Северус

Шатание по снежному лесу не прошло для друзей даром. Мальсибер сильно простудился и заработал воспаление легких. Пневмонию вылечили быстро, но стало очевидно, что именно Ворона организаторы Турнира выберут в качестве друга, которого Люпину по заданию нужно будет «спасать». Вряд ли кто-то станет рисковать здоровьем студента, недавно перенесшего довольно тяжелое заболевание, ведь выбираться из леса и участнику и его другу придется на своих двоих.

— Ремус, — Ворон ткнул пальцем в холм, видневшийся за голыми деревьями. — Вот это — старый курган. Я не знаю, кто в нем похоронен, не нашел об этом никаких сведений. А так как сведений нет, то очевидно, что его не вскрывали. Дай мне полчаса, пожалуйста. Я только гляну и попробую определить, где находится вход, да прощупаю, есть ли там защита.

— Не знаю, Сев, — Люпин покачал головой. — Почему именно сейчас?

— Потому что такой шанс может больше не подвернуться. Я не собираюсь лезть внутрь, я только посмотрю. Может быть, найду дополнительные сведения, по которым можно будет еще что-нибудь поискать в библиотеке.

— Это глупая авантюра, Сев.

— Я знаю, что авантюра, но далеко не глупая. Нам до конца обучения нужно будет как-то заявить о себе, и вскрытый курган будет самым громким заявлением из всех возможных.

— А как же наши исследования? Модификации? Ты не собираешься публиковать результаты?

— Рем, для меня важен процесс. В конце концов, у нас есть команда умниц, которые вполне смогут довести все эксперименты до логического конца. Там же в основном бумажная работа осталась. Ну, Рем, время идет, и твои соперники уже что-нибудь могли найти. У нас всего четыре года для проработки всех нюансов. Ты думаешь, это много?

— Нет, я так не думаю, — Ремус покачал головой, но Ворон заметил в его глазах, частично преобразованных и отливающих желтизной, искру азарта. — Ладно, пойдем. Но только быстро. Посмотрим и назад.

— Ну конечно, — быстро заверил его Ворон. — Нужно будет хорошенько подготовиться, прежде чем мы начнем его вскрывать.

Люпин встряхнулся и сорвал с головы шапку. Ворон с восторгом увидел, как вытянулись и заострились уши на голове оборотня. Ремус втянул носом морозный воздух и кивнул.

— Вокруг на милю нет никого живого, — наконец сообщил он.

— Ты просто не представляешь, как я благодарю тот день, когда на тебя наткнулся, — пробормотал Ворон.

— Что? — Люпин обернулся к другу.

— Я рад, что мы стали друзьями, — торжественно повторил Ворон.

— Я тоже, Сев, — Люпин улыбнулся и решительно направился к холму.

— Что у тебя с Пандорой? — Ворон поравнялся с оборотнем.

— Ничего. Она меня избегает, а я все не решаюсь подойти к ней и признаться, что я не совсем человек.

— Хочешь, я с ней поговорю?

— Нет, не нужно, я сам, — Люпин посмотрел на Ворона с признательностью. — Но я не буду возражать, если ты будешь присутствовать, красноречивый ты мой. Кстати, теперь понятно, где ты пропадал, а то мы с Реем уже гадали, беспокоиться нам или пока не нужно.

Парни синхронно усмехнулись, и тут Люпин замер. Ворон сразу же остановился.

— Что случилось?

— Ты не замечаешь ничего странного?

— Нет, а что?

— Снег. Снег под нами не проваливается. Мы идем как по каменной мостовой, разве так может быть в лесу?

— Нет, — Ворон настороженно осмотрелся. — Ремус, мы уже минут пять идем и почти не отошли от поляны. Что-то здесь явно не так.

Он присел на корточки и начал разгребать снег перед собой. Очень скоро он наткнулся на твердую поверхность. Стукнув по ней кулаком, валет кивком пригласил Ремуса присоединиться к нему.

Оборотень сел рядом с Вороном и смел снег с поверхности, которую тот уже очистил. Валет сидел рядом и дул на замерзшие руки.

— Смотри, — Ремус очистил достаточно, чтобы попытаться разобраться, с чем они имеют дело. — Похоже, здесь что-то вроде ручья. Сейчас зима, и он просто замерз.

— Странный какой-то ручей, — Ворон огляделся. — Такое чувство, что он огибает холм. А это что такое? — он провел пальцем по льду. Под воздействием тепла его руки на гладкой поверхности стали проступать символы.

— Они повторяются. Смотри, — Ремус выделил пять символов, которые многократно повторялись по всей замерзшей глади.

— Поэтому лед не скользкий, — Ворон судорожно вытаскивал из кармана мантии заранее положенный карандаш и кусок пергамента. — Иначе мы бы сразу покатились. — Он принялся быстро переносить символы на пергамент.

— Зато понятно, почему курган не вскрыт, — Ремус поднялся и принялся отряхивать снег с одежды. — Никто не мог пересечь эту преграду, а вернуться сюда зимой ни у кого ума не хватило.

— Я же говорил, что сейчас самое удачное время, как чувствовал, — Ворон спрятал пергамент в карман. — Ну что, побежали к твоей победе во втором туре?

Они уже выбрались обратно на полянку, когда Ремус насторожился.

— Мерлин! — простонал он. — Болгарин. Он уже был здесь, и теперь они нас минут на пятнадцать опережают.

— Да, неловко получилось, — Ворон виновато посмотрел на друга. — А если где-нибудь срезать? Ты сможешь найти обходной путь?