Severus' Dreams

— Да. Правда. Ну, точнее мне начал сниться кошмар. Он всегда одинаковый. Тем летом он снился мне по несколько раз за неделю. Да и порой еще бывает. После него я всегда просыпаюсь в холодном поту.

— И о чем он?

Джеймс помедлил.

— Ты подумаешь, что это глупо.

— Конечно же, нет, — заверил его Гарри. — Мне и самому, знаешь ли, снится много плохих снов, — он осторожно старался держаться спиной к мальчику… хотя, скорее, уже к юноше, напомнил он самому себе.

— Да, ну, наверное, у тебя на то хватает причин, — пробормотал Джеймс тем голосом, которым говорил всегда, когда сомневался, что в его словах была хоть какая-то мудрость. Он вздохнул поглубже и продолжил: — Ну, начинается все довольно неплохо. Во сне я всегда гораздо старше и присматриваю за маленьким ребенком. Обычно рядом всегда Лили, но порой это мама. Внезапно я понимаю, что сейчас случится что-то ужасное. Я говорю Лили, чтобы она забирала ребенка… Порой ты тоже в этом сне, но я знаю, что с тобой что-то не так… словно ты ранен или болен и не можешь помочь. А затем кто-то входит в дверь. Ну, они ее взрывают, и комнату заполняет дым. Я не вижу, кто это, знаю только, что это не совсем люди, понимаешь?

Гарри перевернул яичницу и украдкой оглянулся через плечо. Джеймс взволновано постукивал волшебной палочкой по столу, полностью сосредоточившись на своем рассказе.

— Я понимаю, что моя волшебная палочка осталась в соседней комнате. И у меня из головы не идет мысль, что один из моих друзей продал меня и что я сейчас умру. Я все говорю Лили, чтобы она аппарировала, но кто-то наложил на дом чары, и у нее ничего не получается, — он снова замолчал.

Волосы на затылке у Гарри встали дыбом.

— Это все? — спросил он.

— Последнее, что я вижу во сне, это яркая вспышка зеленого света, которая меня убивает, — закончил Джеймс. Его голос прозвучал глухо.

Завтрак был готов. Гарри разложил его в две тарелки и принес их на стол. Несколько минут они молча ели, пока Джеймс не заговорил снова.

— А в нашей семье были провидцы? Ну, то есть с твоей стороны? Мама говорит, что в ее семье не было.

Гарри медленно покачал головой, думая, как странно было то, что он и сам только что задавался тем же вопросом по поводу Тима.

— А что?

— Я… этот сон всегда кажется мне таким реальным. Я все боюсь, что это какое-то видение, — Джеймс обхватил себя руками, словно ему было холодно. Он отвернулся.

— Сомневаюсь, — тихо ответил Гарри. — Когда он снился тебе в последний раз?

Молодой аврор тихо фыркнул, все еще не смотря на него.

— Этой ночью. Только в этот раз там был Тим. Он был старше, как я сейчас, но я знал, что это он. Он встал между мной и нападающими. Его убили вместо меня. Я проснулся в панике, а затем появился Кричер. Я обрадовался, а то иначе бы я, наверное, поднял бы на уши все защитные чары дома, пытаясь удостовериться, все ли с ним в порядке. Кричер сказал, что я смогу зайти через каминную сеть.

— Защитные чары на доме? — недоуменно переспросил Гарри. — Не глупи, мы бы не стали менять защиту.

Время от времени Гарри замечал, что Джеймс был похож на Рона. Это был один из тех случаев, поскольку его кожа раскраснелась от злости.

— Ты сам так сказал.

Гарри смутно вспомнил, что где-то в процессе их перепалки в Мунго Джеймс заявил, что порой желал, чтобы Гарри не был его отцом. Гарри же прокричал в ответ, что в таком случае им стоило изменить чары на доме и плюнуть на него.

Гарри расстроенно прижал руки к лицу. Едва ли это можно было назвать блестящим примером родительского воспитания с его стороны, но сложно было оставаться хорошим отцом, когда ребенок был на добрых шесть дюймов выше тебя.

— Джеймс, — сказал он сквозь прижатые к лицу руки. — Прости. Я не должен был этого говорить. — Он опустил руки и посмотрел на сына. — Я даже представить не могу, что сделаю нечто подобное. Никогда. Да и можешь ли ты представить, чтобы твоя мать мне это позволила? Я просто… Мерлин… Просто я так испугался. Когда мы получили ту сову из Мунго…

— Со мной все было в порядке. Эта была лишь царапина на голове. Ты же знаешь, как сильно они кровоточат.

— Дело не в этом, — резко оборвал его Гарри, но затем сделал глубокий вдох. Ничего хорошего не получится, если они снова примутся кричать друг на друга. — Послушай, — тихо сказал он. — Я бы не вынес, если бы с тобой что-то случилось.

— Папа. Я знаю, что ты не хотел, чтобы я становился аврором, — тихо сказал Джеймс. — Я знаю, ты считаешь, что я недостаточно хорош и что несерьезно отношусь к тренировкам, но Рос говорит…

Эта мысль никогда не приходила Гарри в голову. Могло ли так быть, что Джеймс считал, что причиной переживаний Гарри была его неуверенность в способностях сына? Он бросился прояснить это недопонимание.

— Нет… все совсем не так. Джеймс, Рос говорит… ну, да все говорят, что ты просто невероятен в… ну… во всем.

— Но ты сам этого не знаешь, так? — усмехнулся Джеймс. Гарри никогда и ни при каких условиях не соглашался смотреть, как Джеймс сражается на дуэли.