Мы шли вдоль дороги, когда увидели его. Я сразу понял, что перед нами шаман: грязные драные джинсы на босу ногу, линялая футболка с Эльвисом, чёрные ногти, патлы и круги под глазами, — такими же чёрными и мутно-матовыми, — ошибиться было невозможно: шаман так и пёр из него всего…
36 мин, 55 сек 4833
И вновь лицо шамана исказила гримаса. Но на сей раз была то гримаса боли, нестерпимой боли, словно язык пламени прожёг его до кости. Он вскинул обе руки и простёр их в мою сторону. Но пальцы его были скрючены, а чёрные ногти обращены в глубь ладоней, к самому себе. Судорога сотрясла всё его тело, он зашатался и на какой-то миг показалось, что он рухнет в пыль. Но он просто застыл, пустой и понуренный, длинные руки его, как плети, свисали вдоль тела, взгляд потух.
Мне стало жалко его.
— Ладно, — сказал я, — вот тебе, лови, — и сделал движение двумя пальцами, словно подбрасывая монетку в воздух. Никакой монетки в моих руках не было, я слал ему энергию, идею монетки, её прообраз в пространстве. Найдись у него достаточно сил, он, при желании, смог бы преобразовать эту энергию в настоящую, полновесную монетку.
Шаман зыркнул на меня глазом — злобно и униженно, — но взмахнул рукой и ловко поймал её, невидимую.
— Пойди, купи себе горячую собаку, — сказал я ему на прощанье и указал кивком в сторону заправочной станции, где огнями мигала придорожная закусочная.
Мне стало жалко его.
— Ладно, — сказал я, — вот тебе, лови, — и сделал движение двумя пальцами, словно подбрасывая монетку в воздух. Никакой монетки в моих руках не было, я слал ему энергию, идею монетки, её прообраз в пространстве. Найдись у него достаточно сил, он, при желании, смог бы преобразовать эту энергию в настоящую, полновесную монетку.
Шаман зыркнул на меня глазом — злобно и униженно, — но взмахнул рукой и ловко поймал её, невидимую.
— Пойди, купи себе горячую собаку, — сказал я ему на прощанье и указал кивком в сторону заправочной станции, где огнями мигала придорожная закусочная.
Страница 11 из 11
