— Тише, ветер, нечего так страшно выть в оконных рамах. Не видишь, баба Оля спит. Спит со вчерашнего дня, и легла зачем-то прямо на холодный пол. Неужто так устала, что до постели дойти не смогла, глаза не закрыла. В моём блюдце высохли последние остатки молока, а ты всё лежишь, не шелохнёшься. Приглажу твои растрепавшиеся волосы, может быть тогда, ты вспомнишь Шушу? И откуда в нашем доме появился этот ужасный запах? Надо же, не шевелится всё равно. Баб! Оль! Вставай, я скучаю.
17 мин, 10 сек 11756
Вот, перестала храпеть, как трактор. Ручонками машет. Ай да молодцы! Сплошь Вальку шевелящимся одеялом укутали. Отбивается. Не проснулась ишо? Ты глазёнки-то протри. Гляди, гостей сколько. О, узрела! Верещит, гнусным своим голосёнкой. Ага, правильно, на кухню побежала, за дихлофосом. Выстучу ка я тебе, милая, крышкой по пустой кастрюле похоронный марш. О, застыла, дихлофос выронила. Чего так смотришь на кастрюлю? Ну, гляди, гляди, авось чего и высмотришь. А я пока тебя от этих мерзких рыжих тварей обработаю, как баба Оля делала. Крышку — чпок, и на беленький пенёчек нажимай, только чёрную точечку на нём в Валькины тапки направить надо. А теперь выше, до жирных коленок. Чего скачешь, как стрекоза? Напугал тебя Шуша?
А-а-а, в прихожую кинулась, пальто в охапку. Крестишься, чурбан зелёный? Таким, как ты крестное знамение только во вред. Чур меня? Ладно. Дверью подтолкнем, и пальтишко прикроем в щели. Вот намаешься, чтобы выпростать. Шуша крепко держит. Отпускаю. Не ожидала? Бух прямо на порог, карабкается. Беги, беги, милая.
Несколько дней скучаю, не с кем слова молвить. Только ветер воет в окнах всё сильнее.
Это же надо так быстро от Вальки избавился, что теперь и поиграть то не с кем.
Не тут-то было. Мне послышалось, или в дверном замке поворачивается ключ? Точно, открылась. Чемодан?! Вот ведь неугомонная Валька, неужто мало досталось тебе от Шуши? Ну, держись! Ой! Да это ж не она.
Гляди, лицо белое, чистое. Коса русая до пояса и светится, что солнышко. Явно не из Валькиной породы девица. Вон, как на пороге мнётся. Ладно, поглядим. Заходи, коли не шутишь.
Девушка отнесла в спальню чемодан и спортивный рюкзак с вещами. Продукты из супермаркета положила в холодильник и заварила чай. Уж больно замёрзла с дороги.
Мама не хотела отпускать её в большой город. Но Ольга всегда была упрямицей, успешно сдала экзамены в медицинское училище, сама, без всякой посторонней помощи, комнату получила в общежитии у чёрта на куличках, два часа на метро и автобусах добираться. Потом устроилась подрабатывать в больнице санитаркой и однажды разговорилась за завтраком с одной из медсестёр, посетовала, что далеко живет, а квартиру снимать дорого. Та понимающе покивала головой, но том и разошлись. А вчера эта самая медсестра её разыскала. Сказала, что у одной её знакомой мать умерла скоропостижно, квартира пустует. В центре города и совсем рядом с училищем и больницей. Хозяйка жилплощадь сдавать хочет, за совершенно смешные деньги, лишь бы кто-то жил. А Ольга, как услышала цену, согласилась немедля, у неё на переезды по городу больше денег уходило. И после работы помчалась к Валентине Ивановне, заплатила за месяц вперёд. Хозяйка предупредила, что в квартире не убрано, не пугалась чтобы, и вручила Ольге ключи. Всё улещивала, какая Оля милая и приятная. Простодушная Ольга на комплименты внимания не обратила, поблагодарила хозяйку. Назавтра, с самого утра, собрав свои немногочисленные пожитки, занялась переездом в новое жилище.
А-а-а, в прихожую кинулась, пальто в охапку. Крестишься, чурбан зелёный? Таким, как ты крестное знамение только во вред. Чур меня? Ладно. Дверью подтолкнем, и пальтишко прикроем в щели. Вот намаешься, чтобы выпростать. Шуша крепко держит. Отпускаю. Не ожидала? Бух прямо на порог, карабкается. Беги, беги, милая.
Несколько дней скучаю, не с кем слова молвить. Только ветер воет в окнах всё сильнее.
Это же надо так быстро от Вальки избавился, что теперь и поиграть то не с кем.
Не тут-то было. Мне послышалось, или в дверном замке поворачивается ключ? Точно, открылась. Чемодан?! Вот ведь неугомонная Валька, неужто мало досталось тебе от Шуши? Ну, держись! Ой! Да это ж не она.
Гляди, лицо белое, чистое. Коса русая до пояса и светится, что солнышко. Явно не из Валькиной породы девица. Вон, как на пороге мнётся. Ладно, поглядим. Заходи, коли не шутишь.
Девушка отнесла в спальню чемодан и спортивный рюкзак с вещами. Продукты из супермаркета положила в холодильник и заварила чай. Уж больно замёрзла с дороги.
Мама не хотела отпускать её в большой город. Но Ольга всегда была упрямицей, успешно сдала экзамены в медицинское училище, сама, без всякой посторонней помощи, комнату получила в общежитии у чёрта на куличках, два часа на метро и автобусах добираться. Потом устроилась подрабатывать в больнице санитаркой и однажды разговорилась за завтраком с одной из медсестёр, посетовала, что далеко живет, а квартиру снимать дорого. Та понимающе покивала головой, но том и разошлись. А вчера эта самая медсестра её разыскала. Сказала, что у одной её знакомой мать умерла скоропостижно, квартира пустует. В центре города и совсем рядом с училищем и больницей. Хозяйка жилплощадь сдавать хочет, за совершенно смешные деньги, лишь бы кто-то жил. А Ольга, как услышала цену, согласилась немедля, у неё на переезды по городу больше денег уходило. И после работы помчалась к Валентине Ивановне, заплатила за месяц вперёд. Хозяйка предупредила, что в квартире не убрано, не пугалась чтобы, и вручила Ольге ключи. Всё улещивала, какая Оля милая и приятная. Простодушная Ольга на комплименты внимания не обратила, поблагодарила хозяйку. Назавтра, с самого утра, собрав свои немногочисленные пожитки, занялась переездом в новое жилище.
История ждёт вашей реакции
Дочитайте историю до конца, чтобы оставить реакцию
Страница 2 из 6
