— Мы тож натерпелись, но ты рассказывай первым.
Добавить в моё избранное
1 мин, 41 сек 5112
— Ну в общем, я вагон нашел. А там какой-то…
— Что там? Макс! Мы тебя не слышим!
Последовало шипение, прямо как в типичных фильмах ужасов. Леська предложила не сидеть на месте, а пойти искать Макса. Я решила взять хоть какие-то оборонительные средства. В углу валялась куча хлама, наверное, после пожара все сюда свалили. Мы порылись там и обнаружили довольно увесистые металлические прутья с заостренными концами. Каждая из нас взяла по три штуки. Оценив свои силы, мы спустились с лестницы и открыли дверь. Все осталось на своих местах. Мы не придумав никакого плана сразу же рванули к выходу. По дороге Леська растеряла два «копья». Добежав до двери, мы попытались её открыть, но её кто-то держал снаружи.
— Макс открой! — закричали мы с Олеськой в один голос.
Но, похоже, за дверью был совсем не Макс, мы услышали только хриплый смех. Тогда Леся с размаху вонзила свое единственное «копье» в незнакомца через замочную скважину. С другой стороны двери последовали стоны, завывания, но вскоре они затихли. Я открыла дверь, но никого там не было.
Мы с Леськой обошли здание вокзала и вышли на платформу. Где-то вдалеке Олеся заметила куртку Макся, на самом деле, её сложно было не заметить, ведь она была ярко— зеленого цвета. Мы подбежали к нему, но Макс лежал на земле и не шевелился. Леська проверила пульс.
— Пульс есть, он потерял сознание.
Олеся села рядом с ним и стала плакать. Я тоже присела и решила передохнуть.
Макс пришел в себя. Мы с Леськой были рады.
— Блиииин, мы так рады, что все хорошо, пойдем отсюда, тут какая-то чертовщина творится.
— Нет, мы не можем уйти!
— Почему? Нам нужно отсюда убираться.
— Он нас не отпустит!
— Да о чем ты вообще говоришь? Пойдем!
Макс промолчал и подошел к одному из вагонов. Пока Леська пошла его уговаривать, я решила все сфотографировать. Достала, значит фотик, фоткаю все вокруг, и тут заметила, что какая-то фигура движется к нам. Я её сфоткала и побежала к друзьям. Мы побежали из этого жуткого места. Когда добрались домой было уже часов десять. Макс предложил переночевать у него, все равно завтра воскресенье.
— Что там? Макс! Мы тебя не слышим!
Последовало шипение, прямо как в типичных фильмах ужасов. Леська предложила не сидеть на месте, а пойти искать Макса. Я решила взять хоть какие-то оборонительные средства. В углу валялась куча хлама, наверное, после пожара все сюда свалили. Мы порылись там и обнаружили довольно увесистые металлические прутья с заостренными концами. Каждая из нас взяла по три штуки. Оценив свои силы, мы спустились с лестницы и открыли дверь. Все осталось на своих местах. Мы не придумав никакого плана сразу же рванули к выходу. По дороге Леська растеряла два «копья». Добежав до двери, мы попытались её открыть, но её кто-то держал снаружи.
— Макс открой! — закричали мы с Олеськой в один голос.
Но, похоже, за дверью был совсем не Макс, мы услышали только хриплый смех. Тогда Леся с размаху вонзила свое единственное «копье» в незнакомца через замочную скважину. С другой стороны двери последовали стоны, завывания, но вскоре они затихли. Я открыла дверь, но никого там не было.
Мы с Леськой обошли здание вокзала и вышли на платформу. Где-то вдалеке Олеся заметила куртку Макся, на самом деле, её сложно было не заметить, ведь она была ярко— зеленого цвета. Мы подбежали к нему, но Макс лежал на земле и не шевелился. Леська проверила пульс.
— Пульс есть, он потерял сознание.
Олеся села рядом с ним и стала плакать. Я тоже присела и решила передохнуть.
Макс пришел в себя. Мы с Леськой были рады.
— Блиииин, мы так рады, что все хорошо, пойдем отсюда, тут какая-то чертовщина творится.
— Нет, мы не можем уйти!
— Почему? Нам нужно отсюда убираться.
— Он нас не отпустит!
— Да о чем ты вообще говоришь? Пойдем!
Макс промолчал и подошел к одному из вагонов. Пока Леська пошла его уговаривать, я решила все сфотографировать. Достала, значит фотик, фоткаю все вокруг, и тут заметила, что какая-то фигура движется к нам. Я её сфоткала и побежала к друзьям. Мы побежали из этого жуткого места. Когда добрались домой было уже часов десять. Макс предложил переночевать у него, все равно завтра воскресенье.
