Шум

То, что он увидел в новостях, стало подтверждением того, что не все совсем так, как он успел изложить до этого. Донасьена действительно убили. Мальчишку с божественным голосом, который гипнотизировал своей красотой, в один миг не стало. Никто точно не знал, его ли прах нашли, но двухсотлетний вампир пропал.

— Что думаешь?

— Думаю, что я в полной жопе, — честно ответил продюсер, откинувшись спиной на постель.

— И у меня выходной, — горько усмехнулся вампир.

— Тебе бы только шутить.

— Закажи мне билет в Египет.

— Я тебе секретарша что ли?! Сьюзенн свою проси.

— Не могу. Я должен ей ужин, — поморщился вампир.

— Я все равно за ним не поеду.

— Закажи по интернету. Ты сделаешь это все равно быстрее меня.

— Ну ты… — Знаю. Мудак и эксплуататор.

— Вот про мудака ты точно подметил.

Тишина.

— Я чуть не забыл.

— М?

— Ты просил меня пробить базу данных этого Бюро… — Что-то нашел?

— Да. Думаю, тебе будет интересно кое-что узнать. Лови файл.

Ноут оповестил о приходе нового сообщения. Хофман открыл письмо, в котором оказались данные всех последних клиентов Бюро. Большинство из них он уже видел еще тогда, на столе Арнольда, но кое-что новенькое здесь было: его знакомая медсестричка, Вив… — А список все пополняется… Связь прервалась.

Отыграть одну пешку, отыграть вторую. В этой партии бюро обыграло всех и не важно как. Причины он так и не видел, а следствие… следствие было перед глазами. Когда Сэм закрыл ноутбук его уже не интересовало ничего, возможно только слова, которые Сфорца бросил ему — своему новообращенному ученику:

Люди понятия не имеют о том, как выбираться из своего ментального леса… А вы говорите о зрелых решениях. В этом лесу возраст не имеет никакого отношения к индивидуальной способности принимать решения. Здесь имеет значение только опыт. Даже дитя малое, если знает путь, проведет вас лучше, чем вы сами, если заблудитесь. При таких обстоятельствах точнее было б сказать, что это дитя взрослее вас.

Все мы лишь дети перед Богом. Сама жизнь это великая школа, и наши уроки не кончатся до тех пор, пока мы не осознаем, кем являемся, на самом деле.

Кажется так говорил Парамахамса Йогананда… Арнольд Карлович аккуратно нажал на клавишу: остановка воспроизведения. Да, надо признать, на современном оборудовании работать стало гораздо удобнее. Не пыльные карточки — сами клиенты перед тобой, как живые (даже те, которые уже не по разу мёртвые). Ходили слухи, что после смерти Донасьена Бюро наложило руку на какие-то его изобретения — вот и польза от вздорного мальчишки, багоюзера треклятого (на дворе стоял 2034 год, и коллекция ругательств Арнольда Карловича медленно, но верно пополнялась). В конце концов, идти в ногу со временем — не так уж плохо. Иногда имеет смысл проявить гибкость (Арнольд Карлович закряхтел, выбираясь из новенького гроба, вделанного в массивную подставку под стереосистему).

Да, привыкать к франкмасонским новшествам нелегко. Но старый гроб — вместительный ящик офисного шкафа, любимый, обжитой — развалился намертво при переезде конторы в престижный деловой центр в Дижоне (новой столице Вампирского Европейского Союза). Именно тогда Арнольд Карлович понял, что с неотвратимостью настало время радикальных перемен. С тех пор, как вампиры пришли к власти над охваченными революционным мятежом стадами смертных, объединённая вампирская Европа стремительно разрослась (в ней перестало заходить солнце). Собственно, с последней проблемой руководство Бюро и пыталось повсеместно бороться, внедряя проекты по строительству многоэтажного подземного жилья. Что касается картотеки, она разрослась ещё стремительнее, поскольку абсолютное большинство смертных тоже проявило гибкость и предпочло обращение (с риском для как-никак бессмертной души) работе на подземной стройке (с риском для категорически смертного тела). Пришлось ввести очереди и квоты. В общем, забот хватало: если бы не спасительная система перезаписи реальности в каждом офисе, политической элите пришлось бы туго.

Правда, воспроизведение иногда глючило. Видимо, Донасьен всё-таки намудрил там что-то своим голосом, хотя руководство клятвенно заверяло, что машина тщательно вычищена и работает, как нужно пользователям, а не создателю. Время от времени Арнольду Карловичу попадались какие-то странные помехи: ищешь, к примеру, клиента, а находишь вдруг самого себя, да ещё (тут архивариус тихонько ругался себе под нос) в каком-то не совсем приличном виде! (Франкмасоны, жуиры, тролли окаянные… ) Иногда Арнольду Карловичу даже случалось запутаться, кто из клиентов помер, а кто ещё жив. Поэтому для надёжности он тайно вёл ещё одну картотеку: по старинке, вручную, безо всякой там декадентской двусмысленности. В одной колонке — имена, в другой — статус: крестик или знак вопроса («мёртв» и«предположительно, мёртв»). Время от времени Арнольд Карлович перепроверял свои списки и при необходимости вносил поправки (для релаксации).

«Уопшот Сомтоу». Крестик. Мёртв, нигилист любострастный. Туда и дорога.