Союз Писателей Марксистской Федерации, Центральный Актовый Зал, встреча творческих работников с Председателем Госнаркокартеля.
32 мин, 13 сек 9134
Да, вообще, с этими Индексаторами все шло как-то не так, как представлялось: вначале, жизнь стала похожей на сказку — можно было подойти к прилавку любого магазина и проиндексировать пенсию ровно настолько, чтобы хватило на весь ассортимент. Потом, чтобы повысить качество жизни престарелых, для всех лиц трудоспособного возраста была введена Сексуальная Повинность — один день в неделю следовало отрабатывать в специальном Гериатрическом Публичном Доме. Ибо каждая рядовая кряхтелка, всю свою молодость и зрелость, днями и ночами не встававшая с унитаза ради процветания родной страны, имела право, хотя бы в старости, на получение всех недополученных ранее удовольствий — иного, не связанного с процессом дефекации, плана. Затем, было решено, что священная обязанность молодых — стать добровольными донорами внутренних органов. Ведь многие члены Стахановского Движения подорвали свои сфинктеры и здоровье в целом, выжимая из себя двадцать одну дневную норму за раз, немыслимо приближая тем самым момент наступления светлого будущего. Конечно же, они имели полное право лечения за счет тех, кто, по идее, должен был пользоваться плодами их титанических усилий! Сторонники господствовавшей геронтократической идеологии выходили на улицу, гордо нацепив на голову ночной горшок, служивший лишним напоминанием об их выдающихся заслугах перед страной.
Правда, неблагодарное молодое поколение (ведь сами, сами вырастили этих оболтусов!) в один прекрасный день всем составом эмигрировало в ЮАР, работать на урановых рудниках, отчего-то решив, что это в любом случае лучше, чем сидеть по уши в национальном богатстве, слушать бесконечные рассказы престарелых пердуновиков калопроизводства о былых трудовых свершениях и удовлетворять похотливых старух в социальных борделях. И, что самое ужасное — это даже невозможно себе представить:
Они заявили, что всю свою жизнь мы тужились совершенно напрасно!
«Вы просто засрали всю страну, и дело с концом», — сказали они на прощание и свалили. Катать тачки с радиоактивной рудой.
Неожиданно автобус заскрежетал, резко дернулся и встал. Водитель нехотя вышел из кабины, осмотрел машину и хмуро сказал: «Сломался коленвал. Срочно нужно колено. Кто первый в очереди на донорство?» Пассажиры дружно показали пальцами на Ивана Петровича — вчера ночью, в темноте, он по недосмотру вместе с миллиончиками напечатал себе удостоверение Заслуженного Потенциального Донора Коленных Чашечек. Иван Петрович закричал и попытался вырваться, но в него вцепились десятки рук, не давая сбежать из автобуса.
Водитель вынул из-за пояса топор и рубанул два раза: чуть повыше и чуть пониже колена. Затем взял коленный сустав Ивана Петровича и полез под автобус. Прошло буквально сорок минут, и автобус весело покатил дальше, вызвав бурю ликования в салоне. Ивана Петровича дружески хлопали по спине, поздравляли, благодарили и даже уступили место. Кто-то, не поскупившись на бумагу, напечатал на собственном Индексаторе грамоту с золотым тиснением: «За неоценимый вклад в развитие общественного транспорта» и торжественно вручил ее Братскому. Несколько милых старушек, игриво стреляя глазками, незаметно сунули Ивану Петровичу в карман свои скомканные носовые платочки, в уголках которых крестиком были вышиты их инициалы и номер телефона. Иван Петрович совершенно не ожидал такого ошеломительного успеха, ведь он всего лишь поступил так, как поступил бы на его месте любой другой сознательный гражданин, в чьем кармане случайно завалялось столь неуместное удостоверение, и у которого не было никакой возможности вырваться и убежать.
Но вдруг, Иван Петрович громко заплакал, ощутив свою полную беспомощность перед лицом коварной судьбы: его принялись утешать, еще не понимая, что же, собственно, так расстроило бедолагу. Ведь не далее как пять минут назад ему уступили сидячее место, и он был доволен как слон — с чего же он теперь разрыдался?
А произошло вот что: случайно взглянув на часы, Иван Петрович понял, что сорок минут, в течение которых нерасторопный водитель ремонтировал автобус, сыграли свою зловещую роль: Президента уже убили.
