Фандом: Изумрудный город. Волшебной стране опять грозит опасность.
119 мин, 0 сек 13706
— Надо направить их энергию в конструктивное русло, — предложил он. Лон-Гор хотел сказать всё, что он об этом думает, но не успел: в дверь постучали.
— Совещание на высшем уровне? — сверкнул глазами Урфин Джюс. На его плече нахохлился неизменный филин. — Доктор, я стесняюсь сказать, но к вам… дама! Она ждёт в вашей комнате.
Лон-Гор вскочил и потом уже проклял себя за очевидную поспешность.
— Спасибо, — сказал он и покинул кухню.
— Я же говорил! Ты проспорил! — услышал он голос Кау-Рука, когда проходил мимо окна. — Придётся тебе петь!
Прежде чем толкнуть дверь, Лон-Гор помедлил, хотя это была его собственная комната. Впрочем, теперь её было трудно узнать. Кровать окружал розовый полог, стеллаж скрывала лёгкая ткань, а вместо обычного света её озаряли зависшие под потолком шарики, которые едва заметно колыхались.
Фея Стелла сидела в кресле с книгой, и один из шариков покачивался над её левым плечом. При появлении Лон-Гора она встала, отложив книгу, и он узнал «Общую физиологию». Языковой барьер, конечно, не был фее помехой и здесь.
Заперев дверь, Лон-Гор поклонился и приветствовал Стеллу.
— Мой визит неофициальный, — сказала фея, ответив на приветствие. — Официальные извинения — свои и Марранов — я пришлю чуть позже.
— Извинения? — переспросил Лон-Гор.
— Марраны — не мои подданные, — пояснила Стелла. — Но между ними и Розовой страной существуют укрепившиеся торговые и дипломатические отношения, и я довольно близко знаю князя Торма и княгиню Юму. Но то, что произошло сегодня…
— Они защищались, так? — догадался Лон-Гор. — Ведь все в стране знают, что летающие машины принадлежат врагам, а Ригана они не видели и не догадались, потому и напали, верно?
— Скорее всего, так, — ответила Стелла. — Завтра утром я намерена отправиться с визитом в долину Марранов и всё выяснить. Они, наверное, погорячились и, зная о завоевателях… А что им ещё оставалось делать? У них уже был один бог и король, и они не хотят больше бездумно повиноваться кому бы то ни было. — Она усмехнулась. — Вы даже знаете этого бога.
— О, — только и сказал потрясённый Лон-Гор. Оказывается, одним завоеванием дело не ограничилось, было и другое. — Однако почему сейчас вы предпочли неофициальный визит? Если вы чего-то опасаетесь, то в наших силах…
— Ну, я не хотела лишать работоспособности весь лагерь, — лукаво улыбнулась Стелла.
— О, — повторил Лон-Гор. Она была права и не преувеличивала силу своей красоты.
— Поэтому явилась тайно — узнать о самочувствии тех двоих, — добавила Стелла, наконец садясь обратно в кресло.
— С Риганом всё в относительном порядке, он просто потрясён, а вот Ар-Лой контужен, и ему предстоит долго лечиться, а последствия его ранения предугадать сложно, — доложил Лон-Гор, подвинув себе стул. Разговор, скорее всего, обещал быть долгим.
Стелла досадливо поморщилась и покачала головой.
— Я передам это князю и княгине. Возможно, они чем-то смогут загладить свою вину.
— Простите, но… — начал Лон-Гор. — Но разве перед врагами извиняются, что причинили им…
— В этой стране возможно всё, — ответила Стелла, быстро взмахнув волшебной палочкой, которую до этого вертела в пальцах. — И потом, я бы не сказала, что вы всё ещё враги.
— А кто?
— Вы — люди, которым нужна помощь.
— Вот как? — удивился Лон-Гор. — Что, все триста восемьдесят?
— Лично я исключений делать не намерена, — ответила Стелла. — Мы с вами очень вовремя догадались, что в беду попали все. А вы намерены?
— Нет… Но некоторым из нас, наверное, очень трудно будет помочь.
— Тем, кто мучил арзаков сознательно? — догадалась фея. — Я сочувствую и тем, и другим, и мне страшно представить ту пустоту, что засела в душах мучителей. Но всё поправимо, кроме смерти… Вы носите с собой изумруд?
Вопрос был несколько неожиданным, но Лон-Гор коснулся нагрудного кармана, чтобы проверить, не потерял ли камушек.
— Да, ношу.
— А что вы думаете о том, что гипноз перестал действовать?
— Возможно, это влияние вашей страны. Местная магия вытесняет пришлую, а что?
— И изумруды носят все в лагере? И Риган тоже?
— Почему вы спрашиваете? Вы хотите сказать, что…
— Нет, пока что я, как и Урфин, ничего не хочу сказать, — прервала Стелла. — Просто даю наметки к новой теории.
— Но нам же нужен эксперимент! — вскинулся Лон-Гор и тут же сник: единственный, над кем его можно было провести, спал в карантинной палате под ударной дозой снотворного. — Изумруд у арзака и у менвита, изумруд только у кого-то одного по очереди, оба без изумруда. Я бы ещё предложил дважды слепой метод с одинаковыми… ёмкостями, куда можно положить изумруд и обычный камушек — под номерами, чтобы только потом выяснить, какой результат чему соответствует…
Стелла слушала его очень внимательно.
— Науку я отдаю на откуп вам, — сказала она, — и оставляю за собой магию. Почти всю.
— Энни же говорила присматриваться к камушкам! — вспомнил Лон-Гор. — А я не понял.
