Шелест

Вдруг шелест затих, и я услышал, как что-то тихо скребется по решетке вентиляции. А затем снова тишина… Дальше я почти ничего не помню — только как сидел, вцепившись в ручку, плакал без слез и повторял про себя: «Перестань! Перестань! Пожалуйста, перестань!». Я впал в какое-то полубредовое состояние, упершись лбом в шершавую поверхность двери, вдыхая аромат свежескошенной травы и слушая тишину. В какой-то момент мне стало просто все равно, я хотел умереть, лишь бы кошмар закончился. Умереть… Но не так, только не так. Я не знал, что находится за дверью, но я не хотел умереть в лапах существа, которое заставило моего пса ТАК кричать.

Я не знаю, сколько прошло времени, пока я не понял, что ручка больше не дергается под моими онемевшими пальцами. Я не знаю, сколько времени уговаривал себя открыть чертову дверь. Меня мучили голод и жажда, но страх был сильнее.

Наконец, вздохнув, как в последний раз, я отпер дверь. Никого. На подкашивающихся ногах я прошел по квартире; в ней ничего не напоминало о ночном ужасе. Мой пес бесследно исчез, и только под дверью ванной я позже обнаружил несколько забившихся туда стебельков травы, напоминающей стрелолист.

На этом моя история заканчивается. Не буду утомлять вас рассказами, как я пытался прийти в себя, как проходил курсы лечения от клаустрофобии и паранойи. Это неважно.

С тех пор панически боюсь закрытых пространств и земли, поросшей травой. Вскоре я продал квартиру и перебрался в центр города, подальше от лесопарков и сквериков. Но сегодня, когда я шел по грязной, воняющей выхлопными газами улице мегаполиса, мне в ноздри ударил запах свежескошенных лесных трав… «… И видел я, как травы шли на приступ, и бросил им ягненка — и ягненок заплакал на зубах у стрелолиста.»

Взъерошивая перья и скорлупки, внутри повисшей капли кружился прах растерзанной голубки.

И, не меняя цвета, отары туч лениво наблюдали единоборство камня и рассвета«…»