Северное отчаяние

Сделав несколько кругов над вершиной скалы и убедившись, что ее восточный отвесный склон, как нельзя лучше подходивший для обустройства замаскированного входа в тайный подземный комплекс, попал в объектив его камеры как минимум трижды, Чип лег на обратный курс. Снаружи этот островок ничем не отличался от десятков прочих, разбросанных по Северному морю. Никаких следов пребывания Дезире и ее банды, никаких интересных объектов. Умело маскируются? Хорошо, если так. Хуже будет, если они закончили все свои дела здесь и убрались восвояси. Или уже приступили к выполнению своего плана. Чип предпочел бы атаковать сейчас, не дожидаясь темноты, но Шельм был непреклонен: до заката никаких активных действий! Нет, в темноте проникать на охраняемый объект всегда сподручнее, никто не спорит, но если они опоздают? Или уже опоздали? Хотя нет, вряд ли. Если Дезире готовит что-то настолько масштабное, что ей понадобился чип корабельной идентификационной системы и не помешали бы атомные бомбы, об этом моментально сообщат все средства массовой информации. Пока никаких экстраординарных происшествий зафиксировано не было. Это обнадеживает. Кроме того, она тоже может ждать темноты. Перепрограммированный КИС-чип может обмануть электронику, но не спрячет судно от людей с биноклями. Но если дело происходит ночью, когда распознавание затруднено… да, это логично. Он бы поступил именно так. Но вот беда: все эти рассуждения хоть чего-то стоят, только если Дезире и Фин рассуждают аналогичным образом. А если нет? Страшно даже представить, что будет…

— Глория, прием! Слышно меня?

— Слышно, Чарли! Почти отчетливо!

— Я возвращаюсь. Лечу строго на восток от острова. Скорость примерно сорок миль в час, ветер встречный. Ожидаемое время прибытия в зону посадки: двадцать минут. Встречайте.

— Без проблем, встретим! Держись там!

— Держусь тут, — ответил Чип и на всякий случай проверил все крепления, часы и компас. Вот что ее заставляет в самые ответственные моменты говорить эту фразу? Раньше, допустим, она, как техник и изобретатель, была рациональна и несуеверна, и во все эти сглазы не верила. Но после «Боинга»-то можно свои привычки пересмотреть? Так, ладно, без паники, всё под контролем. Скорость известна, направление известно, ориентир — оставшийся точно позади остров — имеется. Враги не нападают, радиосвязь восстановилась. Что, спрашивается, еще нужно для комфортного и безопасного перелета из точки А в точку Б? Расслабься и лети!

На исходе двадцать пятой минуты полета расслабляться больше не получалось никак. Остров Дезире виднелся еле-еле, грозя с минуты на минуту пропасть из виду и оставить Чипа вообще без ориентиров, а никаких признаков присутствия в данном квадрате Кати не наблюдалось. Как это понимать? Он еще не долетел? Уже перелетел? Отклонился куда-то в сторону? Ветер оставался встречным, но это не значило, что его не могло снести вбок. И то, что вначале было едва заметным глазу отклонением от курса, через полчаса полета превращается в десяток, а то и больше, морских миль между тобой и пунктом назначения…

— Глория, прием! Катя отплыла?

— Да, давно! А ты ее не видишь?

— Видел бы, не спрашивал. Связь с ней есть?

— Должна быть. На ней Микки поплыл, у него есть рация. Микки, прием? Вы меня слышите?

— Слышу, солнце, — зазвучал в эфире голос Шельма. — Чарли, ты что, потерялся?

— Просто испытываю некоторые сложности с определением своего местоположения относительно вас с Катей, — обтекаемо выразился Чип.

— Понятно. Высота какая?

— Полторы тысячи где-то.

— Ага, значит, это не ты.

— Думаете? — Чип завертел головой, но кроме волн, ничего не увидел. — Да, похоже, не я.

— Солнечный зайчик видишь?

Чип снова обозрел окрестности.

— Нет.

— Значит, будем пробовать ракетой.

Чип, хоть и понимал о чём речь, невольно вздрогнул. В устах Шельма даже сказанная совершенно будничным тоном фраза приобретала зловещий оттенок. Должно быть, оттого, что даже зловещие фразы лемминг произносил равнодушно и как бы между прочим. Вроде и желания произвести эффект нету, а он, эффект, всё равно есть…

— Ракету видишь?

Бурундук лихорадочно замотал головой.

— Нет! Не вижу!

— Это хорошо, потому что я ее еще не запускал. А вот сейчас запускаю. Видишь?

— Вижу, — сказал Чип, даже не пытаясь скрыть раздражение. Что за глупые шутки в такой ответственный момент? Как-то не похоже на Шельма. Не иначе, от Дейла заразился. Ладно, черт с ним. Надо поворачивать, пока шлейф сигнальной ракеты не рассеялся. Благо, лететь недалеко, пару миль максимум. Отменная точность для грызуна-любителя, оснащенного лишь часами и компасом.

— Видим тебя, готовим полосу, — сообщил Шельм. Чип уже тоже видел среди волн черный плавник и широкую гладкую спину, которая развернулась вдоль его курса и медленно двинулась вперед, давая бурундуку время на постепенный сброс скорости и плавное снижение. Когда же бурундук был совсем близко, Катя высунула из воды хвост, удлинив тем самым полосу и обеспечив по-настоящему мягкую посадку.