Severus' Dreams

Северус посмотрел на нее сквозь прищур. Имена даровали огромную власть, из-за чего Темный лорд и приложил столько сил, чтобы сделать свое имя непроизносимым.

— Северус Тобиас Снейп, — пересилил он себя.

— Прошу прощения? — на ее лице появилось слегка озадаченное выражение.

— Это мое имя, — сухо уведомил он ее. — И, насколько я могу судить, я мертв вот уже почти двадцать пять лет.

Она оторопело моргнула.

— Тот самый Северус Снейп? — спросил она.

— Если вы имеете в виду Северуса Снейпа, бывшего зельеваром, а позже директором Хогвартса, то да, — неохотно признал он.

— О, — она сделал еще один глоток кофе. Она использовала свою чашку как предлог потянуть время. Она посмотрела ему прямо в глаза, и, когда ее заклинание вновь коснулось его мысленных барьеров, он впустил ее. Он чувствовал, как она роется внутри, перебирая образы из его жизни. С отточенной легкостью она отыскала самое острое и болезненное воспоминание. Его поднятая палочка, вспышка зеленого света, падающее тело. Раз уж она так хотела узнать, почему он был проклят, то почему бы и не показать ей.

— Ого, — охнула она, отстраняясь. — Что это было? — она смотрела на него большими испуганными глазами. Он видел, как сжалась ее рука вокруг волшебной палочки.

Он снова подскочил, не зная иного способа справиться с волнением. Его сбивало с толку то, что он был столь невысоким, что его шаги были столь маленькими, что одет он был в магловскую одежду, которая не взлетала и не кружилась вслед за его движениям, не скрывала его.

— Это было… — он умолк, потому что тело, в котором он обитал, гораздо легче было довести до слез, чем его собственное, а он не желал рыдать на глазах у незнакомого человека. Он двигался по комнате, измеряя пол ровными шагами.

— Слишком трудно говорить об этом прямо сейчас? — мягко спросила целительница, возвращая на место свою маску безмятежности. Эта женщина давно привыкла контролировать собственные эмоции перед лицом чужих травм.

При жизни Северус не видел толка в целителях разума. Большинство из них были мелкими ничтожными снобами, тратившими слишком много времени на разговоры о чужих семейных проблемах. Он всегда считал, что большинство из них лишилось бы чувств, едва заслышав его рассказ о днях, проведенных в рабстве у Темного лорда. Но эта ведьма явно была покрепче них.

— Да, — буркнул он. — Возвращаясь к насущной проблеме… Теперь, когда вы знаете мое имя, вы можете отделить меня от ребенка?

— Не уверена, что у меня это получится, — сказала Фиби спустя минуту.

— Что ж, наверняка в Аврорате найдется кто-нибудь, способный на это, — сердито огрызнулся Северус.

— Возможно… — неуверенно отозвалась она. — Но позвольте задавать вам вопрос: что последнее вы помните перед тем, как очнулись здесь?

Северус остановился и закрыл глаза.

— Поппи… она дала мне одно зелье. — Он замолчал, продолжив уже полным боли шепотом: — Полагаю, именно оно меня и убило.

— Когда это было?

В канун Рождества. В тысяча девятьсот девяносто седьмом.

— Знаете, мне известно, что где-то здесь есть экземпляр биографии, написанной Невиллом. Вы ее читали?

Он покачал головой. Она лежала в комнате Тима, но после первой попытке прочесть ее его храбрость оставила его.

— Позвольте мне задать вам еще один вопрос. Тим говорил о вас с тех самых пор, как я впервые с ним познакомилась. Где вы были все это время?

— Он ошибается, — ответил Северус. — Я очнулся в этом теле, когда ребенок ударился головой. Скорее всего, я был привязан к моей чертовой палочке.

— Кто же это сделал?

Так и не открыв глаз, Северус ответил:

— Темный лорд, очевидно.

— Нет. Я так не думаю, — прямо сказала Фиби. — Видите ли, мне известно, что Северус Снейп умер в мае 1998 года. И к тому времени Волдеморт был уже не в том состоянии, чтобы кого-то к чему-то привязывать.

Северус резко открыл глаза.

— Тогда как вы объясните мое присутствие здесь? — прорычал он.

— Ну… я почему-то думаю, что вы часть его, — Фиби внимательно наблюдала за выражением его лица, чтобы проследить его реакцию.

— Не говорите глупостей, — сказал ей низким голосом. — Я явно не одиннадцатилетний мальчик.

— Нет, — спокойно согласилась она, — но вы и не потерянный дух. В этом теле обитает только одна душа.

— Возможно, в таком случае кто-то поопытнее должен применить диагностическое заклинание, — ледяным тоном заявил ей Северус.

— Прости, милый, Мамау умерла пару лет назад, а заклинательницы лучше нее я не встречала. Если у нас с Гарри ничего не вышло, то помочь могла только она. В этом теле обитает единственная душа, которая была здесь всегда.

Чудесно, они все были некомпетентны.

Фиби разглядела его явное недоверие.

— Думаю, сейчас мы перейдем к более философским темам, — на ее лице появилась слегка грустная улыбка, хотя костяшки ее пальцев по-прежнему были белыми из-за того, с какой силой они сжимала свою палочку. — Равнозначен ли разум человека его душе?

Северус вспомнил разговор, который состоялся у них с Дамблдором перед тем, как старик умер.

— Разум? — переспросил он. — Кажется, мы говорили о душах.