, слушаю гудение блокировки, Грейнджер там, неизвестно где, промывают мозги. Зачем нужен сарказм, если не на ком его оттачивать? А если Грейнджер забудет меня, это станет и вовсе неинтересно. Она же не оценит!

Наконец моя голова вырвалась на свободу, и я увидел симпатичный ковер в аляповатых розах и три пары голых ног в домашних тапочках. Подняв взгляд выше, я заметил три волшебных палочки, нацеленные на меня.

— Северус?! — синхронно поинтересовались их владельцы.

Я застонал. Ладно Поттер. Черт с ней, с Грейнджер, но мелкая Уизли? Пусть она сейчас не очень мелкая и, видимо, даже не Уизли, судя по руке Поттера, по-хозяйски обнявшей ее за талию, но все же!

— Гермиона пропала! — просипел я. — Я в Большом зале Хогвартса, пароль — «Рыба-меч».

Мелкая Уизли охнула, Артур с Поттером переглянулись и скрылись в глубине дома.

— Я сейчас! — крикнул Поттер. И уже тише, видимо, Артуру: — Активируй защиту, сообщи службе наружного наблюдения, чтобы были настороже. Джеймсу пока ничего не говорите.

Я вылез из камина и выплюнул кусочек золы. Бездействие меня угнетало. Минуты через три, когда я уже по второму кругу обежал весь Большой зал в поисках чего-нибудь, из камина вывалился одетый Поттер, крепко сжал мне плечо и ободряюще скомандовал:

— Держись, Северус! Нам надо найти ее. Соберись!

Я остановился. Посмотрел на себя его глазами: Северус Снейп с безумным лицом мечется впотьмах и скрипит зубами. Соберись, тряпка! Ты за нее не отвечал! Она давно уже вышла из школьного возраста! А то, что некоторые люди вообще не приспособлены к оседлому образу жизни, безответственны и не имеют чувства самосохранения, так это уже вообще не к тебе!

Тряхнув головой, я, наконец, собрался с мыслями, сфокусировался и обратил внимание на Поттера, который с интересом рассматривал то, что осталось от Грейнджер. Внезапно он издал радостный клич и, как коршун, спикировал на кусок пергамента, лежавший на полу.

— Посвети мне, — попросил он и, коснувшись палочкой пергамента, торжественно заявил: — Клянусь, что замышляю шалость и только шалость!

Черт бы их всех побрал! Я вспомнил почему мне знаком этот пергамент, как только увидел его в руках Поттера. А уж когда на нем начали проявляться надписи и чертежи, мне захотелось взвыть от негодования. Люпин, гад! Скажи спасибо, что ты уже сдох, сволочь полнолунная!

— Вот она! — радостно ткнул в какую-то точку на пергаменте Поттер. — Скорее! Она идет к Хогвартскому озеру!

— Сама? — поразился я, быстро собирая грейнджеровские пожитки и догоняя Поттера.

— Она одна! — крикнул он на бегу. — Но она уже почти у озера!

И мы припустили быстрее. Вряд ли Грейнджер в полночь захотела искупнуться в прохладной осенней водичке. Уже подбегая, мы услышали яростный плеск и скрежет.

— Это русалки! — крикнул Поттер, задыхаясь от быстрого бега.

Хорошо быть молодым тренированным аврором! Я вот уже, например, на последнем издыхании.

Мы выбежали на берег, и глазам нашим открылась картина самого натурального побоища: шипящая, как дикая кошка, Грейнджер дралась с русалками. Они кишели вокруг нее серо-зеленой массой, что-то стрекоча и скрипя, как несмазанная телега.

Я остановился, нагнувшись, чтобы хоть немного отдышаться, когда Поттер ринулся в воду, вздымая тучу брызг и вопя во всю свою дурную глотку:

— А ну пошли прочь от нее! — и достал палочку.

— Нет! — прохрипел я и закашлялся. — Не надо! Они ее не пускают!