— Мы должны его спасти! — воскликнули в едином порыве пассажиры, после того, как Иван Петрович поведал им ужасные утренние новости о небывалом урожае лесных ягод в следующем году. — Раз мы не смогли, из-за превратностей судьбы и нерадивости шофера, предупредить Президента — мы должны его оживить. Многие из нас являются Почетными Потенциальными Донорами, и с радостью расстанутся с любым внутренним органом или частью тела, если таковые понадобятся Президенту для исцеления!
Более того, наиболее справедливым мы считаем расчленить водителя автобуса и использовать его внутренние органы, раз уж он виновен в фатальной заминке, стоившей жизни Валокордину Валокординовичу!
Правда, неблагодарное молодое поколение (ведь сами, сами вырастили этих оболтусов!) в один прекрасный день всем составом эмигрировало в ЮАР, работать на урановых рудниках, отчего-то решив, что это в любом случае лучше, чем сидеть по уши в национальном богатстве, слушать бесконечные рассказы престарелых пердуновиков калопроизводства о былых трудовых свершениях и удовлетворять похотливых старух в социальных борделях. И, что самое ужасное — это даже невозможно себе представить:
Они заявили, что всю свою жизнь мы тужились совершенно напрасно!
«Вы просто засрали всю страну, и дело с концом», — сказали они на прощание и свалили. Катать тачки с радиоактивной рудой.
Неожиданно автобус заскрежетал, резко дернулся и встал. Водитель нехотя вышел из кабины, осмотрел машину и хмуро сказал: «Сломался коленвал. Срочно нужно колено. Кто первый в очереди на донорство?» Пассажиры дружно показали пальцами на Ивана Петровича — вчера ночью, в темноте, он по недосмотру вместе с миллиончиками напечатал себе удостоверение Заслуженного Потенциального Донора Коленных Чашечек. Иван Петрович закричал и попытался вырваться, но в него вцепились десятки рук, не давая сбежать из автобуса.
Водитель вынул из-за пояса топор и рубанул два раза: чуть повыше и чуть пониже колена. Затем взял коленный сустав Ивана Петровича и полез под автобус. Прошло буквально сорок минут, и автобус весело покатил дальше, вызвав бурю ликования в салоне. Ивана Петровича дружески хлопали по спине, поздравляли, благодарили и даже уступили место. Кто-то, не поскупившись на бумагу, напечатал на собственном Индексаторе грамоту с золотым тиснением: «За неоценимый вклад в развитие общественного транспорта» и торжественно вручил ее Братскому. Несколько милых старушек, игриво стреляя глазками, незаметно сунули Ивану Петровичу в карман свои скомканные носовые платочки, в уголках которых крестиком были вышиты их инициалы и номер телефона. Иван Петрович совершенно не ожидал такого ошеломительного успеха, ведь он всего лишь поступил так, как поступил бы на его месте любой другой сознательный гражданин, в чьем кармане случайно завалялось столь неуместное удостоверение, и у которого не было никакой возможности вырваться и убежать.
Но вдруг, Иван Петрович громко заплакал, ощутив свою полную беспомощность перед лицом коварной судьбы: его принялись утешать, еще не понимая, что же, собственно, так расстроило бедолагу. Ведь не далее как пять минут назад ему уступили сидячее место, и он был доволен как слон — с чего же он теперь разрыдался?
А произошло вот что: случайно взглянув на часы, Иван Петрович понял, что сорок минут, в течение которых нерасторопный водитель ремонтировал автобус, сыграли свою зловещую роль: Президента уже убили.
— Мы должны его спасти! — воскликнули в едином порыве пассажиры, после того, как Иван Петрович поведал им ужасные утренние новости о небывалом урожае лесных ягод в следующем году. — Раз мы не смогли, из-за превратностей судьбы и нерадивости шофера, предупредить Президента — мы должны его оживить. Многие из нас являются Почетными Потенциальными Донорами, и с радостью расстанутся с любым внутренним органом или частью тела, если таковые понадобятся Президенту для исцеления!
Более того, наиболее справедливым мы считаем расчленить водителя автобуса и использовать его внутренние органы, раз уж он виновен в фатальной заминке, стоившей жизни Валокордину Валокординовичу!
Страница 7 из 11