Засмеявшись, Стелла закрыла лицо рукой.
— Она имела в виду вовсе не это, а гномов.
— Кого?
— Совещание на высшем уровне? — сверкнул глазами Урфин Джюс. На его плече нахохлился неизменный филин. — Доктор, я стесняюсь сказать, но к вам… дама! Она ждёт в вашей комнате.
Лон-Гор вскочил и потом уже проклял себя за очевидную поспешность.
— Спасибо, — сказал он и покинул кухню.
— Я же говорил! Ты проспорил! — услышал он голос Кау-Рука, когда проходил мимо окна. — Придётся тебе петь!
Прежде чем толкнуть дверь, Лон-Гор помедлил, хотя это была его собственная комната. Впрочем, теперь её было трудно узнать. Кровать окружал розовый полог, стеллаж скрывала лёгкая ткань, а вместо обычного света её озаряли зависшие под потолком шарики, которые едва заметно колыхались.
Фея Стелла сидела в кресле с книгой, и один из шариков покачивался над её левым плечом. При появлении Лон-Гора она встала, отложив книгу, и он узнал «Общую физиологию». Языковой барьер, конечно, не был фее помехой и здесь.
Заперев дверь, Лон-Гор поклонился и приветствовал Стеллу.
— Мой визит неофициальный, — сказала фея, ответив на приветствие. — Официальные извинения — свои и Марранов — я пришлю чуть позже.
— Извинения? — переспросил Лон-Гор.
— Марраны — не мои подданные, — пояснила Стелла. — Но между ними и Розовой страной существуют укрепившиеся торговые и дипломатические отношения, и я довольно близко знаю князя Торма и княгиню Юму. Но то, что произошло сегодня…
— Они защищались, так? — догадался Лон-Гор. — Ведь все в стране знают, что летающие машины принадлежат врагам, а Ригана они не видели и не догадались, потому и напали, верно?
— Скорее всего, так, — ответила Стелла. — Завтра утром я намерена отправиться с визитом в долину Марранов и всё выяснить. Они, наверное, погорячились и, зная о завоевателях… А что им ещё оставалось делать? У них уже был один бог и король, и они не хотят больше бездумно повиноваться кому бы то ни было. — Она усмехнулась. — Вы даже знаете этого бога.
— О, — только и сказал потрясённый Лон-Гор. Оказывается, одним завоеванием дело не ограничилось, было и другое. — Однако почему сейчас вы предпочли неофициальный визит? Если вы чего-то опасаетесь, то в наших силах…
— Ну, я не хотела лишать работоспособности весь лагерь, — лукаво улыбнулась Стелла.
— О, — повторил Лон-Гор. Она была права и не преувеличивала силу своей красоты.
— Поэтому явилась тайно — узнать о самочувствии тех двоих, — добавила Стелла, наконец садясь обратно в кресло.
— С Риганом всё в относительном порядке, он просто потрясён, а вот Ар-Лой контужен, и ему предстоит долго лечиться, а последствия его ранения предугадать сложно, — доложил Лон-Гор, подвинув себе стул. Разговор, скорее всего, обещал быть долгим.
Стелла досадливо поморщилась и покачала головой.
— Я передам это князю и княгине. Возможно, они чем-то смогут загладить свою вину.
— Простите, но… — начал Лон-Гор. — Но разве перед врагами извиняются, что причинили им…
— В этой стране возможно всё, — ответила Стелла, быстро взмахнув волшебной палочкой, которую до этого вертела в пальцах. — И потом, я бы не сказала, что вы всё ещё враги.
— А кто?
— Вы — люди, которым нужна помощь.
— Вот как? — удивился Лон-Гор. — Что, все триста восемьдесят?
— Лично я исключений делать не намерена, — ответила Стелла. — Мы с вами очень вовремя догадались, что в беду попали все. А вы намерены?
— Нет… Но некоторым из нас, наверное, очень трудно будет помочь.
— Тем, кто мучил арзаков сознательно? — догадалась фея. — Я сочувствую и тем, и другим, и мне страшно представить ту пустоту, что засела в душах мучителей. Но всё поправимо, кроме смерти… Вы носите с собой изумруд?
Вопрос был несколько неожиданным, но Лон-Гор коснулся нагрудного кармана, чтобы проверить, не потерял ли камушек.
— Да, ношу.
— А что вы думаете о том, что гипноз перестал действовать?
— Возможно, это влияние вашей страны. Местная магия вытесняет пришлую, а что?
— И изумруды носят все в лагере? И Риган тоже?
— Почему вы спрашиваете? Вы хотите сказать, что…
— Нет, пока что я, как и Урфин, ничего не хочу сказать, — прервала Стелла. — Просто даю наметки к новой теории.
— Но нам же нужен эксперимент! — вскинулся Лон-Гор и тут же сник: единственный, над кем его можно было провести, спал в карантинной палате под ударной дозой снотворного. — Изумруд у арзака и у менвита, изумруд только у кого-то одного по очереди, оба без изумруда. Я бы ещё предложил дважды слепой метод с одинаковыми… ёмкостями, куда можно положить изумруд и обычный камушек — под номерами, чтобы только потом выяснить, какой результат чему соответствует…
Стелла слушала его очень внимательно.
— Науку я отдаю на откуп вам, — сказала она, — и оставляю за собой магию. Почти всю.
— Энни же говорила присматриваться к камушкам! — вспомнил Лон-Гор. — А я не понял.
Засмеявшись, Стелла закрыла лицо рукой.
— Она имела в виду вовсе не это, а гномов.
— Кого?
Страница 29 из 32
